Книги #живые шахматы

Я не помнил, в какую страну мы приехали, да и жизнь свою вспоминал, как старый полузабытый фильм – несколько затертых фотографий из детства, нэцкэ в виде кривляющегося шута и винтовка. Помню брызгающего слюной прапорщика, орущего, чтобы я убрал подальше свой шутовской талисман, и присказку старого вояки: “Ты не думай, сынок! Выполняй приказы – это все, что от тебя требуется”. Я и выполнял, наблюдая мир через прицел.

Руины – более точного названия для этого мира не найти. Миры создаются и разрушаются, и их осколки попадают сюда – в Руины. Или на Руины. Никто не знает, да и никому не интересно. Законов здесь нет и прав никаких. Можно конечно довольствоваться тем, что пережил собственный мир, но...здесь радоваться впринципе сложно. Да и как можно радоваться, когда живёшь буквально во вселенской помойной яме?

Но кому-то всё же это удаётся. Троица товарищей, друзей, напарников – ещё не определились, кто они друг другу. Тёплые, уютные вечера у костра в перерывах между боями за жизнь – вот и вся их жизнь.

Но что, если всё не так просто? Что если Руины – не дыра, куда сбрасывают всё ненужное, а некая система? Что если всё может измениться? Кто может всё изменить?

Известно лишь одно: Партия должна завершиться.

Столько совпадений просто не бывает! Ночью мне снилась бабушка, и вот теперь на ладони у тщедушного дрожащего от похмелья или осеннего холода опустившегося интеллигента лежит ее портсигар. Не ее, конечно, но точно такой, как был у нее: с одной стороны сцена охоты — собака, плывущая за дичью, а с другой — эротическая картинка. Портсигару, по моим прикидкам, лет сто. И эту вещь продала в девяностые годы моя мать, за что и разругалась на недолгую оставшуюся жизнь со своей свекровью — моей бабушкой. Так вот к чему сон. Ладно, бабуль, куплю я твою безделушку.