Исцеление в полевых условиях

Присоединяюсь к флэшмобу от Лессы Каури (https://author.today/post/904809). 

На самом деле, исцеление - пожалуй, самая частая магия для моих героинь (у героев - вариации темной магии). Исключения среди крупной формы - одна пиромантка, одна супербоец и две аристократки без магических способностей. Остальные так или иначе умеют исцелять. 

Но лучше всего, я полагаю, под "полевые условия" подойдет сцена из нынешнего впроцессника. 

С заблокированными меридианами руки и ноги казались налитыми свинцом; каждое движение давалось, как через толщу воды. Однако некогда было отдыхать: ошеломленные неожиданным отпором, уже через секунды кидани вспомнили о своем численном превосходстве и вновь перешли в наступление.

Взамен исчезнувшего духовного клинка Мин Юэ подхватила саблю одного из убитых степняков. Непривычная тяжесть металла сделала её удар медленным, и предатель Чжу, убить которого Мин Юэ порывалась первым делом, успел юркнуть под защиту воинов.

А затем ей пришлось перейти в оборону.

Неспособная колдовать, заклинательница изо всех сил отмахивалась саблей, держась спиной к спине с Лю Хайлуном над раненым принцем Таймином. Хоть и умела она фехтовать, но отчетливо понимала: без духовных сил и с непривычным клинком, если бы степняки насели как следует, не продержалась бы она и минуты.

Стоявший поодаль Арушавара крикнул что-то на гортанном киданском наречии, и секунды спустя Мин Юэ вспомнила, что значила его фраза.

«Не стрелять!»

Лю Хайлун успешно держал оборону. Вооруженный двумя саблями, он раздавал удары с такой скоростью, что раз от раза Мин Юэ не успевала даже заметить их. У его ног сложилась уже баррикада из тел, — но степняки продолжали наступать.

Крикнул что-то царь Селе, указывая на телохранителя, — определенно, называя наиболее опасного врага. В ответ на это Лю Хайлун уставился на него — и бросил в него саблю.

Хотя один из воинов-степняков и заслонил своего царя собой, неожиданный ход внес смятение в их ряды. Не дожидаясь их реакции, командующий охраны бросил вторую саблю в воинов, наступавших на Мин Юэ, — а затем освобожденной рукой ухватил девушку за ворот.

Взяв за шкирки, как котят, заклинательницу и принца, он одним прыжком взвился на галерею. Негодованием наполнились голоса степняков внизу: если и были среди них мастера, владевшие искусством легких шагов, то их было не так много, чтобы рисковать преследовать тем же путем.

Пока Мин Юэ взваливала принца на плечо, стараясь не побеспокоить рану, Лю Хайлун отточенным ударом в кадык расправился с ближайшим лучником, — и подхватив его оружие, выпустил три стрелы в его соратников. Тут же отбросил лук, слишком громоздкий, чтобы с ним бежать, и первым выскочил в коридор.

Со стороны лестницы вниз уже слышался топот множества ног, бряцание металла и гортанные команды на киданском языке. Прошмыгнуть мимо преследователей к выходу из дворца было совершенно невозможно, и беглецы устремились по коридору вглубь.

Хоть и не зная толком, что это даст.

— Сюда!

Мин Юэ сама не знала, почему выбрала именно эту комнату. Явно обжитая кем-то из киданской знати, в данный момент она пустовала: определенно, её хозяин был среди участников пира, возможно, даже среди участников погони. Как и прочие комнаты, она не имела закрывающейся двери, но полог загораживал обзор лучникам, а два увесистых сундука, сдвинутых к входной арке, служили импровизированной баррикадой.

Пока Лю Хайлун оборонял порог, Мин Юэ уложила принца Таймина на ковер.

Он был плох.

Хотя все еще торчавший в его теле обломок стрелы не давал ему истечь кровью в первые же минуты, лицо его было бледным, и оставаться в сознании он уже не мог. Может, выстрел степняка и не был смертелен сам по себе, но теперь принц медленно умирал.

