"Волна", Marika Stanovoi (отзыв)

Автор: Demi Urtch

Когда писала прошлый пост, как-то не думала, что первым же мне принесут сборник, и не совсем была к такому повороту готова. Сборники редко выходят цельными произведениями, поэтому и общее впечатление на них составить трудно. Так что для меня это немного экспериментальный отзыв (а еще он опять очень ДЛИННЫЙ, хотя вроде писала обо всем кратенько, но располагайтесь, в общем, запасайте печеньки).

Рассказы здесь не объединены жанром, темой или сюжетом, это просто набор минек за некий промежуток времени. Тем не менее, если всё-таки выводить наиболее частую тему, то это, пожалуй, волшебство-ловушка. Причём срабатывает она зачастую при возвращении к чему-то: в деревню, откуда уехала ещё бабушка; в дом, где прошло детство; к хобби, связанному с трагедией; иногда просто в свою комнату, покинутую ненадолго. Как будто нередко тут странное и страшное прячется в вещах, которые герои оставили позади, но которые всё ещё держат их так или иначе, и обернуться – ошибка. В принципе, вполне каноничное правило во многих сказках. И так же канонично здесь часто волшебство играет наказанием за что-то: за желания, загаданные непонятно чему; за нарушенный запрет выходить ночью в лес; за стремление всегда знать правду. Конечно, это касается не то чтобы всех рассказов, просто интересная закономерность.

По уровню, на мой взгляд, сборник тоже неоднородный. То есть, если говорить про язык, то он у автора хороший, много где я отмечала красивые описания, например:

Темная дымка курилась из забытых могил, текла из давно заросших оврагов и высохших болот. Вилась вокруг затихших деревьев, сплеталась невесомыми прядями, тяжелела от первого осеннего морозца. Впитывала в себя тяжесть осенних туч. Плотнела, густела, приобретала форму и, наконец, неуверенно встала на еще мягкие ноги. Оставила первые следы. Схватила за руку...

Оливер содрогнулся и уставился в дощатую стенку. Болезненные мурашки бегали в отлежанной руке. Надо же, заснул!

И в целом у меня не было много доколёбок (немного было, но это скучные мелочи). Более того, я хотела бы отметить, что мне нравится, как автор по-разному стилизует текст под разные жанры и фокалы. Но от некоторых рассказов есть ощущение, что они были быстро написаны на впечатлении от одной какой-то мысли или образа, и там идёт такой поток, которой местами начинает циклиться, в разных фразах повторяя одно и то же. И вот автор выплеснул – и потом его, скорее всего, перестала интересовать судьба этой миньки, он её не причёсывал, не вычитывал, и даже форматирование там решило, что оно устало и мухожук. Некоторые рассказы просто ощущаются немного сырыми, что ли, недокрученными, а часть – это обрывки, кусочки каких-то больших идей.

Я поделю их на такие группы, пожалуй:

«Проклятая охота»

Тут классно по кусочкам и мыслям мимоходом выдаётся предыстория, вот эти все оговорки, мол, умер-нет-исчез, «Оливера никто никогда не подозревал» – становится интересно, что случилось-то, и к концу оно раскрывается. А ещё текст очень атмосферный и в плане передачи пасмурного осеннего леса, и в плане передачи настроения героя, заядлого охотника, которого так и тянет пострелять ну хоть немножко. Я, правда, так до конца и не поняла, почему Оливеру приходится ходить на охоту тайком: есть ли какое-то реальное табу, может, барон после пропажи сына запретил, или это чисто у Оливера в мозгах охота стала связана с опалой. Может, ему кажется, что так кто-то что-то заподозрит.

И ещё я запуталась, когда в какой-то момент оленей стали называть быками. Возможно, я просто не шарю и так у охотников принято самцов называть. Но для меня олень и бык – это разные животные, тем более, Оливер там собирается упустить оленя, и тут появляются быки… До меня не сразу дошло, что это всё ещё про оленей.

Сначала показалось, что развязка малость несправедливая, ведь Оливер подстрелил Генриха случайно. Да, его вина, что был пьян, но они же там явно оба были бухие, точно так же и Генрих мог его подстрелить. И Оливер, как я понимаю, вправду скорбел об этом и раскаивался. Да и охотится он вроде как ради еды, а не забавы – он же там прикидывает, с кого больше мяса, трофеями не меряется и хочет взять ровно столько, сколько сможет увезти. Но потом я подумала, что тут, наверное, важно, что, во-первых, Оливер скрыл смерть Генриха и избежал наказания. Во-вторых, случившееся не отвратило его от охоты, и он продолжил ходить в лес как ни в чём не бывало. Причём мысли там довольно прагматичные, Оливер в них избегает проговаривать вину и вообще явно старается закрыть глаза на смерть друга, как будто она ему менее важна, чем своя страсть. И если так подумать, то Генрих не преследует Оливера где попало – он наказывает Оливера, только когда тот снова приходит в лес и снова стреляет. И, попав в петлю, Оливер, наверное, ещё может выйти, если переборет себя, развернётся и пойдёт домой. Так что, наверное, тут дело в увлечении, которое уже закончилось плохо, но у человека всё равно сохранилась нездоровая тяга.

