Когда-то давно люди верили в книги, написанные гораздо более серьёзным тоном. Но после нескольких глобальных катастроф, парочки религиозных войн, одной очень неудачной попытки построить мир на принципах строгой рациональности и одной ещё более неудачной попытки сделать то же самое на принципах абсолютной эмоциональности, человечество устало. Тогда кто-то предложил:
«А давайте, раз всё равно всё абсурдно, возьмём в качестве священного текста того, кто лучше всех абсурд описывал?» Так началась Эпоха Канонизации Роберта.
