Фрэнк Брайс стоял у раковины, и его рука, державшая чайник, заметно дрожала. Свет в окнах старого особняка не был похож на озорные фонарики мальчишек. Он был тусклым, неверным и холодным.
Старик накинул пальто и, превозмогая боль в ноге, заковылял к Большому Дому. Он не знал, что в этот самый момент, за сотни миль отсюда, в душной каморке на Тисовой улице, золотой амулет на шее спящего Гарри Поттера начал чернеть, покрываясь маслянистой, липкой тьмой.
«Гарри... проснитесь...» — слабый, испуганный голос Джинни бился в подсознании мальчика, но кошмар держал его слишком крепко.
