Мир, может быть, и совершенно новый, а вот проблемы, кажется, никогда не меняются.
Заходил
Даже суровым и непреклонным приключенцам, решающим судьбы стран и континентов, порой хочется простого "человеческого" отдыха — посидеть в таверне в компании друзей, выпить, поговорить по душам, обсудив последнее приключение, обмыть добытые сокровища...
Но не стоит забывать, что каждый новый выпитый кубок вина или кружка дварфийского эля увеличивают вероятность начала нового приключения, причём, приключения совершенно неожиданного!
Будут ли они превращены во что-то большее, или так и останутся отдельными обрывками — не скажет даже Ктулху. Но оно есть, и оно будет.
Кем бы ты ни был, когда ты без своего костюма, ты всё равно остаёшься Железным человеком.
Что-то, что могло быть...
Что-то, чего быть не могло, но...
Что-то...
Порт захода, дом вдали от дома для дипломатов, мошенников, предпринимателей и странников. Среди двух с половиной миллионов тонн металла, отделяющих от космической тьмы. Здесь может быть опасно, но это последняя и лучшая надежда на мир.
Была...
А потом пришёл Он.
На самом деле, там всё веселее - изначально текст написан на французском, сам автор перевёл его на английский, а я потом перевёл на русский. Вот такая вот "корпоративная работа" :)
Они забрали тебя из столичной тюрьмы - сначала везли в карете, потом на корабле на восток, в Морровинд... Но что, если ты это не он, а выбора тебе, по сути, и не оставили? Воля Азуры и Пророчество будут вести тебя, а глаза многих Сил будут следить... Но за тем ли им стоит приглядывать?
Заказ на убийство узника в тюрьме Имперского Города сам по себе не может быть простым делом. А уж, если в этот же самый момент кто-то пытается убить самого Императора...
Что это? Совпадение? Тайный план? Божественное провидение? В любом случае, как это всегда и бывает, кто заваривает кашу, тот ей и обжигается...
Фанфик по "Fallout 2" (аннотация будет позже)
За поданную идею, редактуру и неоценимое участие в написании текста огромное спасибо товарищу Седрику. Несмотря ни на какие разногласия и разночтения, от упоминания своего участия он не отвертится.