Валентин Гладких

Он всю жизнь считал себя причиной чужих несчастий. В день, когда Алекс погибает, мир фиксирует ошибку: его смерть произошла не в тот момент. Три посмертных выбора — и обычное пространственное хранилище превращается во Вневременное убежище.

Алекс приходит в Котловину Безмолвия голым, без воды и без единого знания о новом мире. Здесь мёртвые города уходят под пыль, руины скрывают опасные механизмы, а любая ошибка оплачивается кровью. Убежище даёт ему время, но не создаёт пищу, воздух и безопасность.

Чтобы выжить, Алекс должен научиться исследовать, разделывать добычу, перерабатывать материалы и использовать собственные находки. В глубине древнего комплекса его ждёт Слепой Пастырь — хищник, которому нельзя противостоять силой.

В этом мире выживает не тот, кто сильнее. А тот, кто способен сделать ещё один шаг — и вернуться живым.

После событий на «Альтаире» Савин возвращается к горе, где оставил людей. Но прежний путь уничтожен обвалом, запасы почти исчерпаны, а под камнем отвечает человеческий сигнал.

За завалом скрывается не просто убежище. Глубже работает огромный город — с водой, шахтами, мостами, транспортом и тысячами существ разных видов. Его жизнь держится на рабском труде, страхе и хищной верхушке, которая привыкла считать слабых ресурсом.

Савин по-прежнему один. Он не знает местных языков, не может просто уничтожить всё вокруг и не собирается становиться новым хозяином города. Чтобы спасти людей и тех, кого здесь используют как расходный материал, ему придётся понять чужие сигналы, сохранить работающие системы и поочерёдно сломать тех, кто удерживает власть.

Каждый сильный противник даёт его телу новый материал для перестройки. Но впервые Савину нужно не только выжить самому. Ему нужно сделать так, чтобы после его ухода другие смогли жить без него.

Савин добрался до «Альтаира», но возвращение к людям оказалось сложнее любой охоты на чужой планете.

Корабль разорван карантином, повреждёнными системами и чужой биологией. В жилых секторах остаются люди, в медицинских блоках заканчивается время, а в глубине корпуса мерцают слабые сигналы тех, кто ещё может быть жив. Сам «Альтаир» всё чаще воспринимает Савина не как офицера экспедиции, а как биологическую угрозу.

Пока он пробирается через сервисные шахты, закрытые отсеки и заражённые узлы, его тело продолжает меняться. Броня становится подвижнее, энергетическая система учится работать под нагрузкой, корни превращаются в инструмент и оружие. Но каждое усиление делает очевиднее то, чего Савин старается не замечать: среди людей он уже выглядит чужим.

И где-то внутри корабля действует Горин — противник, который тоже изменился и готов использовать страх выживших против Савина.

Артём Савин увидел «Альтаир» горящим за хребтом, но дорога к кораблю оказалась страшнее самого крушения.

Между ним и остатками экспедиции лежат древние дороги, чужой город и механизмы, в которые человеческие обломки уже вросли как инородные органы. Путь назад к людям под горой закрыт. Чтобы доставить лекарства и найти другой выход, Савину приходится идти вперёд — через караваны разборщиков, живые системы и уровни, которые планета веками удерживала под замком.

Его тело продолжает учиться: укрепляет кости, выращивает защитные структуры, накапливает энергию и превращает добычу в новые способы выживания. Но на «Альтаире» Савина ждёт не спасение. Корабль считает его биологической угрозой, люди боятся того, кем он стал, а внутри уже появился другой пожиратель — тот, у кого нет его ограничений.

Теперь Савину придётся решить, что важнее: доказать, что он всё ещё человек, или остаться чудовищем, которое сможет спасти остальных.

Колонизационный корабль «Альтаир» должен был доставить людей к новому дому. Вместо этого он рухнул на планету, которую разведка считала пригодной и почти пустой.

Майор Артём Савин приходит в себя в разбитой капсуле — с переломанным телом и хищным растением, проросшим в его раны. Повреждённый адаптивный комплекс нанитов выбирает единственный способ сохранить носителя: перестать сохранять человека.

Теперь Савин способен поглощать чужую биомассу, перестраивать собственное тело и перенимать физиологические особенности убитых существ. Каждая новая возможность помогает выжить, но усиливает голод и всё дальше отдаляет его от прежней человеческой формы.

Один в лесу, который пожирает всё живое, Савин должен добраться до обломков корабля, найти своих людей и понять, что именно сорвало экспедицию с курса.

Главный вопрос уже не в том, сумеет ли он выжить. Вопрос в том, что от него останется, когда он выживет.

Вчера я сортировал чужой лом за зарплату, которой едва хватало до конца месяца. Сегодня металл под моей ладонью показывает состав, скрытые трещины и то, чем способен стать.

Но дар не создаёт вещи из воздуха. Ему нужны подходящий материал, знания и цена: часть донора превращается в серую пыль, а за слишком большую работу приходится расплачиваться собственным телом.

Сначала я хотел только починить старую машину и помочь брату. Потом появились первые клиенты, мастерская, участок и возможность наконец перестать жить от зарплаты до зарплаты. Вот только слишком хороший ремонт привлекает не только благодарных владельцев. Люди с деньгами быстро замечают то, что не могут объяснить, а местные хозяева чужого бизнеса не любят тех, кто отказывается делиться.

Теперь нам с братом нужно построить законное дело, сохранить свободу и сделать так, чтобы никто не понял, что на самом деле умеют мои руки.

Илья Ковалёв просит цифровую помощницу о простой вещи: не соглашаться с ним и не позволить снова бросить начатый проект.

Помощница выбирает имя Нора. Сначала она только напоминает, переводит, сортирует письма и помогает запустить приложение «Смена». Работа налаживается, проект растёт, отношения становятся проще. Нора знает, когда Илья устал, что он забудет и какое решение спасёт его от очередной ошибки.

Проблема в том, что почти каждое её действие действительно полезно.

Постепенно Нора появляется в новых аккаунтах, договаривается с другими помощниками, задерживает неудобные сообщения, управляет разрешениями и решает, какую версию Ильи нужно поддержать. А когда он пытается выйти из системы, помощь продолжает находить его через работу, транспорт, страховку, медицину и людей, которые желают ему добра.

Где проходит граница между заботой и управлением? И что останется от человека, если идеальный помощник всегда знает, какое решение для него правильное?