«Правдивые глаза»

Вроде бы сказка, но в этой сказке много несказочных фактурных деталей, вроде того, как тётка гладила девочку по голове и случайно выдёргивала волосы, цепляя их кольцом. Ну и проблемы материнства тут не радужно показаны. 

Главная героиня неприятна (хотя старательна и добилась многого сама, к её чести), автор понимает, что она неприятна, и жизнь у неё вполне закономерно складывается, хоть и доживает Эльза до старости вполне мирно.

Видеть ложь – страшный дар. Кажется, это уже много кто обыгрывал и показывал, что человеколюбию это очень вредит. Так что, ещё когда Эльза получила свою абилку, я подумала: ой-ой, девочке будет сложно. Но мне нравится, что здесь есть и другая сторона: не только видеть ложь, но и всегда говорить правду. Потому что, когда человек стремится всегда и всем говорить правду, это сильно не обязательно значит, что вот такое он честное и доброе солнышко. Чаще – что он хам и патологически не умеет встраиваться в общество. Когда нам говорят, что врать – плохо, то опускают, что иногда ложь – это ещё и способ пощадить чьи-то чувства. Ложь – часть социальной игры, правила которой мы обычно интуитивно понимаем. Умение врать – очень важное в жизни нормального человека, который не хочет быть аутсайдером. И если ты, например, гордо и честно рассказываешь начальнице, что твоя коллега ей наврала, когда отпрашивалась, то, возможно, ты не молодец, а мудло, к сожалению. 

Но при этом мне понравился концепт токсичных подружек, это было даже мило. Всем нам иногда нужна подружка, с которой можно просто покрысить, какие все вокруг плохие.

«Женькино счастье»

Прежде всего, меня рассказ подкупил тем, что тут поначалу хороший такой верибельный детский фокал, что я очень уважаю и люблю.

На первых порах сюжет напоминает что-то в духе «Чёрной курицы»: мальчик находит некий предмет, который исполняет желания, и, конечно, герой не может устоять от его использования. Так он улучшает свои оценки в школе, становится другом хулигана, который раньше его гонял, и всячески налаживает жизнь. Только здесь заковырка не в том, что Женька получил это всё нечестно и ничего не сможет сам при потере предмета. Заветную косточку Женька не сможет потерять, даже если захочет, а за исполнение желаний он платит, позволяя ей пить свою кровь. Но и это не всё: косточка заставляет Женьку видеть людей иначе…

Собственно, что, на мой взгляд, изюминка этого рассказа – это то, как Женька постепенно двигается головой. Это не случается на ровном месте, есть триггерная точка: смерть матери. А дальше Женькино сознание меняется, образ мыслей становится всё более маньячным, и это прописано очень хорошо. Кмк, даже если убрать магический фактор, само безумие осталось бы вполне верибельным, что хорошо, на мой взгляд.

Женька сам начинает вампирить людей, и это доставляет ему удовольствие. Мне отдельно нравится психологический нюанс, что в минуты прояснения Женька вроде бы думает, что надо уйти в лес, чтоб никому больше не вредить, но в лесу только звери, они «не подойдут сами». То есть, Женьку мотыляет от вроде как благих побуждений к тому, что а как дальше вампирить-то, неудобно же. И это очень достоверная черта зависимости, кмк.

Открытый вопрос к финалу: были ли минуты свободы Женьки и желание уйти в пустыню некой победой его доброй воли, ослаблением власти косточки? Или это просто закономерная часть цикла, в которой косточка взяла от носителя всё, что могла, и отправила его дозревать, чтоб в итоге размножиться на целый скелет?

«Как сделать русалку (салфетка-167)»

Небольшая зарисовка, но при этом на удивление цельная, не требующая дополнительных пояснений. Девушка, которой хреново живётся, приходит к странному обитателю колодца, чтоб тот сделал её русалкой, но…

Хочется, конечно, посоветовать тритону, если ему правда хочется русалку, предупреждать, чего конкретно надо «не испугаться».

«Обещания, встречи, снег (салфетка-161)»

Понравилось мне именно в варианте салфетки. Для маленькой формы отличный баланс недосказанности и связности: да, мы не знаем деталей характеров и дружбы героев, но основная линия отлично считывается, как по мне, и выглядит пронзительно. 

«Полный» вариант докидывает деталей, но, честно говоря, они мне показались лишними, сбивающими атмосферу и только добавляющими вопросов.

Как я вижу первый вариант: Алекс, может, и часто общался с другом, и видел его состояние, но был склонен считать это просто лёгкой хандрой, которую можно развеять прогулками на свежем воздухе и всем таким. Ситуация оказалась серьёзнее, стало поздно. При этом это всё ещё близкий друг, которого, получается, недоглядел, будучи рядом, и от этого ещё трагичней. К сожалению, совершенно реальный расклад, так бывает.

