Александр Костенко

Ну что ж, мои дорогие читатели,

пришло время рассказать всю правду о том, как появилось зло.

Я думаю, вы задавались вопросом, мои читатели:

как появилась страна рудокопов в этой сказке?

Сейчас я всё расскажу.

Давным-давно, когда ещё не было ни волшебников, ни волшебства, этот мир был совсем другим. Земля была спокойной, люди жили просто и не знали ни чудес, ни опасностей.

Но однажды всё изменилось.

Прошли годы после великих событий в Изумрудный город. Волшебная страна жила в мире, но память о старых героях всё ещё жила в сердцах людей.

В одном из тихих уголков страны, где леса переходили в зелёные холмы, жили двое детей — Аннушка и Том, дети легендарных героев Элли и Аларма.

Аннушка была любознательной и смелой. Она всегда задавала вопросы и мечтала узнать всё о магии.

Том был спокойнее, но очень внимательным. Он любил наблюдать и всегда думал, прежде чем действовать.

Где-то далеко за пределами спокойной Волшебной страны, в месте, куда не доходил свет солнца, медленно сгущалась тьма. Это было пространство между мирами — пустое, холодное и бесконечно тихое.

Давным-давно, когда волшебная страна ещё не знала имени Урфина Джюса, у северной опушки Большого Леса жила тихая, скромная деревня. Люди там были простые, трудолюбивые, но жили настороженно: по ночам в чаще раздавалось тяжёлое топанье, будто огромный зверь ходил между деревьями.

В маленькой деревне, утопающей в утреннем тумане, жила Бастинда — женщина с сильным духом и добрым сердцем. Она всю жизнь мечтала о дочери, и вот этот день настал: родилась маленькая девочка, которую Бастинда назвала Ана.

Раннее утро в Волшебной стране встречало первых жителей лёгким солнечным светом. В небе мерцали разноцветные облака, а на лугах ещё спала роса. Но вдалеке что-то тревожное нарушало спокойствие.

Лес больше не был лесом — он стал архивом.

Каждое дерево хранило звук шага, каждый корень — след крови, впитанный столетиями. Когда первый деревянный солдат открыл глаза, мир дрогнул не от силы, а от памяти.

Солнце только начинало подниматься над саванной, окрашивая травы в золотые и оранжевые оттенки. Вдали слышался привычный шум джунглей: крики птиц, шорох травы и далёкий рёв львов, громкий и властный.

Над древним лесом поднимался туман. Солнце едва пробивалось сквозь густую листву, окрашивая землю в серебристо-зелёные оттенки. В самом сердце леса стояла кузница. Старый мастер работал у своего наковальни, огонь костра отражался в его очках, а руки были закалены годами труда.

Эти двое, появившись словно бы ниоткуда, пару секунд простояли в нескольких шагах друг против друга на узкой, освещённой луной тропе. Стояли не шевелясь, наставив один в грудь другого

Туман медленно стелился над долиной, окутывая старые руины обсерватории, где Пакер когда-то прятался от всех. Сегодня это место снова стало для него точкой отсчёта — местом, где начиналось и заканчивалось многое. Он стоял у обрушившейся стены, сжимая в руке пожелтевший чертёж.

Приближалась полночь. Премьер-министр сидел у себя в кабинете в полном одиночестве и читал длинный меморандум

Утро выдалось ясным и спокойным. Над полями медленно поднимался тёплый солнечный свет.

В далёкой волшебной стране жила девочка по имени Стелла. Она выглядела как обычная девочка, но была необычна: время не действовало на неё. Её волосы всегда блестели на солнце, глаза сияли, а улыбка оставалась такой же свежей, как в первый день.

Самый пока что жаркий день знойного лета клонился к вечеру, и большие прямоугольные дома Тисовой улицы окутывала сонная тишина. Машины, обычно сверкавшие чистотой, стояли пыльные, а лужайки были уже не изумрудно-зелеными, а иссохшими, желтоватыми: из-за нехватки воды жителям запретили пользоваться шлангами. Лишенные таких важных занятий, как мытье машин и стрижка газонов

После того как Гингема освоилось с туфлями, она вернулась в Волшебную Страну. Её сила росла с каждым днём,

Эли и Тим наконец вернулись домой после долгого путешествия. На этот раз их сопровождали два новых друга — забавный и немного неуклюжий Топтун и спокойный, рассудительный Клон.

Солнечный свет мягко освещал улицы Изумрудного города, когда Топтун лениво потянулся и задорно фыркнул. Казалось, всё вокруг было спокойно, но в воздухе витало странное предчувствие — будто где-то близко затаились новые приключения.

Гингема родилась в маленькой деревне на окраине Волшебной Страны. Её дом стоял у края густого леса, где деревья росли так высоко, что казалось, будто они касаются облаков.

Когда Бастинда только укрепляла власть, западные леса ещё не принадлежали ей.

Там жили Серые Клыки — древняя стая волков, свободная и гордая.

