Семнадцать лет я садилась за этот стол как жертва. Сегодня — впервые как соавтор.
Три дня назад Рита написала заявление в органы опеки. Потом отозвала — но бюрократическое колесо уже запущено, проверять будут в любом случае. Отец знает: доносчик — кто-то из своих. И сегодня за семейным ужином начнётся допрос.
Мать, которая плачет в ванной четыре раза в неделю, пока бежит вода. Младший брат, который отдаёт хулиганам телефон и говорит, что упал. Сестра, возвращающаяся за полночь с чужими царапинами на шее. И отец — мастер цеха, привыкший находить брак и устранять его, но не видящий, как его собственная семья рассыпается на детали.
Каждый сядет за этот стол со своей правдой. Суп остынет раньше, чем закончится допрос.
Психологическая семейная драма в двух голосах — дочери и отца. О тех, кто молчит, пока не сломается. И о том, что остаётся, когда притворяться больше нет сил.
