Жанра такого нет на сайте, поэтому буду собирать здесь все, что гребется под эту тематику
Магреализм
О подборке
На берегу залива живет маленькая община женщин. Они носят странные имена и откровенные наряды, они красивы и проницательны, на их счету много помутненных рассудков и загубленных душ. Но после того, как молодой обаятельный иностранец просит у них пристанища, налаженный быт начинает разрушаться как карточный домик.
Кто же он на самом деле?
Какая история из прошлого привела его к дверям общины?
А главное — что ему нужно от ее обитательниц, считавших любого мужчину легкой добычей?
Это история про нежно любимую мной деревню, про взрослую девочку, которая потеряла, а потом нашла себя во снах. Про то, что смерти нет и мёртвые бабушки приглядывают за нами не только с небес. Про козу и ворона. Про то, как деревенский пьяница станет модным блогером. И ещё про дружбу и любовь, которые находят тебя не там, где ты ищешь. Немного иронично, чуточку смешно и капельку детективно.
В глубоких катакомбах под старой водокачкой на берегу Оки сидят интеллигентные бомжи, ставшие вурдалаками. Под Канавинским мостом обосновались русалки и заманивают самоубийц – им нужно много слуг. По Бору в поисках случайного путника бродят кикиморы, а на Молитовке обосновалось гнездо упырей; они хотят кровь и смартфоны. Недотыкомки серые побираются возле Московского вокзала – им нужны ваши эмоции.
Чтобы пройти с той стороны на эту, нужен человек, который откроет дверь между мирами. Провидению было угодно, чтобы Валерка Птицын стал таким проводником.
В СНТ Ромашково все как у людей: грядки, заборы и соседские войны по расписанию. В одном из домов живет девушка с неофициальным приютом для животных — а поселок давно разделился на тех, кто носит ей гуманитарную помощь, и тех, кто носит жалобы в администрацию.
Днем Рита пишет коды, остальное время — держит на плаву приют «Лапки и хвосты»: тридцать один кот, четыре собаки, кредиты и вечный сбор «на корм и стерилизацию».
Родители ждут внуков, парни появляются и исчезают, в шкафу неизменно — гречка.
Она еще не знает, что самое интересное в ее жизни уже два года спит в ногах, ворует правый тапок и внимательно наблюдает.
Что скоро обычный день на обычной даче перестанет быть обычным, жизнь изменится — тихо, по-домашнему, без громов и молний.
Так, что сначала и не поймешь: это уже волшебство или просто очень странная неделя?
И когда будет казаться, что все самое удивительное уже случилось, у калитки Риты появится таинственный гость, который закрутит и без того закрученные события ее жизни.
В стародавние времена, когда люди с нечистыми ещё бок о бок жили, в одном отдалённом карпатском селе разное творилось — потому-то в Тыличе сызмальства знали, как договариваться с теми, кто живёт под печью, и почему нельзя срывать цветы на старой гари, и что не всякий огонь греет, а тихий плач в полночном доме страшнее волчьего воя на околице. Но больше всего здешние люди боялись синих огней, танцующих ночью на Чёрных Мхах — и причина на то была серьёзная...
Словом, чего там только не было. Не обо всём рассказать можно, но я попробую.
Истории сборника сплетаются в ужасающий и прекрасный венок и рассказывают нам о тех, кто искал тепла, но находил пепел, и о тех, кто давал имена безымянным, а также о тех, кто переступал невидимую черту — по глупости, от большой любви или потому, что иначе было нельзя.
Мия живет в Москве, работает секретарем, мечтает выучиться на историка и каждый день пьет кофе в небольшой кофейне около Сухаревской, потому что там работает симпатичный бариста.
Даня — симпатичный бариста, но на самом деле — падший ангел, который мечтает вернуться домой, на Небеса. Он живет около Сухаревской, держит кофейню и охраняет невидимую для смертных Сухареву башню, в которой живет колдун Яков Брюс.
Волей случая и каприза другой ангел насылает на Мию проклятье. Даня — единственный, кто может ей помочь. Они вдвоем отправляются в длинное путешествие: не только в пространстве, но и во времени. Они побывают в Москве трех эпох, раскроют тайный заговор и попробуют спасти — и целый мир, и самих себя.
Что делают великие волшебники-иномирцы на забытой богами и лишенной магии Земле? Скрываются. Спасая свою жизнь и свой дар, маги вовлекают в опасные игры людей, наделяют их силой и ломают судьбы. Люди для них всего лишь средство.
Волей случая двое сирот получили магический дар от умирающей волшебницы и спустя годы оказались втянуты в противостояние наследников лучезарного мира Токилетеш. Обычные люди попали в необычные обстоятельства. Не знают законов магии, но готовы рискнуть благополучием человечества ради спасения друг друга. И всё это в сердце Южных Карпат -- там, где горное шоссе Трансфэгэраш ведёт к рукотворному озеру Видрару.
Говорят, если жизнь загнала в угол, нужно просто позвонить Вовану. Номер такой, что раз услышав, уже не забудешь. Для звонка сгодится что угодно, хоть игрушечный мобильник. Изложите суть, пообещайте что-то сделать, и желание исполнится.
Кто такой Вован, никто не знает. Да и какая разница? Главное же, что всё исполняется.
Валентин Петрович тоже позвонил. Всего-то и хотел, что спасти бизнес от разорения. Теперь он носит леденцы в каждом кармане, не снимает серебряный перстень и круглосуточно ждёт звонка. Игнорировать Вована — чревато...
