Бушмарина Юлия

Что-то стало так грустно, просто захотела спросить, а что вы сейчас чувствуете?

В моих книгах и рассказах – практически во всех – достаточно много откровенных сцен. Эти сцены абсолютно разного характера – есть нежно-ванильно-чувственные, есть жесткие, есть жестокие, есть даже насилие. И один из часто задаваемых читателями вопросов: «Откуда берется опыт для таких сцен?», или вопросы более прямые: «Это из твоего опыта?» Я отвечу на эти вопросы так: во всех моих персонажах так или иначе отражается автор — но не как дневник, и не как зеркало. В одном — моя нетерпимость, в...

Я пишу любовные романы. Но чаще к моим книгам применимо слово "триллер" из-за высокого преобладания таких эмоций, как тревога, страх, волнение, ожидание, что вот-вот случится нечто дурное – и оно случается. Проще всего, лучше всего мне даются сцены страданий, и не важно это страдания из-за любви, из-за физической или эмоциональной боли. Могу расписывать эти сцены долго и с упоением. Даже любовь в моих романах – это любовь через боль, это любовь раненных жизнью и друг другом людей. Скорее...

С детства у меня была мечта – стать художником или писателем, потом я об этом забыла на долгие годы, а вспомнила относительно недавно, когда мною было написано уже несколько полноценных книг. Писать я начала спонтанно и изначально не с целью написать роман или хотя бы рассказ. Лет 10 назад, находясь в самом что ни на есть упадническом настроении, я вспомнила, как на лекциях по психологии рассказывали – когда внутри все кипит от эмоций – нужно перенести их на бумагу и становится легче. И...