Книги в жанре Назад в СССР

Еще вчера, в 2026 году, я был успешным юристом и вел дела на миллионы. Но сегодня вдруг оказался в 1992-м, в своем двадцатилетнем теле. На дворе дикий капитализм и правовой беспредел. А моя семья вынуждена считать копейки на макароны.

У меня больше нет ни связей, ни репутации. Зато остались опыт, железная хватка и странный «Индекс судьбы», требующий пробиться в Высшую лигу. Законы только пишутся, а бизнес делается на коленке? Отлично! Я покажу, как работают настоящие профессионалы. Вот только... как вообще можно работать без мобильника, принтера и портала Госуслуг?!

Майор Ковалёв получил свой полк - печать, знамя, несколько десятков ветеранов и... всё - даже на раскачку времени не выделили.

Но Ковалёв знает, что будет дальше.

Знает, какие немецкие танки скоро выйдут на поле боя. Знает, где развернётся главное сражение лета сорок третьего. И знает главное: никакое знание будущего не заменит хорошо обученный расчёт, правильно отрытый окоп и пушку, которая выстрелит первой.

Ему предстоит собрать полк с нуля, выбить для него лучшее оружие и превратить вчерашних курсантов в противотанкистов.

Потому что впереди Курская дуга, и там его стволам найдётся работа.

Майор-артиллерист погибает в бою — и приходит в себя осенью 1941 года, в теле молодого красноармейца Матвея Гурьева. Впереди — Москва, позади — отступление, а рядом лишь потрёпанный расчёт тяжёлой гаубицы и несколько последних снарядов.

Он знает, чем закончилась эта война. Но знания будущего не остановят танки и не спасут товарищей. Теперь ему предстоит сделать всё, чтобы враг не прошёл к Москве...

ТОВАРИЩИ! НИ ШАГУ НАЗАД! ПОЗАДИ МОСКВА!

Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев, как обычно, в центре интриг. Своих, что его вполне устраивает, и чужих, что, конечно, уже никому не понравится. А тут еще и Диана, вернувшись в Москву, получает от КГБ совершенно неожиданное указание…

Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки, которые почему-то знают ДП лучше меня.

Плохие новости: до Берлина — четыре года, и все пешком.

Хорошие: я знаю, чем всё кончится, а мои руки знают, где у «максима» замок. Знаю, что обещанная машина — как обещанная баня: помыться успеют все, кроме тебя. И точно знаю, что взводу нужны не подвиги, а повозка, ведро и десяток прямых гвоздей.

Меня зовут Пулемётчик Федя. Это не позывной, это уже репутация — она бежит впереди меня быстрее, чем я отступаю.

1956 год. Советский Союз вступает в эпоху перемен.

Валентин Жериков уже давно понял простую вещь: знания из будущего сами по себе ничего не стоят, если вокруг нет нужных технологий, оборудования и людей, способных воплотить идею в жизнь. Но теперь он всё чаще пытается изменить не только собственную судьбу, но и будущее страны.

Переросший программу института он берётся за новые задачи. Но наука — далеко не единственное, что меняется вокруг.

И чем дальше Валентин идёт по выбранному пути, тем меньше остаётся уверенности, что будущее, которое он помнит, вообще когда-нибудь наступит.

Зима сорок первого года будет... разной.

Леденящий холод и опаляющий огонь продолжат проверять на прочность доктора Николина. Новые ранения и травмы, чужие и свои, знакомых и незнакомых - всё это мешает работе врача. Но цель остаётся неизменной - только Победа! Продолжаются уроки в школе Пирогова, один за другим идут эшелоны с ранеными. А ведь это только сорок первый...

Ленинград ещё жив: дети играют во дворах, в окнах звучит радио, люди верят сводкам и ждут, что врага скоро отбросят.

Но современный микробиолог Александр Шереметьев, попавший 23 июня 1941 года в тело юного лаборанта, знает: через два с половиной месяца вокруг города сомкнётся кольцо блокады — "сто двадцать пять блокадных грамм с огнём и кровью пополам", мёрзлые квартиры, санки с телами на зимних улицах.

В его будущем семья уже погибла от голода, и второй раз он этого не допустит. У него нет армии и власти — только знания, лаборатория и несколько недель, чтобы выбить оборудование, спасти штаммы, наладить выпуск белка, спирта и лекарств.

