Лоренцо – клоун, замученный своими неудачными выступлениями и фальшивой улыбкой, становится заложником в сюрреалистичном кошмаре, где цирк поедает его личность, где его собственное отчаяние и страх сцены материализовались в нечто чудовищное, что питается его душой. Теперь он должен выйти на арену для своего последнего, самого страшного представления. Это история о цене фальшивой улыбки, о страхе быть неуслышанным и о том, во что может превратиться искусство, когда в его сердцевине лишь пустота и ужас.
Заходилa
В городе, где блеск небоскрёбов отбрасывает длинные тени на заброшенные промзоны, тихо исчезают те, кого общество предпочло не замечать. Алиса, бывший следователь, а теперь социальный работник, отказывается списывать пропажи бездомных на статистику. Её расследование это путь по краю отчаяния, от грязных подвалов городских теплотрасс до стерильных коридоров власти.
Её поиски приводят к заводу "Ресурс-Переработка" образцу экологических инноваций, за высоким забором которого скрывается нечто невыразимое. Чтобы остановить машину, пожирающую самых незащищённых, Алисе придётся столкнуться не только с системной жестокостью и всесильной коррупцией, но и с самой природой человеческого страдания. Она обнаруживает, что в мире, где всё можно купить, самой дорогой валютой оказалась нужда, чистая, концентрированная и чудовищно востребованная.
Пронзительное исследование хрупкости человеческой психики, цены самообмана и тонкой грани между вымыслом и реальностью. История, в которой каждый читатель задаст себе вопрос: а не живём ли мы порой в собственных выдуманных мирах, лишь бы не видеть правду?
Сможет ли он найти спасение? Или его душа навсегда останется в плену собственной вины?
Доктор Дикенс, движимый личной трагедией и желанием помочь, оказывается перед выбором: сказать правду или дать пациенту последнюю надежду, даже если это иллюзия. Роберт, в свою очередь, вынужден бороться не только с физической болью, но и с эмоциональным грузом, который несёт его состояние.
Эта история заставляет задуматься: что важнее — правда, которая может сломать, или надежда, которая, даже будучи ложной, даёт силы жить?