Заливной угорь, или Пульс старой Темзы

За парадной открыткой Лондона - с гвардейцами, автобусами и полированным фасадом империи - скрывается другое сердце: сырое, рабочее, ист-эндовское, пахнущее пивом, мокрым кирпичом и рекой. Рассказчик, охотник за "настоящим", находит след старой кухни не в гидах, а в разговоре с барменом Альфом и попадает к Мэй - женщине, которая готовит заливного угря так, как делали до ресторанных легенд и гастротрендов. Кости - "дают силу", кожа - "даёт студень", уксус - "снимает иллюзии", а терпение превращает мутный бульон в вязкую память. Угорь в желе получается честно неаппетитным, но страшно правдивым: вкус Темзы не туристической, а той, что кормила докеров и склеивала их изнутри после сырого дня у воды. Это гастрономическая притча об археологии бедности, о кухне выживания и о том, как легко город превращает культуру в карточку с "историей блюда", забывая главное: пульс старой реки нельзя красиво упаковать - его можно только почувствовать.