Вольг Вайзенруф

Я направляю свою волю к истоку своей силы. К тому пламени, где началось моё дыхание как создания. Но выше, ибо Сила эта исходит из Сути, которая безмерно превосходит черту моего сотворения. Я капля, кроха, нет, меня будто бы нет, но я должен сделать шаг. Куда я направлю свой шаг? Десять лет я принимал это решение. Десять лет я не размышлял, но думал. И вот я у исходной точки. У самого главного своего побуждения, у единственного своего побуждения. И на него я кладу свою преданность Тебе,...

Очень утомляет шум. Пытаюсь вычленить из него существенное, но существенного мало. Мало того, что воспламеняет дух. Раньше казалось, тлеющие угольки содержатся всюду. Пока не стало ясно, что слишком многое существует лишь для того, чтобы развлекать усталый блуждающий ум. Кому-то удаётся разжечь факел в этом тумане смятения, но... я не вижу множества костров. Это откровение причиняет боль. Охота за массовым вниманием вынуждает быть удобным и податливым, чтобы привлечь тех, кому почти всё...

Месяц отсиживывался по здоровью. Вчитываться было тяжело, противопоказано — глаза. Но на самом деле это хорошая новость: сменил очки с диоптриями на тёмные. Восторг. Радуюсь — пока не набрал читателей. Забавно. Не нужно отчитываться. Но книга, ясное дело, встала — снова. И это тоже забавно — ведь был горячий старт. Потом холодное дно. А затем пыхтел над главой. Месяц. Впервые пишу динамичную сцену погони. Да и вообще — настолько динамичную сцену впервые. А ведь хотел лишь написать рассказ....

А если их двое? А если их восемь?! Вот сижу теперь и думаю, как их обойти. Выдумал главному герою трудности, называется... трудности на свою голову Вот такая она - городского совета охрана...

Повесть желает стать романом и требует больше сил и навыков для воплощения. Полторы тысячи знаков в день — моё скромное удовольствие. В черновике есть около половины, но это черновик. Учусь писать начисто, временами получается. Сам замысел готов почти полностью. Но это «почти» жирное. Увлекательно. И да. Есть иллюстрации.

Рассказ неспешно перерастает в повесть. Выложу по завершении по главе в день. Рецензия на роман пока не готова, в черновике. Старый текст первого акта мюзикла пока в черновике.

Закончил редактирование романа. https://author.today/work/395185 Миллион двести тысяч знаков за год. Для новичка недурно. Автор доволен, но можно лучше. Ещё нужны вычитка и корректура уже моих ошибок. Однако, пока мой ресурс исчерпан. Рецензия на роман в процессе. Тоже в первый раз -- сложно. И трудно быть не предвзятым. Первый свой рассказ в процессе. Скоро будет звуковая карта для конденсаторного микрофона. Почти разучился разговаривать, надо исправлять. Озвучка? Возможно. Когда-то...

Итак, господа мои страдальцы и просто счастливые люди. Думал я недолго, но глубоко. Очень уж люблю немецкий язык и за звучание, и за особенности построения слов. В способности вызывать в сознании образы он развился для меня куда дальше многих. Чёткий, ясный и сильный. Я пытался учить его в юности, да и сейчас держу при себе несколько книг. Очень охотно с ним работает моё воображение. И не вследствие ли этой его силы один печально известный австрийский художник чуть не уничтожил этот мир..?...

Ну что? Все же хотят, чтобы книга была написана профессиональным писателем, отредактирована профессиональным редактором, а рецензию на неё писал профессиональный рецензент? Хех. Так вот, здесь это совершенно не так. И более того, многое здесь спонтанно и просто из большой любви к творчеству. Сразу браться за такую большую работу, не имея достаточно серьёзного опыта прежде, означает — наделать немало ошибок. Но как много значат ошибки, когда исполняется мечта? Когда история бескомпромиссно...

Во мне есть две стихии, которые по сути одно, но действуют с мощным взаимным давлением. Я ужасно придирчивый читатель, вдыхающий смысл. И оттого я, как писатель, требую и от себя максимальных усилий, когда обнаруженный и освоенный мною смысл излагаю сам. Я требую от себя познаний, чтобы писать. Я требую от себя качества содержания, потому что читаю и то, что пишу сам. На этом круг, пожалуй, и должен был замыкаться, но это движение во взаимном давлении порождает осадок. Новое свойство, моё...

Попасть в переплёт — всеобъемлющее описание судьбы нашего главного героя. Но, не сказать, чтобы Монтемарно Тони Анжело привлекал героизм. Он — профессор электромеханики в столичной академии, получивший это мягкое местечко при поддержке своего наставника, влиятельного изобретателя, впрочем, не без заслуги. Однако, казалось, что жизнь Тони на этом остановилось, и не было бы никакой истории, если бы не ещё один друг. С Герхардом они дружили с детства, оба они увлекались сложными вещами, но у...