Семен Гражданцев

Умереть в лесу от бандитской пули - это одно. Но очнуться в теле американского детектива в Лос-Анджелесе 1989 года - это уже совсем другая история. После смерти я получил второй шанс и переместился в чужое тело в чужой стране и чужом времени. Ну так все же мечтают попасть в Америку, верно? А еще и дело предстоит привычное: ловить преступников и сажать их в тюрьму.

Стоп. Что значит, я работаю в отделе с самой низкой зарплатой? В смысле за три месяца я не раскрыл ни одного дела? Что? Надо еще и алименты платить? Ладно, спасибо хоть, что живой.

Схема с мексиканской мафией раскрыта, машины возвращены владельцам, и я даже получу за это премию. Жизнь детектива по угонам в Лос-Анджелесе восемьдесят девятого года оказалась не такой уж плохой — если не считать зарплаты, трейлера в Карсоне и того факта, что я до сих пор езжу на «Шеветте».

А еще Лос-Анджелес — город, который не даёт скучать. Особенно если тебе очень нужно громкое дело, чтобы добиться наконец повышения.

Новая жизнь постепенно складывается. И пусть я до сих пор живу в трейлере, зато в кармане появились деньги, а под навесом - новая машина. После раскрытия двух громких дел меня наконец-то повысили. Угоны, мексиканские банды и нелегальные гонки позади, а впереди - непростой путь детектива отдела нравов. Бордели, азартные игры, ставки - все то, чем приличные люди занимаются втайне от жен и соседей.

Похоже, что пришло мое время познакомиться с изнанкой Лос-Анджелеса 1989 года и узнать, почему его называют "городом падших ангелов".

Работа в отделе нравов оказалась сложнее и интереснее, чем я предполагал. Нелегальные бои, подпольные казино, рейды на бордели и целый ворох бумажной работы. Но это настоящее дело – совсем не то, чем я занимался в отделе угонов.

Но однажды ночью я нашел на дороге девушку. Избитую, испуганную, потерявшую все, включая волю к борьбе. Одну из тех, что тысячами приезжают в Голливуд в надежде стать актрисами, а потом оказываются использованными и выброшенными на обочину. И просто закрыть на это глаза я уже не смогу. А значит, теперь мне придется сполна хлебнуть той грязи, что скрывают за собой неоновые вывески и глянцевые фасады Голливуда.

Я оказался слишком самоуверенным, прошлые успехи вскружили мне в голову. А потом меня спустили с небес на землю. Отдел внутренних расследований рассматривает мое дело и не исключено, что в конечном итоге я вылечу из полиции.

Но сейчас мне позволили вернуться на службу. Да, это временно, в качестве патрульного и на сокращенный оклад - но это уже какая-то работа. К тому же я не собираюсь просто ждать, пока меня вышибут из полиции. Я продолжу свое расследование, и рано или поздно доберусь до тех, кто опорочил мое имя. И заставлю их заплатить.

Теперь это личное.