Письма к Незнакомке

Я понимаю тебя. Как же тебе сейчас хочется вынуть свое озябшее и уставшее сердце из своей грудной клетки, что стала тебе тюрьмой. Как же хочется обмотать его в красный теплый бархат, чувствовать его едва заметное биение. Как же хочется унести его в дремучий лес и оставить его там, глубоко под землей, молить всех богов о пощаде, о неприкосновенности твоего и так рано потерявшего силу сердца. Ты готова отдать душу Аиду за его трехглавого пса,  чтобы он охранял твое сердце от всех людей и богов, лишь бы больше не дать ему трепетно биться при взмахе ресниц, при неловких косых взглядах, во время случайных прикосновений, объятий, не сходить с ума от его запаха, от ритмичного стука его пульса, от теплоты, исходящей от него, от его неловких движений рук, от его, леденящего твою душу голоса, от совершенно безумных моментов сплетения рук, губ, тел...

Как же, черт побери, это сложно выстоять. Но ты сильная, ты сможешь! Я верю в тебя. В этой войне ты не одинока,  как я. У тебя есть моя вера, у меня же нет ничего. Я уже не могу бороться. Теперь, все, что я делаю, так это отмалчиваюсь и пишу тебе. У меня не осталось ни  сил ни желания бороться с этим. Поэтому я ушла. А ты сильная. Ты борись. И мне совершенно не важен ни цвет твоих волос, ни твой рост, вес, цвет кожи или разрез глаз. Черт, мне даже не столь важно твое имя. Я просто хочу, чтобы ты знала: если ты вышла на тропу этой  войны, то ты не одна. Моя вера будет опорой и защитой тебе. До нового письма, незнакомка.