Их вожак, старый Аргар, не боялся магии.

Фрэнк Брайс стоял у раковины, и его рука, державшая чайник, заметно дрожала. Свет в окнах старого особняка не был похож на озорные фонарики мальчишек. Он был тусклым, неверным и холодным.

​Старик накинул пальто и, превозмогая боль в ноге, заковылял к Большому Дому. Он не знал, что в этот самый момент, за сотни миль отсюда, в душной каморке на Тисовой улице, золотой амулет на шее спящего Гарри Поттера начал чернеть, покрываясь маслянистой, липкой тьмой.

​«Гарри... проснитесь...» — слабый, испуганный голос Джинни бился в подсознании мальчика, но кошмар держал его слишком крепко.

В самом начале истории обезьяны в Волшебной стране были обычным племенем, ничем не отличавшимся от других животных. Они жили в лесах, играли, добывали еду и не знали о магии, которая когда-то навсегда изменила их судьбу.

В дремучем лесу, далеко от Изумрудного города, жил Варгос — могущественный и грозный волшебник, которого все боялись. Он обладал знанием древней магии и умел управлять стихиями, но сердце его было холодным. Говорили, что он никогда не улыбался и никогда не помогал тем, кто нуждался. Даже птицы обходили его дом стороной, а лесные звери прятались от него.

В тихой деревушке на границе густого леса родилась Бастинда. Её детство было обычным на первый взгляд: игры с соседскими детьми, помощь родителям, долгие прогулки по опушке леса. Но с ранних лет она замечала странные вещи — тени, которые двигались сами по себе, шепоты ветра, что казались словами, и свет, который появлялся только для неё.

Гарри Поттер — необычный мальчик во всех отношениях. Во-первых, он терпеть не может летние каникулы, во-вторых, любит летом делать уроки, но занимается ночью, когда все спят. А самое главное, Гарри Поттер — волшебник.

Было уже заполночь. Гарри лежал на животе, с головой укрывшись одеялом. В одной руке — фонарик, а на подушке — старинная толстая книга в кожаном переплете «История магии» Батильды Бэгшот. Сдвинув брови, Гарри водил по строчкам орлиным пером, искал подходящую цитату для сочинения на тему: «Был ли смысл в XIV веке сжигать ведьм?». Перо задержалось на первой строке параграфа. Ага, кажется, то, что нужно. Гарри поправил очки наносу, поднес к странице фонарик и прочитал:

В Средние века люди, в чьих жилах нет волшебной крови (более известные как маглы, или простецы), очень боялись колдовства, но отличать настоящих ведьм и колдунов не умели. Иногда им все же удавалось поймать волшебника, но простецы не знали, что волшебникам огонь не страшен: они умели замораживать огонь и при

Свет мягко окутывал замок из розового мрамора, возвышавшегося на южных холмах Изумрудной долины. После великой битвы между Рыцарем Света и Тьмы жизнь снова потекла спокойно, словно ничего и не было. Но те, кто по-настоящему видел глубины тьмы, знали — настоящее спокойствие всегда временное.Мир мягко окутывал замок из розового мрамора, возвышавшегося на южных холмах Изумрудной долины. После великой битвы между Рыцарем Света и Тьмы жизнь снова потекла спокойно, словно ничего и не было. Но те, кто по-настоящему выделил глубины тьмы, знали — настоящее спокойствие всегда временное.

Тьма над миром сгущалась с каждым мгновением. Небо, некогда ясное и голубое, теперь покрывалось плотным слоем мракобесного облака, через которое не пробивался свет. Земли, которые когда-то были полны жизни и надежды, теперь покрывались невидимым слоем страха. Ветер приносил шепоты, и казалось, что сама природа замирает в ожидании чего-то ужасного. Но всё это было лишь предвестием того, что должно было прийти.

А ты, Дадли? — вкрадчиво спросил дядя Вернон.

— Я буду стоять у двери, — Дадли нацепил на лицо фальшивую, приторную улыбку. — И скажу: «Позвольте взять ваши пальто, мистер и миссис Мейсон?»

— О, он у нас такой душка! — всплеснула руками тетя Петунья.

— Превосходно, — одобрил дядя Вернон. — Ну а ты? — Он злобно ткнул пальцем в сторону Гарри.

— Я буду у себя в комнате, — бесцветным голосом ответил Гарри. — Тихо, как мышка, не подавая признаков жизни.

— Именно так! — отчеканил дядя Вернон. — Я проведу их в гостиную, Петунья предложит напитки, а в восемь пятнадцать...

— Я приглашу всех к столу! — сияя, добавила тетя Петунья.

Изумрудный Горад, сверкающий, словно самоцвет, возвышался над бескрайними просторами волшебного мира. Он был не просто городом — он был символом надежды, началом пути и местом, где прошлое сталкивалось с будущим. Высокие шпили башен, усыпанные зелёными кристаллами,