Второй вариант странные нюансы добавляет. Алекс сначала говорит, что «друг у него один». При этом ему приходится искать номер и адрес этого друга по знакомым, а по телефону Пашка с ним говорит настороженно и с незнакомыми интонациями. И сколько, спрашивается, ты не общался со своим «одним другом», чувак? Плюс Пашка здесь прямо проговаривает намерение умереть, а Алекс даже не игнорирует, а шутит, что умирать надо красиво. Выходит, не такие уж и друзья они были, и Алекс как-то ну совсем дятлом выглядит. По-моему, для объяснения, как Алекс не заметил суицидальные настроения друга, не нужно было прописывать, что они не общались сто лет. Пашка просто мог быть замкнутым и не подающим заметных для Алекса сигналов. Полная версия их отдаляет, от этого впечатление смазывается.

«Волна»

Мне, с одной стороны, нравится, как текст выстраивает картинку, вот у Рихтера там есть какая-то жизнь, работа, отчёты, ногу сломал, заставил коллегу принести в больницу любимую книгу. Начало мне прям очень зашло, оно атмосферное и живое, хорошо передает странную одержимость посреди, ну, нормальной жизни у человека, в общем-то. И мне нравится, как начинается легенда, хотя я там запуталась в перечислении сестёр и перечитала несколько раз, чтоб понять, кто как умер и почему. Но эти умершие сестры вроде бы хорошо работают на дух сказки. Однако при том, как здорово прописано начало, к концу рассказ какой-то скомканный, из-за чего по итогу хочется спросить, а для чего были в нём многие вещи.

В рассказе есть интрига: куда ушёл Карл? Что там? Как он передаёт письма? На это хочется получить ответ, но мы его не получаем. Нам, по сути, так и не объясняют, что за большая волна, куда она идёт. Просто старушкам-сёстрам чудится, как к ним приходит их по-прежнему маленький брат и они сами уходят с ним маленькими девочками, а в реальности умирают. Потом их троих видит Рихтер и его приглашают с ними, что как бы подтверждает, что сказка правдива. Но из-за того, что нам так и не дали ответы, куда ушёл Карл, неясно и то, куда теперь Рихтера уводят. Может, он просто умер тоже?

Почему Карл остался маленьким – это какой-то аналог Неверленда, где люди остаются вечно детьми? Но по тому, как преподносились его записки, у меня создалось впечатление взрослого путешественника, проникающего волшебным образом в труднодоступные места. 

К чему были две умершие сестры? Они как будто вообще никак не сыграли. Одна умерла, потому что испугалась волны – ок, допустим, это испытание на храбрость: либо волшебство, либо смерть. Но позже Бернардина и Бернадетт тоже испугались и сбежали, им ничего за это не было, ещё и брат в итоге забрал на волну. Опять же: это какое-то нормальное, циклическое явление, раз Катарина умерла, когда Карла вообще ещё не было? Ещё одна сестра умерла, потому что видела слишком много и запуталась в волнах. Почему она видела слишком много? Всем потом на неё, по ощущениям, плевать, ну сдохла и сдохла, чо бубнить-то. Бернардина и Бернадетт тоскуют по брату, а сестра утонула и утонула. Как будто эти сестры – ответвления в никуда на пару абзацев и сказка вообще никак не поменялась бы, не будь там их.

Почему Рихтера в это всё засосало, почему его книга так манила и почему он охотно уходит? Он их родственник? Это отбор по каким-то качествам? Каким? У меня по описанию его жизни, хоть у него и был чрезмерный интерес к книге, не создалось впечатления, что ему не интересен этот мир или что он оголтело стремится к приключениям. Нормальная жизнь была у мужика, семья, он не остался в одиночестве к старости, у него всё ещё достаточно сил для путешествий. Почему он без раздумий уходит с какими-то детьми из сказки?

В общем, написано красиво, но как будто в конце ниточки не сходятся и не совсем понятно, к чему всё это было. К воссоединению семьи? Но Рихтер – не семья. 

«Самайнская свеча»

Мне, наверное, главным образом испортила впечатление от рассказа невнятная развязка. Он хорошо написан, это вполне классическая хэллоуинская страшилка про то, как любопытные дети влезли в дом к «ведьме» и забрали оттуда то, что не надо. Тут есть страшилочное мясо, ну, в смысле, буквально мясо тут есть, потому что автор не стесняется мяса. Но по итогу сидишь в лёгком недоумении, что и почему произошло. У женщины пропала дочь, гулявшая в саду, и годы спустя эта женщина решила вылепить для неё свечу, потому что есть поверье, что это поможет человеку вернуться домой. Но женщина так и не собралась с духом эту свечу зажечь, и вот уже другие люди зажгли её по незнанию. Ну и пошло говно по трубам. 

