Руслан Кучумов

...Везде рассыпаются скопления чего-то, источающего то завораживающее свечение. Не в силах оторваться от переливающейся до горизонта бездны, пытаюсь уложить в голове, как между фантастических ветвей и ярусов бесчисленных «иггдрасилей» во все стороны тянутся, переплетаются, взрываются жилистые канаты, расходясь и сходясь в узловатые клубки, ложа и стрельчатые своды. Хаос и безбрежность этого кружева бьют наотмашь — мощнее, чем сам лес. В буйстве цвета и форм кроется нечто бесконечно чужое....

При упоминании Лавкрафта на ум обычно приходит Ктулху, вместе с ним из глубин памяти всплывают запретные манускрипты, щупальца и иннсмутские упыри со своим Дагоном. Целый сонм то ли вымученных в лихорадке, то ли найденных в утробных вулканических звуках мифических имен: Б'гну-Тун, Ньярлатхотеп, Шуб-Ниггурат и Йог-Сотот. Все будто нарочно созданы, чтоб ломать язык. Но для меня Лавкрафт раскрывается не только там. Подлинный лед мастера — по крайней мере тот, что всегда казался мне самым...