Цикл «Эхо грома»

2029 год. Мир готовится к большой войне и очень старается этого не заметить.

Под Пекином профессор Чэнь делает металл, который забирает удар себе: не гнётся, не греется, не отдаёт наружу ничего. Из него строят боевой костюм — и трое испытателей уже погибли внутри, хотя снаружи на броне ни царапины.

Чэнь найдёт ошибку. Ответ ему не понравится: машина выдержит всё, человек внутри — нет. А убрать человека нельзя, потому что решать должен тот, кто за решение отвечает.

В трущобах Коулуна растёт мальчишка, который считает людей за спиной по тому, как в проходе меняется эхо. Его приютил старик, который сорок лет не расстаётся с одной короткой чёрной вещью и спит лицом к двери. Пока он был силён, её не слышал никто. Он стареет.

Эти линии сходятся медленно: через чужие долги, подписи не глядя и людей, которые просто делали свою работу. А потом по нагретой стене в августе поползёт иней — и дальше ставки будут расти.

Сначала будет интересно. Счёт придёт потом.

Там, где проходит этот мальчишка, гаснет свет.

У него иней на рубашке — в августе. Показать его больше некому.

Весь Гонконг ищет его как пропавшего сироту. Никто из тех, кто клеит объявления, не знает зачем.

А нужен потому, что мир второй год готовит солдата, который выдержит то, чего не выдерживает человек. Технология есть у двоих. У мальчишки под рубашкой — то, чего нет ни у кого.

Весь мир смотрит ролик, где что-то выше человека прыгает с крыши на крышу, и соглашается, что это подделка.

Америка везёт в город оружие, которое сминает грузовик и уносит боком, как пустую банку.

Китай сажает за стол тридцати государств генерала, о котором никто не слышал. Он читает с листа и спотыкается на одном слове.

А кто-то режет дверь военного склада толщиной с танковую броню, бросает её и входит через стену. Открывает каждый ящик и не берёт ничего.

Теперь это связано. Счёт пришёл, и платить будут все.