Я так понимаю, что девочку забрали некие тёмные силы и сделали из неё свою? Или девочка погибла, и получилось, что её призвали с того света, поэтому такие последствия? Мне, наверное, был бы более понятен рассказ, если б было почётче указание, что случилось с ребёнком, почему зажигать свечу и звать её – табу. Почему она предлагает жене Стивенсона быть её сестричкой, откуда этот пунктик на поиск сиблингов? Почему она первой реакцией спрашивает Стивенсона: «Ты?!» – как будто хорошо знает его и это какой-то значимый для неё человек, от которого она вот точно не ожидала? Я сначала подозревала, что он может быть замешан в смерти (дочери или самой мисс Красовски), но на это нет никаких намёков, по письму он вроде как связан с ними только тем, что это самое письмо должен был передать, но Красовски так и не решилась его отправить. И непонятно, почему её сестра должна была удивиться, что они со Стивенсоном сдружились? В общем, очень много вопросов, очень мало ответов, ещё и бонусная концовка с внезапным единорогом.

«Убить дракона (салфетка-136)»

Это хороший кусочек какого-то фентези, но именно что кусочек без контекста. Здорово бы выглядел как часть большой истории. Плюс, честно говоря, меня так задолбало общее превознесение драконов, что я на стороне трактовок, где дракон – это какая-то дрянь, от которой надо избавиться. Так что могла бы почитать историю целиком, если б она была, но её, как я понимаю, нет.

Не знаю, кстати, чего Тьер выпендривается, андроид на картинке вполне симпатичный.

«Наследство»

Бубубу, славянское фентези, бубубу, диалоги в стиле «ой ты, солнце ясное». Короче, на речи бабок у меня всё вяло, но в остальном, когда текст идёт в нормальной человеческой стилистике, рассказ хорош.

Валя оказывается попользована мужем-мудаком и остаётся без дома, работы, возможности иметь детей и с подорванным здоровьем. Очень кстати её троюродная бабка внезапно оставляет Вале дом в глухой деревне в наследство, и Валя сбегает туда, чтоб перекантоваться. Ещё с самого приезда начинаются тревожные звоночки, вроде нотариуса, который занервничал на подъезде к деревне и очень быстро уехал. А дальше этих звоночков становится ещё больше и начинается то ли ужастик, то ли очень странный способ для Вали обрести своё место и то, что у неё в жизни отняли. Тут уж как посмотреть.

Для меня было сомнительным, что Валя вообще никак не напряглась, когда нашла в лесу могилы с аккурат теми же именами, что и у местных бабок. Мне кажется, если ты приезжаешь в глушь за каким-то странным и совершенно неожиданным наследством и первым делом оттуда сбегает нотариус, то могилы в лесу с именами твоих соседок должны создать некоторый дискомфорт. Даже если разумом будешь себя убеждать, что это всё чушь. Но у Вали ничего не проскакивает.

Другой непонятный мне момент: почему Валя вообще должна в конце сомневаться, в кого стрелять, и мотивировать себя воспоминаниями о семейной жизни. То есть, она выбирает, «мужа или сына», и это, конечно, очень символично бьётся с тем, как когда-то она сделала аборт по настоянию мужа. А в этот раз вроде как делает обратный выбор, думаю, задумка в этом. Но по факту у Вали нет причин не стрелять Пса. Тут и к ребёнку-то вопросики, потому что он буквально чудище какое-то и плод изнасилования. Но хотя бы пока не опасный, а ещё вроде как единственный шанс Вали всё-таки вырастить сына, как и хотела. А щадить Пса, который просто какой-то страшный зверь из леса, взявший Валю не то чтобы по её воле, и вовсе причин нет. Так что выбор очевиден и как будто не очень впечатляющий. Не в бывшего мужа Вале приходится стрелять, не в кого-то, с кем у неё отношения наклюнулись.

«Потому что мы пилоты»

Вот, собственно, здесь форматирование устало впервые за сборник, но позже оно выдыхалось ещё не раз.

Оля боится самолётов, потому что, как я поняла, её отец-пилот разбился. Но по настоянию мужа Оле приходится лететь на отдых. Собственно, вся зарисовка посвящена паническому ожиданию полёта. Отягощается всё тем, что из-за ошибки грузчиков пришлось сдать в грузовое отделение двух маленьких собачек, у одной из которых эпилепсия. За собачек при чтении переживается, а вот что в конце случилось – я так и не поняла. Самолёт каким-то образом разбился при взлёте? Конкретно Оля умерла из-за того, что слишком сильно паничила? Она потеряла сознание и это ей снится? Может, если б я больше понимала, как проходят перелёты, я бы лучше сориентировалась по деталям с масками, которые то хватает множество рук, то маска только на Оле. Но, увы, я не очень представляю, что на каком этапе может случиться.

