Написал комментарий к посту Бесконечный Ноябрь Души
..."Потом Вася подошла к хлебному.
Там, под стеклом, лежал коржик. Молочный коржик “Гранитный”, за двенадцать рублей.
Он был круглым, плоским и бледным, как лицо самой Васи в пасмурный день.
Коржик смотрел на Васю с пониманием. Они были родственниками по линии «грустной овсянки».
— И тебя, — решила Вася. — Слон, ты будешь коржик?
Слон протрубил Васе, что коржики — это достойная еда для летучих существ.
Вася подошла к кассе.
На кассе сидел Слон.
Вася опасливо покосилась вверх, на своего. Нет. Её слон был на месте.
У Слона за кассой не было веревочки, но был синий халат, калькулятор и груди.
Они лежали на ленте транспортера, занимая всё стратегическое пространство.
— Пакет ннада? — спросил Слон в халате.
Васин слон выдохнул сверху, через хобот струю тёплого воздуха.
Груди замерли. Принюхались. Пахнуло сеном.
Но тут пикнул сканер. Наваждение исчезло"…
Спасибо. Заходите. Буду Рад) Если автор сумеет нащупать тропинку между тонким юмором и клоунадой, возможно получится интересно. Автор будет стараться :)




:)

не мажу... от смущения так сказать краснеют. Спасибо что прочли.
читатель




. В Хлябе нет Солнца, сангласес не в тренде)
Написал комментарий к посту Бесконечный Ноябрь Души
Знакомьтесь. Вася Петелькина
..."Свитер висел на стуле, как сдувшийся воздушный шар после чужого праздника. Цвет его когда-то был бежевым, потом стал серым, потом — чем-то средним, для чего в каталогах красок существует термин «грустная овсянка». Размер позволял спрятать внутри небольшого бухгалтера или одну Васю Петелькину вместе с тоской по несбывшемуся.
Вася сидела на кровати и щурилась.
Без очков мир был мягким, размытым и почти терпимым. Шкаф в углу — монументальный, дубовый, переживший революцию, блокаду и три поколения моли — расплывался в тёплое коричневое пятно. Потолок — четыре метра обиженной штукатурки — парил где-то далеко, в пространстве, которое этой комнате было не по рангу и не по карману. Ноты на полу лежали веером, как карты гадалки, предсказавшей одно и то же: бемоль, бемоль, снова бемоль.
Она нащупала очки на тумбочке. Большие. Круглые. В тёмной оправе, делавшей её лицо меньше, чем оно было, а глаза — больше, чем следовало. В очках Вася Петелькина была похожа на испуганного лемура, забредшего в консерваторию по ошибке.
Без очков она была похожа на кого-то другого. Но без очков её никто не видел. Включая зеркало."...