Иштар Энлильевна Шамаш — начальник управления контрольной работы. Она столь же строга, сколь и прекрасна, и никто из коллег не знает, что перед ними — богиня любви и войны, тысячи лет скрывающаяся среди обычных людей.
Впрочем, и её налоговая инспекция — место непростое. По ночам здесь появляются сотрудники, не отбрасывающие теней, в подвалах хранятся договоры по сделкам между мирами, а засекреченный отдел руководствуется кодексом, написанном на мёртвом языке.
Однажды на почту Иштар приходит письмо с одной фразой на аккадском. А следом — корзина дамасских роз. Тот, знает тайны Иштар, водит её по лабиринту подставных фирм и говорящих намёков, наслаждаясь продуманной игрой.
Иштар придётся играть по чужим правилам, пока не поймёт целей интригана. Но когда она узнает имя, ему можно будет только посочувствовать — ведь богиня войны проигрывать не привыкла.
Поспорила как-то Баба Яга с Кощеем, что сделает его жизнь веселее и ярче. Надо ему только облик сменить, квартиру снять и жену себе среди смертных найти. Сама Яга образ сменила и в новостройке поселилась, вампирит соседей понемногу и подзаряжается. Вот и Кощей решил по этой схеме имидж сменить и стать не только бессмертным, но и счастливым.
Элли встретила Марка на вечеринке, где смех лился рекой, а шутки вспыхивали, как конфетти. Он был остёр, она — быстрее. Они фехтовали остроумием, и от их слов в воздухе искрило. В буквальном смысле.
Восемь лет спустя Элли не помнит, когда в последний раз смеялась. Марк по-прежнему шутит — только теперь его шутки целятся не в абстрактные темы, а в неё. Она стала редактором на трёх работах, он — специалистом по дивану, пиву и ночным игровым рейдам. Её кожа больше не светится. Искры, которые когда-то делали её особенной, погасли. Он всё ещё говорит, что любит её свет. Просто теперь добавляет: «Жаль, что он кончился».
Смерть отца, украденные с карты деньги, случайная находка — дневник бабушки, в котором та пишет о золотой пыли, передающейся по женской линии, — и Элли начинает подозревать: дело не в том, что она погасла. Дело в том, кто её погасил.
Это история о свете, который живёт внутри, о людях, которые этот свет крадут.
Вейра Сиофра держит антикварный салон, завтракает в любимом ресторанчике и иногда выгуливает дорогую шёлковую блузку. А ещё она ходит туда, где застыло время и блуждают потерянные души. В Междумирье. За плату, разумеется. Но однажды заказ становится слишком личным — и Вейре приходится выбирать между безопасностью, которую она отстраивала веками, и единственной надеждой исправить свою самую страшную ошибку.
Как отомстить мужу? Уйти от него, купить домик в деревне, завести роман и стать ведьмой со всеми вытекающими последствиями.
От автора: Это большой цикл из нескольких книг. До сих пор пишется. Книги будут выкладываться на сайт в процессе редактирования.
Перепуганные троллейбусы прижимают уши к спине;
По асфальту, где окна спящие не расслышат копытный гром,
Мы проносимся – настоящие – и скрываемся за углом.
В.Бетаки
Все началось с этой песни
Этот сказ призван проявить больное и даже ядовитое в умах людских. Сюжет не замысловат, если по верху смотреть. 19 век. Барин взял женой в дом девушку из деревни, да только женою невенчанной. Рассказывается, как так получилось и чем кому аукнулось.
Эта книга — "римейк" нашей "Сказки о змеином князе": https://author.today/work/353602, вот только там сказка, а быль иная совсем.
Автор обложки Юлия Чупина: https://vk.ru/yuchupinavideo
В деревеньке, которой нет на карте, а может, даже и не существует, появляются ненужные люди: выброшенные в лесу «заботливым» Витенькой Ляля и Лиза и беглые уголовники Аркадий, Артем и Змей. Что они там найдут: погибель, свою судьбу или счастье? Кто эти таинственные жители деревни и люди ли они вообще?
Входная дверь была заперта на внутреннюю задвижку, такую не откроешь снаружи. Вопрос, как она вошла, совершенно не удивлял и не казался странным. Он отчего-то сразу уверился, что дверь для неё не барьер, она может пройти и сквозь стену. Дрожащей от страха рукой он набрал телефон полиции. Ему ответили, он сбросил вызов. Никто не станет ловить привидение. Просто вызовут санитаров.
У него подогнулись колени, ноги сделались неустойчивыми, и на этих ватных ногах он обошёл всю квартиру, заглянул в каждый угол и шкаф, где она могла уместиться. То, что он там увидел, чрезвычайно его поразило, он не был готов к подобному. Он буквально остолбенел от вида этой картины.
Дом перестал быть убежищем. Сон сняло безвозвратно. Да и что это был бы за сон? Спать в подобных условиях – значит обречь себя на кошмары.
Самые разные чувства захлестнули его изнутри, но главными были желания бежать подальше от этого места и понять суть происходящего. Понять хотелось сильнее, да и бежать было некуда.
Мужа нет — словно плащ, одиночества тень.
Нет детей, только дом, полный гулкого эха,
шёпот памяти в ломком изгибе ветвей.
Лишь тяжëлая связка ключей ей утеха.
Каждый ключ — чья-то страшная тяжкая боль:
тусклый, как недосказанность, ржавый;
потемневший от старости, чëрный, как смоль;
тонкий, с давней зазубриной, медный, шершавый.
И бросает она каждый памятный ключ
в глубь болотную топкую без сожаленья.
Льются слëзы дождя из нахмуренных туч.
Шаг за грань — в этом предназначенье.