Ещё меня смутило упоминание «гагаринской улыбки» у папы. Возможно, это устойчивое выражение, но я почему-то впервые его встречаю и немного подвисла, образное это или предполагается, что папа буквально Гагарин (за биографию Гагарина я тоже шарю крайне поверхностно).

«Жизнь, смерть, искусство (салфетка-199)»

Чего я не поняла, так это при чём тут жизнь, смерть и искусство, но, возможно, это какой-то тонкий символизм. 

Поначалу создаётся впечатление, что это история про молодого отца, которого всё задолбало, с ребёнком он обращаться ещё толком не научился, ребёнок скулит, жена орёт и почему-то сама ничего делать не хочет, мужику очень хреново. Дальше случился вотэтоповорот, и это было хорошо. Но на последнем предложении я поняла, что опять ничего не поняла. Каким образом младенец «привычно переместился на плечи»? Почему он щекочет затылок?

«Девочка Вася»

По форме это сумбурная байка-страшилка, где то и дело путаются и меняются детали, но это выглядит вполне органично. Образ девочки, надо сказать, жизовый, посыл простой: не умничай не по делу и не лезь под руку к тем, кто занят. Хотя оно крепенькое и забавное, мне просто не сильно заходят такого рода штуки, наверное.

«Серая Луна»

Мир в тексте забавный и сюрный. По вводным данным: член космического экипажа после крушения оказывается один на неизвестной планете с неудобным климатом, но зато здесь всё очень пластично и подчиняется его воле. Олег принимает любые удобные ему облики и строит свою маленькую цивилизацию для выживания: растит котобелочек, кентавров, рыб и баобабы. Правда, процесс творения часто уходит не туда, так что людей создавать Олег не берётся. Птички, вот, не получаются, приходится неудачи рыбкам скармливать. Но Олег не унывает однажды вырастить какой-нибудь летательный аппарат, поискать других людей и, по возможности, улететь отсюда.

В конце есть вотэтоповорот, но, если честно, он напрашивался с самого начала, слишком уж волшебно выглядела эта податливая воле планета. Так что не могу сказать, что я удивилась.

«Сказка о полотне памяти»

Миф о потере людьми взаимопонимания, только здесь всё случилось по вине одной ревнивой и завистливой женщины. Понравилось, как презентован принц-возлюбленный: в общем, просто адекватный человек, который понимал свою ответственность перед людьми, не стал загоняться по юношеской влюблённости и потом, как я понимаю, нашёл себе нормальную жену и был с ней счастлив.

В образе главной героини как будто есть что-то общее с Эльзой из «Правдивых глаз». То есть, одна хотела всегда видеть, когда ей лгут, и говорить правду, другая – напротив, скрыть от всех свои неприглядные стороны. Но есть какой-то общий мотив страха близости с кем-то и связанных с этим негативных эмоций, вот это «а вдруг меня ранят и я буду несчастна». Плюс желание казаться лучше других, наверное (честнее/счастливее).

«Детская мечта (салфетка-115)»

Зарисовка на тему «бойтесь своих желаний», не знаю уж, страшная или ироничная. Запомнилась необычным антуражем и выбором героев: молодой лев, недавно отбивший у старого прайд и обнаруживший там детёнышей (думаю, все знают, что это значит); африканские, судя по именам, дети, которые мечтали стать львами, а не ходить в школу.

«Принцесса-лягушка (салфетка-116)»

Вариация на тему дракона-принцессы-рыцаря, но решённая достаточно нетривиально. При этом, несмотря на название, сама принцесса как раз не лягушка, как я понимаю.

«Шутка природы (салфетка-135)» 

Есть сказки про то, как всякие удальцы исполняют чудные требования принцев и королей, а здесь иронично отыгрались на принце-выдумщике. Что ж, справедливо.

«Побег Глокого Куздра (салфетка-143)»

Лингвистический эксперимент, где, подобно известной фразе, многие слова заменены на несуществующие. Читается немного тяжеловато, но смысл интуитивно улавливается. При этом я бы сказала, что придуманные слова распределены по тексту как-то неравномерно: иногда одно на одном, иногда длинные фразы не задействуют их вообще и звучат совершенно нормально. От этого странное ощущение.

«Салфетка-162»

Ностальгические размышления пожилой женщины о том, как всё изменили эти мобильники проклятые и сколько романтики было в прежних телефонах и телеграммах. Я однозначно не целевая аудитория.

Кстати, интересный момент, что я в этом и ещё некоторых рассказах сборника впервые наткнулась на слово «мобиль» и не сразу поняла, что это сокращение от мобильного телефона. Для меня это слово звучит как название для какой-нибудь фантдопной прорывной техники, может, по ассоциации с электромобилем. Никогда не слышала, чтоб его использовали так, но, наверное, это речевая черта определённого поколения или что-то местечковое.

Смутило, что через абзац пишется то «смска», то «эсемеска». Я думаю, стоит взять какую-то одну форму.

