Василиса Сказочная

Прислонившись лбом к холодной поверхности зеркала, я крепко зажмурился, пережидая лавину привычной боли, раздирающую сердце в жалкие лоскуты. Вцепившись в ткань занавеса, я смял его побелевшими пальцами. Бездонная пропасть в душе разрасталась, грозя затопить меня с головой, пожирая остатки тепла и желание влачить жалкое, вымученное существование на границе одинокой чёрной пустоши. Боль утраты с течением времени слабее не стала, да я и не хотел этого...

Рассказ о приключении мышей-сыщиков.

Проклятая луна выглянула из-за тучи, заставляя прижаться спиной к досчатому, покосившемуся забору. Я стоял, отмахиваясь от надоедливой мошкары, облепившей меня с ног до головы. Стащил шапку и протер ею лицо и шею. Надо же - зло усмехнулся я, - домишко-то богатый: впереди забор кирпичом выложен, да с коваными решётками, а позади, со стороны заброшенной дороги, старые гнилые доски оставили, пожадничали. Позади хлопнула оконная ставня, потом шаги по скрипучим ступеням крыльца и послышались отдаленные голоса, о чём-то спорившие. Я, испугавшись, что хозяева дома заметят мой силуэт, пригнулся и шагнул левее, где доски были прибиты почти без зазоров. Но тут же зашипел и выронил лопату. Обжёг руку о крапиву, в темноте на неё напоролся. Лопата с тихим лязгом и протяжным шорохом завалилась в высоченные заросли крапивы.