Фашисты хотят уморить Ленинград. Шереметьев сделает так, что вместо мёртвого города они получат живую крепость.

Его фронт — лаборатория. Его враг — Голод. Фашист будет бит. Русский человек выстоит. А до Победы доживут те, кого история обрекла.

ПЕРВЫЙ ТОМ ЗДЕСЬ: https://author.today/work/589165#

Штурмовик Владимир Сошников закинул гранату во вражеский «укреп», но после взрыва очнулся в окопе, среди красноармейцев с трехлинейками, отбивающих атаку угловатых серых танков с черными крестами на броне.

Он служил в добровольческом батальоне «Буря» и знал войну не понаслышке. Два года на ЛБС, десятки взятых «укрепов» и уничтоженных солдат противника.

Теперь Сошников — боец Красной Армии, у него нет привычного автомата «АК-12», разгрузки с магазинами и мощной артиллерийской поддержки. Только старенький «Наган», граната на длинной ручке и жестокая реальность самого страшного лета в истории страны.

Поможет ли опыт современной войны 21 века изменить историю? Но для начала ему надо просто выжить.

Начало 90-х. Передел собственности. Юра против воли оказывается втянут в борьбу за крупный металлургический комбинат. Его близкие люди в опасности и он не может остаться в стороне.

Погиб в XXI веке и очнулся в 1942-м — младшим лейтенантом накануне самых страшных боёв за Сталинград. Сможет ли один человек изменить историю?

Кит Миллер возвращается в Америку победителем. Осталось выяснить, кому теперь принадлежит эта победа. Продолжение приключений любвеобильного "Ловеласа".

Пётр Васин по прозвищу Неправильный служил сапёром в отряде «Контур». Очередная операция, подрыв — и он приходит в себя в 1941 году.

Первые месяцы войны. Отступление, разбитые части, паника. Немецкие танки идут по советской земле. Васин умеет собрать мину из груды хлама, на ходу заминировать мост, поставить растяжку — и сдерживать натиск врага, где обычная рота уже откатилась назад. Вот только сейчас такие приемы слишком быстро привлекают внимание Особого отдела.

Чтобы выжить и спасти боевых товарищей, ему снова придется стать Неправильным. Собрать взрывчатку из подручного хлама, научить необстрелянных бойцов минному делу, спорить с политруками и командирами и принимать решения быстрее, чем война перемелет очередную роту.

А впереди — мост. Тот самый, которого никак нельзя оставить врагу целым.

Страны, которой присягал Сергей, больше нет. Вчерашние друзья и соседи делят власть, армейские склады и территории, а новые границы всё чаще превращаются в линии фронта.

Сергей снова оказывается на войне - междоусобной, жестокой, запутанной и официально чужой. Брат на брата, сын на отца, отец на сына... Здесь нет правых и виноватых, прежние приказы больше ничего не значат, а доверять нельзя даже своим. Но Сергей давно знает: ничьей земли не бывает. Рано или поздно каждому приходится выбирать, за что сражаться и кого нельзя оставить за спиной.

Выполнение боевого задания оборвало мою жизнь. Долгая и насыщенная служба офицера спецназа, полная взлетов и падений закончена. Однако судьба распорядилась иначе и дала мне второй шанс.

СССР, сентябрь 1991 года. Ход истории уже изменен. Максим Громов, выполнив последнее задание в Афганистане намерен вернуться к семье. Однако генерал-лейтенант Хорев делает ему предложение, от которого невозможно отказаться...

Четвёртый том серии. Алексей Штурмин, продолжает нести тепло и свет в дома врагов в промышленных масштабах, заодно продавая капиталистам их собственные ресурсы.

Продолжения каждый день, за исключением случаев форс-мажора утром около восьми или девяти часов.

Виктора Ковалёва списали в сорок три года: три подписи, вежливый полковник, «вы своё отвоевали». А потом он очнулся в воронке под июльским небом сорок первого — двадцатитрёхлетним лейтенантом с двумя ногами и чужим круглым почерком с наклоном влево. Впереди четыре года работы, которую он умеет делать лучше всех вокруг.

Я не планировал умирать. Так вышло. Теперь я не майор уголовного розыска в 2025 году, а оперативник СМЕРШ.