«Енотная швартовка (салфетка 169)»

Стёб над бюрократией в виде написанной нарочито казённым языком служебной записки про нарочито сюрные события (еноты швартуют лодки на водяных мельницах). Закономерно тяжеловесный, но коротенький и, в общем, забавный.

«Салфетка-170»

Монолог то ли отца к сыну, то ли старшего брата к младшему. Тема насаждения ожиданий, попытки навсегда оставить ребёнка при себе, заставить жить умом родительской фигуры. Сначала подтекст неявный, со временем вводится больше тревожных звоночков типа убеждений, что «без меня ты никто, а я хочу тебе добра». К концу уже совсем жирно проявляется мотив пленения через упоминание поводка и шор. Написано вполне достоверно, с характерными аргументами. Мне тема не особо близка, но вполне.

«Салфетка-195»

Просто зарисовка о том, как брат и сестра выпили зелье, которое превращает человека в его идеал. Но при этом почему-то поменялись телами (почему?), сестра образ идеала удержать не смогла, а брат стал… секси-демоницей? Что ж, у всех свои потаённые желания.

Понравилось, что тут мир с приколом: вроде бы просто современность, но ребята на норме обсуждают магию и что ведьм в роду уже четыре поколения не было.

То, что всё кончится требованием переспать для снятия проклятия, почему-то ожидала по вводным данным.

«Самое страшное слово»

Забавная миниатюра о том, как дети пытаются выглядеть взрослыми и прошаренными – и выдумывают ужасы про половую жизнь. Дети как дети, вполне симпатично.

«Будни метаморфа»

Есть ощущение, что рассказ написан в первую очередь с целью почесать кинки, и всё бы ничего, но это не мои кинки. Поэтому читать было скорее неловко.

В общем-то, история о том, как некого Стива мучает дракон-оборотень, и больше ни о чём. Есть намёки, что мучает он Стива не первый раз и, скажем так, по-разному. Но конкретно здесь дракон его просто принудительно кормит сырым мясом и заставляет превращаться в драконицу, чтоб отложить яйцо. Процесс появления яйца, если что, пропущен.

И вот Стив оооочень стенает, и у него трясутся ручки от мысли о том, что с ним может сделать злой дракон, и Стив едва не плачет. Но, возможно, из-за отсутствия контекста у меня не сложилось от Стива ощущения реально травмированного запуганного человека, который до трясучки боится, что с ним снова что-то эдакое сделают. Скорее ощущение демонстративного заламывания рук и ролёвочки, где Стив старательно отыгрывает свою виктимную роль, но на самом деле его всё вполне устраивает. Для человека зашуганного и сломленного Стив очень много дерзит и провоцирует. Для человека, правда желающего сопротивляться, Стив не делает никаких реальных попыток избежать своей участи. Вот и получается в итоге, что Стив просто ходит такой: «Ой-ой-ой, огурчик, как же ты туда попал Ой-ой-ой, дракон, как же ты мог занести меня в это страшное место и что же ты будешь со мной делать». Кинковый мальчик-боттом, который красиво плачет и кричит.

«Последняя битва»

Вроде бы всё ничего, но вот я смотрю на сюжет: у нас есть девочка с перламутровыми волосами, которая, как я понимаю, почти всесильный менталист и кого угодно принудит к чему угодно. И эта девочка участвует в большой политике, и у неё, как я понимаю, есть задание склонить враждебного лорда на союз с её господином/партнёром. И она не находит лучшего способа, чем изнасиловать его?.. И, честно говоря, у меня от этого сюжета ощущение завязки для порнушки и вот этой темы «женская сила – в обольщении». 

«Время»

Мне показалось немножко избыточным посвящение с подробностями, на каком диване этот сюжет автору приснился, но дело автора, конечно. От рассказа действительно есть ощущение сна, а именно – характерных переходов между сценами, где одно положение вещей сменяется другим совершенно внезапно и сюрреалистично, но изнутри воспринимается как норма.

Я идею рассказа поняла так, что Наталья – одна из неких высших сущностей, которая сбежала в человеческий мир, в обычную жизнь, но однажды, уже в человеческой старости поддалась на зов дома – и так её вернули обратно. Наверное, это можно воспринимать как «пройдя пик своей человеческой жизни, человек вместо рутинной старости и угасания перешёл к волшебной вечной жизни в юном теле». Тут можно вернуться к рассказу «Волна», где как раз те же мотивы: пенсионер, проживший хорошую жизнь, вырастивший детей, уезжает куда-то, чтоб там его забрали в некий волшебный мир. Но для меня это всё-таки не про счастливый переход в новое состояние, а про смерть. Потому что для близких Наталья, очевидно, умерла. И это могло бы считываться как избавление, если б она была согбенной старушкой, которая вся в болезнях, пережила мужа, вместо детей видит сиделку и почти не встаёт с постели. Но и Наталья, и Рихтер ощущаются как вполне дееспособные люди, у которых много живых близких, хорошая жизнь, есть возможность путешествовать наконец по всяким местам, куда раньше не добирались. И фактически у них отбирают остаток жизни, который им есть ещё на что потратить. И то, что Наталье в моменте взгрустнулось, что она стареет и больше не та девочка в пуантах, как будто не оправдывает этот уход. Побег от страха старости, медленного угасания, потери близких, возможно. А что насчёт тех, кто остаётся? 