Несколько раз Мин Юэ тряхнула руками, силясь разогнать кровь. С перекрытыми меридианами все тело казалось ленивым и инертным, — как и духовная сила, что все еще копилась в ядре, не находя выхода. Заклинательница приложила ладони к ране, и боль скрутила её тело.

В обычных условиях на то, чтобы спасти жизнь Таймина, у нее ушло бы не больше пары минут, а на то, чтобы исцелить его рану, не оставив даже шрама, — несколько часов. Сейчас её ци текла не привычным полноводным потоком, а прерывистым, крошечным ручейком. Как бы ни тужилась она, все, что проникало через искусственную блокаду, это отдельные капли.

Их едва хватило, чтобы остановить кровь.

Добившись этого ограниченного успеха, Мин Юэ согнулась пополам, тяжело дыша. Пот струился по её лицу, и она отбросила вуаль, жадно хватая ртом воздух. Казалось ей, что она не может полноценно вдохнуть, — ослабевшие легкие не работали в полную силу.

Будто бы против своей воли заклинательница шагнула ближе к узкому окну, напоминавшему бойницу. Пожалуй, что сама она могла бы вылезти через него. Широкоплечий имперский страж — тот уже с большим трудом и небыстро.

А уж протолкнуть бессознательного принца и вовсе стало бы отдельной задачей.

Лю Хайлун продолжал держать оборону, но постепенно и он уступал. Изрубленный полог рухнул на пол, а один из сундуков превратился в щепки, и имперскому стражу приходилось как фехтовать с первыми рядами воинов, так и успевать отбивать пущенные стрелы.

Он стоил дюжины простых солдат, но царь Селе собрал не менее сотни.

Мин Юэ взялась за саблю, но ноги её дрогнули. Комната перед глазами плыла и кружилась. В таком состоянии невозможно было сражаться, но заклинательница не собиралась сдаваться без боя.

Она не собиралась сдаваться живой.

В первый момент, увидев движение со стороны окна, Мин Юэ подумала было, что кидани смогли обойти их с тыла. Следом за этим она почувствовала флер демонической ци и поняла, что существо, легко проникшее в узкую бойницу, — вовсе не человек.

Тонкая, стройная и гибкая фигурка безликой женщины двигалась плавно, текуче, будто речной поток. Кожа её была абсолютно черной, покрытой мелкой серебристой чешуей, напоминающей рыбью, и на гигантскую рыбью кость походил изогнутый клинок в ее руке.

Сквозь густую пелену надвигающегося забытья пробились обрывки знаний заклинателя: подобные черты приобретали бобовые воины вместе с жаждой убийства, если не очистить их должным образом от энергии стихии воды.

На этот же раз кто-то намеренно омыл черный боб в селевом потоке.

Мин Юэ вскинула саблю, готовясь защищаться, хоть и понимала, что прямо сейчас силы неравны. Однако колдовской воин в серебристой чешуе проигнорировал её. Чутьем заклинателя Мин Юэ ощутила вибрацию воды, подававшей неслышимый сигнал другим…

А затем черный воин шагнул к входной арке.

Отточенный удар костяного клинка поразил одного из степняков, и Лю Хайлун слегка сместился, давая место нежданному союзнику. Вдвоем они вновь могли держать оборону против наступавших киданей.

Между тем, еще один черный воин проник через окно следом за первым. Узкое пространство бойницы ничуть не задерживало их.

Вода самой природой предназначена проникать в малейшие щели.

Вот уже пять черных воинов плечом к плечу перекрыли проход, и имперский страж смог отступить назад и передохнуть. Вся его одежда была залита кровью, и как ни старалась Мин Юэ, она не могла понять, какую часть из неё составляет кровь киданей, а какую — его собственная.

Очевидно, что хватало и той, и другой.

— Ваша работа? — спросил Лю Хайлун, кивая на колдовских воинов.

Заклинательница покачала головой:

— Нет… Но я знаю, чья.

И будто в ответ на её слова, вдалеке боевые рога протрубили сигнал Северной гильдии вооруженного сопровождения.

(с) "Судья твоего Завтра", глава "Цветок, подхваченный бурей" https://author.today/reader/655057/6511844