Цикл «Лингвистические расследования»

Монография предлагает метод резонансной этимологии на материале казахского, иврита и английского языков. Слово трактуется как след практики, память как свидетельство. Деколониальный подход пересматривает традиционные версии, выявляя связь языков через общий человеческий опыт. Книга предназначена для лингвистов и современных исследователей культуры.

Монография посвящена восточнославянскому генезису образа упыря. Лингвистика, археология и этнография доказывают: именно здесь впервые зафиксирован термин и сформировался комплекс верований, через южных славян давший миру вампира — от летописей XI века до мировой литературы.

Книга содержит изначальные сказки, записанные до 1850 года, без цензуры и сглаживания. Каждая глава — три–четыре полных текста, объединённых этапом жизни. Академические пояснения сведены к минимуму; всё остальное — голос архаической традиции в её подлинной жёсткости и чуждости.

Книга предлагает новую модель реконструкции праиндоевропейского языка через понятие «ПИЕ языка» — множества локальных вариаций. Автор показывает, как русский, балтийский и другие языки сохраняют архаичные черты PIE не хуже санскрита, преодолевая колониальные, расовые и институциональные предубеждения традиционной лингвистики.

Авторская концепция: Данная монография предлагает радикальный пересмотр понятия грамотности. Вместо традиционной дихотомии «грамотный-неграмотный» вводится концепт «функциональной грамотности» как владения ключевыми семиотическими системами, необходимыми для выживания и полноценного участия в жизни своего социума. Книга показывает, что история — это не переход от тотальной неграмотности к всеобщей грамотности, а череда сменяющих друг друга и сосуществующих «ландшафтов грамотности», где крестьянин, рыцарь, писец и король были в равной степени, но по-разному, компетентны. Центральный сюжет — разоблачение предрассудка о «невежественном простолюдине» как продукта «эпистемического насилия» элит и методологической ошибки историков Нового времени.

Исследование раскрывает «Молот ведьм» как итог двухтысячелетнего процесса демонтажа языческой онтологии, а не начало охоты на ведьм. Работа показывает трансформацию представлений о божественном зачатии от античности до XV века через призму трёх направлений: семантического, теологического и институционального. Автор анализирует, как концепция внечеловеческого отцовства была заменена моноонтологией зачатия, где единственным признанным отцом стал человек, а Богом — творец души.

В произведении исследуется мистическая природа загадочного барина и его семьи, которые обладают сверхъестественными способностями. На основе народных примет и свидетельств очевидцев раскрываются признаки, по которым можно определить кровопийца: особенности внешности, поведения и взаимодействия с окружающим миром.

В центре повествования — история крепостных крестьян, наблюдающих за зловещей деятельностью своего помещика, который под видом благородных поступков забирает жизненные силы людей. Особое внимание уделяется механизмам передачи этой силы, системе контроля над крестьянами и способам выживания простого народа в этих условиях.

Произведение представляет собой цикл взаимосвязанных историй, раскрывающих сущность кровопийцев через призму народного восприятия. Автор исследует темы власти, эксплуатации и противостояния человека сверхъестественному злу, показывая, как древние поверья переплетаются с реальностью крепостничества.