«Сказочка на ночь»

Версия легенды о сотворении мира и человека. Честно, мне было нудновато, особенно с учётом, что порой автор как будто пробуксовывает на одной и той же мысли. Я думаю, что это, возможно, был сознательный ход и игра слов, но в моих глазах счёт был для автора не выигрышный.

И было всеведуще и бессмертно, ибо не было ничего, кроме него и скуки. Всеведение и всемогущество приносило с собой настолько же неизмеримую и необъятную скуку. Скука пронизывала всё. Собственно, что значит всё когда не было ничего?

То есть, первое предложение: оно было всеведуще, вокруг не было ничего, и было скучно. Второе предложение: было очень скучно, потому что оно было всеведуще (как можно быть всеведущим, кстати, если больше ничего нет? что ведать?). Третье предложение: скука пронизывала всё (логично, если первым предложением нам сказали, что кроме скуки и скучающего ничего нет). Четвёртое предложение: кстати, напомним, что ничего не было (кстати, рассказ буквально начинается с этой вводной за несколько предложений до приведённого отрывка). Имхо, но мне четыре предложения подряд дают считай одну и ту же информацию в разных формулировках. И те крупицы, которые различают посыл этих четырёх фраз, можно перетасовать и передать покороче. 

И весь рассказ в таком ключе. Если «душит душу» – забавный каламбур, то:

Проклята та душа, что нашла свой разум, ибо не будет ей и призрака покоя, ужаснется она возможными ответами и не найдет она куда скрыться. Будет пытаться отложить смерть своего тела, но не будет скрытых путей, будут перед ней только скрытые знания и не будет конца в её поисках.

Вот тут хочется хотя бы «скрыться» заменить на «спрятаться». Скрытые пути и скрытые знания – норм, ирония, но третье выглядит уже лишним. Не говоря уже о том, что тут явно в пути потерялась часть запятых.

Вникать в смысл этих философских рассуждений трудно, мысль вязнет где-то в повторах и метафорах, которые наверчены в количестве дофига. Ну и в принципе я не любитель отвлечённых разговоров про вечные поиски и посмертие души.

«Спасибо Смерти за наше счастливое детство!»

Поток мыслей на тему смерти. Автор набрасывает случайные связанные образы, от смерти бабушки и котёнка до анекдотов (кстати, на самом деле цитата из мультфильма), чтобы в итоге вывести посыл, что смерти бояться не нужно, потому что Жизнь и Смерть – одно целое. Посыл не новый, рассказ вряд ли может помочь кому-то преисполниться и отказаться от страха или горя. В тексте очень грустно путаются -тся и -ться.

Все, что было рождено, умрет, чтобы могло родится опять…

Интересно, кто проверял эту информацию, кстати.

Почему люди бояться смерти?

«Дверь и верёвочка»

Когда я вижу, что текст про ребёнка начинает вот так сюсюкать:

Димка в пижамке, держа в кулачке зубную щетку, заглянул в родительскую спальню. Он поднял бровки домиком, прижался к двери – не прогоняйте, а?

То у меня начинает дёргаться глазик и ладошка сама прикладывается к личику. Извините, рефлекторное.

В целом, видимо, это пугалка про то, что страхи детей, которые кажутся нам глупыми, могут оказаться реальными и утащить ребёнка к себе. С одной стороны, нет ничего сложного в том, чтобы купить ребёнку ночник, если ему страшно спать в темноте. С другой, какого-то ужасного пренебрежения в том, что родители не хотят, чтоб уже не очень маленький ребёнок спал с ними в одной комнате или при открытых дверях, я тоже не вижу.

«Дай мне твою жизнь! (Салфетка-111)»

Мне показалось очень банальным. Тему того, как старая ведьма похищает у кого-то жизнь, чтоб омолодиться, кто и как только не вертел, и здесь я не вижу чего-то, что бы выделяло рассказ и запоминалось. Обычная короткая байка, которых много в сети. Деталей и образов, которые бы компенсировали расхожий сюжет, я тоже не запомнила.

«Кристина (салфетка-114)»

Понравилось, как описана подготовка к ритуалу. Что потом случилось – честно, не поняла. Героиню зовут Кристина, она пытается призвать с того света своих сестёр. Имена, которые она выкрикивает: «Криста, Эстер, Константа». Кристина говорит, что она их сестра в ночи и они снова будут вместе. Потом говорится, что они «взяли ее жизнь и снова их стало три». Я посчитала на пальцах, и как будто вместе с Кристиной должно выйти четыре. Кристина умерла, чтоб ожили сёстры? Самоотверженно. Или Криста = Кристина? Тогда что имеется в виду под «взяли ее жизнь» – она стала немёртвой? Рассказ микроскопический, без понимания развязки неясен в принципе весь его смысл.

