Заходил
Берег Оки, октябрь 1957 года. В небе спутник, тот самый, самый первый, рядом товарищи и впереди целая жизнь. Война кончилась давно и раны страны уже затянулись. Живи и радуйся!
Но нет. Утро, не вовремя понесший конь и бабамс! Здравствуй 1457 год. И здравствуй всё тот же берег Оки.
Только теперь это не уютная река в паре часов от столицы, а самая что ни на есть граница. И границу эту надо беречь как зеницу ока.
И ответственности столько что слабого просто раздавит. Но кто сказал что я слабый?
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Из будущего прямо в Сталинград 43-го. Но не для того чтобы изобретать командирскую башенку, перепевать Высоцкого и лично побеждать всю армию Гитлера вкупе с его союзниками.
Нет.
Бои закончились. Фронт ушёл на запад.
И настало время строить. Превращать символ стойкости страны в символ её возрождения.
Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же!
Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже.
Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14 класса с жалованием аж в 15 рублей в месяц. Лучше стать миллионером.
Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же!
Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить должность даже не ассенизатора, ой простите асессора, а куда ниже.
Э нет, меня не прельщает быть чиновником 14 класса с жалованием аж в 15 рублей в месяц. Лучше стать миллионером.
Бывший воин-афганец умирает и попадает на сорок лет назад в такого же раненого воина. Выздоровев, он оказывается членом большой дружной семьи и решает не останавливать поезд который несется под откос, а просто жить.
