Артём уверен: жена его травит. Слишком много совпадений, слишком часто после ужина ему становится плохо, слишком странно она отвечает на простые вопросы. Чтобы собрать доказательства, он прячет дома старый кассетный диктофон.
Но на плёнках оказывается нечто хуже супружеского предательства.
В паузах между его голосом и голосом жены звучит третий. Тихий. Чужой. Он говорит тогда, когда квартира пуста. Отвечает на вопросы, которые ещё не были заданы. И, кажется, знает не только то, что произойдёт завтра, — но и то, что произошло вчера.
Чем больше Артём слушает записи, тем труднее понять, чему можно верить: плёнке, памяти или женщине, которую он уже успел назначить виновной.
Потому что иногда запись — это не доказательство прошлого.
Иногда она и есть прошлое.