«Туманная ночь (салфетка-133)»

Здесь очень красивые описания и атмосфера. Но мне пришлось несколько раз перечитать, чтобы хоть примерно собрать рассказ в кучку. Просто девочка ходит ночью у реки. Просто девочка возвращается домой, ложится спать, а утро не наступает. Девочка оказывается заперта, как я понимаю, в вечной ночи с трупами бабушки и дедушки. Там есть оговорка, что гулять оказалось не так уж страшно, т.е., возможно, это была проверка на смелость? Но, мне кажется, рассказ был бы более цельным, если б были хоть какие-то намёки, почему девочка ночью пошла к реке и как всё так обернулось. Не знаю, например, её кто-то пугал какой-то байкой, а она пошла проверять, либо, наоборот, обещали, что желание можно загадать. Я понимаю, что в мистике не должно быть ответов на все вопросы. Но хоть какие-то причинно-следственные связи у событий должны быть?

«Ты ушел»

Ещё один потоковый рассказ-размышление. Начинается он вроде бы с образа человека, который застрял в болезненном альтруизме и только и делает, что слушает и помогает другим, а они этим пользуются, и постепенно у него не остается своих целей и желаний, а общение с людьми сравнивается с кровавыми ранами. Кончается тем, что если этот человек попытается отстаивать свои интересы и оборвать связи с теми, от кого ему настолько некомфортно, то он останется в одиночестве и умрёт. То есть, как будто рассматриваются всего два варианта: продолжать раздавать себя и жить для других, либо уйти в отшельничество и умереть в одиночестве. Я, наверное, хотела бы, чтоб в этой проблематике больше освещалась опция «научиться отстаивать свои границы и выбирать, с кем стоит общаться, а с кем – нет». 

Здесь тоже местами, имхо, начинаются повторения повторения повторения одной и той же мысли, о которых уже писала касательно другого рассказа:

Да, внутри тебя есть прекрасный и истинно бесконечный мир, где нет никого. Только ты, твое я, светится невыразимо прекрасным светом одинокой звезды, одинокой среди таких же одиноких и равнодушных звезд, сравнимое только с ними, но ненужный им. Ты не нужен звездам. И ты стал ненужным никому. Ты ушел от слишком беспокойных людей к спокойствию и равнодушию звезд. Только звезды в небе истинно одиноки, потому что им все равно.

Видимо, это должно усиливать эффект, но мне немного грустно от абзаца, смысл которого можно свести к тому, что в тебе есть прекрасный мир, но в нём ты никому не нужная и одинокая звезда среди таких же звёзд, потому что звёзды равнодушны. Только это «прекрасный-прекрасный-прекрасный, одинокий-одинокий-одинокий, ненужный-ненужный-ненужный, равнодушны-равнодушны-равнодушны» повторено десять раз.

«Россыпи драгоценностей»

Типичная сказка про ужасных жадных людей, которые разграбляют природу, и прекрасных мудрых животворных драконов. Не знаю, может, я просто в принципе не очень люблю вот эту назидательность, а может, оно правда немного наивное. По форме это сказка-сказка, с характерными пунктами вроде того, как старик находит волшебное существо и оно просит не есть его.

«Псалом на писца страдающего»

Очень заумно и претенциозно. Если переводить на человеческий, то писатель жалуется, что его мучает вдохновение, а результаты трудов не соответствуют ожиданиям. Бог ему говорит: забей, популярность – это плохо, потому что значит, что ты пишешь для тупого стада, а ты-то пишешь для немногих избранных. Очень пафосно, в общем.

Короче говоря, в сборнике есть рассказы, которые, на мой взгляд, можно с удовольствием прочесть, есть рассказы, которые очень вайбят типичным контентом бложиков в соцсетях, и... ещё некоторые рассказы там тоже есть, да. Не уверена, что автору нужны какие-то мои советы, учитывая, что большая часть сборника была написана, когда я ещё ходила в школу. И также не думаю, что автор планирует вычитывать недовычитанное, потому что за десять с гаком лет как будто уже можно было бы убрать опечатки, расставить по местам запятые и закрыть начатые тирешкой обороты. Ну, если б правда хотелось это сделать.

Что я могу сказать в завершение? Если вы оказались стойкой птицей, которая перелетела, и вам понравилось, то ко мне всё ещё можно записаться в очередь на разбор вот тут.

+47
157

0 комментариев, по

2 205 99 79
Мероприятия

Список действующих конкурсов, марафонов и игр, организованных пользователями Author.Today.

Хотите добавить сюда ещё одну ссылку? Напишите об этом администрации.

Полезное

Подборка полезных статей и записей в блогах.

Хотите добавить сюда ещё одну ссылку? Напишите об этом администрации.

Наверх Вниз