Враг, за которым гонялся по Курской земле, уничтожен. Его подручные тоже приказали долго жить. Остался последний этап и последний год войны. Впереди меня ждут Берлин, чертежи Крестовского и Победа.

Война в тылу врага – это всегда трудно. Когда кроме тебя и твоих товарищей, рядом нет никакой вооруженной поддержки. Когда все свои действия надо совершать, тщательно просчитывая все возможные последствия не только для врага, но и для жителей временно оккупированных территорий. И каждый шаг может повлечь за собою совершенно непредсказуемые последствия.

Вот тогда и становиться понятным, почему за такое дело должны браться только те люди, которые способны думать и просчитывать все варианты развития событий.

Специально обученные и хорошо подготовленные.

Профессиональные диверсанты…

Девятнадцатого ноября сорок второго за Доном встаёт гул, которого в городе не понимает никто. Иван Петрович понимает: он помнит эту дату из учебника, который здесь ещё не написан. До второго февраля семьдесят пять дней, и месяц из них Волга не пропустит ни лодку, ни машину.

Дальше всё переворачивается. Три месяца он учил своих встречать того, кто входит в дверь. Теперь входить придётся ему, а встречать будут его, и полторы секунды в проёме работают на того, кто ждёт.

По ту сторону стены сидит человек той же профессии. Он собирает под одну скрепку всё, что остаётся после чужой работы: дробь в упор, вскрытые печные стояки, схемы под копирку без подписи составителя. Фамилии там нет и не будет. Он выводит в углу карты печатными буквами «Учитель» и понимает, что искать автора уже поздно.

Иван Петрович по-прежнему знает о штурме всё. Просто теперь это знает не он один.

Капитан спецназа ГРУ Сергей Ларин всю жизнь воевал — и именно тогда, когда снова понадобился, оказался негоден: старые ранения, изношенное тело, пенсия. На СВО его не взяли. Он умер, чиня забор на даче.

Очнулся в теплушке у Бреста. Двадцать лет, здоровое тело, рядом тридцать красноармейцев — и за окном рассветает двадцать второе июня сорок первого года.

Он знает, что будет. Знает про котлы, отступления, миллионы смертей. Изменить ход войны одному человеку не под силу. Но воевать — можно. Профессионально, жёстко, с полной отдачей.

Наконец-то.

Смерть не стоит за плечами - она кружит вокруг на чёрных крыльях с крестами, заглядывает в глаза дулами пулемётов и карабинов, свистит осколками, воет минами.

Великая война не прекращается. Доктор Николин продолжает жить и работать, выполняя свой долг, дело всей жизни. Не думая о том, сколько осталось той жизни ему и его близким. Приближая Победу. Нашу Победу.

Он погиб, спасая раненого на поле боя — чтобы очнуться в том же аду, но теперь 1941 года. Те же стрельба, взрывы, боль и кровь, только теперь в спину кричат не «Руки в гору!», а «Хенде хох!». Рефлексы хирурга и бойца проходят проверку новым-старым временем: зажим - спасение своего, выстрел - смерть врага. Так начинается его новая война.

Госпиталь в сельской школе, растерянный персонал, главврач-ретроград. Десятая палата, откуда выносят только вперёд ногами. Бывший майор, снова став сержантом, строит свой новый гарнизон.

ПЕРВЫЙ ТОМ ТУТ: https://author.today/work/574657

Противник отброшен от столицы. Люфтваффе несут потери и жаждут реванша. Советские лётчики не отдают небо врагу, но каждый вылет превращается в смертельную дуэль. Старший лейтенант Андрей Михайлов получает от командования особое задание. На кону не только успех операции, но и жизни тех, кто верит своему командиру.

Штурмовик Владимир Сошников закинул гранату во вражеский «укреп», но после взрыва очнулся в окопе, среди красноармейцев с трехлинейками, отбивающих атаку угловатых серых танков с черными крестами на броне.

Он служил в добровольческом батальоне «Буря» и знал войну не понаслышке. Два года на ЛБС, десятки взятых «укрепов» и уничтоженных солдат противника.

Теперь Сошников — боец Красной Армии, у него нет привычного автомата «АК-12», разгрузки с магазинами и мощной артиллерийской поддержки. Только старенький «Наган», граната на длинной ручке и жестокая реальность самого страшного лета в истории страны.

Поможет ли опыт современной войны 21 века изменить историю? Но для начала ему надо просто выжить.