"Выступить в двадцать четыре часа!" Обоз конного полка в 1812 году
Автор: Акан ТроянскийО приказе выступить в поход в двадцать четыре часа, полученном в кавалерийских полках в начале весны 1812 года, упоминают многие современники. Так что никаких романтических оповещений на балах... все знали заранее. Русское правительство в ответ на концентрацию наполеоновских войск в Польше стало стягивать воинские части к западной границе России.
"Все у нас поставили на военную ногу. Весь полковой и офицерский багаж приказано было оставить. Никто не имел права на экипаж, число вьючных лошадей не должно было превышать указанного числа. Каждый кавалерийский офицер по высочайшему приказу обязан был прикупить еще вторую лошадь, для чего государь приказал выдать всем офицерам в виде подарка по 500 рублей, и тотчас же один из полковых офицеров был командирован для покупки лошадей..."
Так Иоганн фон Дрейлинг пишет о строгих требованиях новой, походной жизни. Она служила приготовлением к жизни кавалеристов на войне и тоже подвергалась регламентации. Офицеры и солдаты в походах должны были обходиться малым и не роптать на тяготы и лишения. Потому полковой обоз в эту эпоху был сравнительно небольшим.
И если вы думаете, что в какую-то иную эпоху было иначе... вы наивный современник. КОМФОРТ им только снился. Эти офицеры были самое что ни на есть породистое дворянство, блиставшее на балах в белых лосинах, но их походная жизнь (а проводили они в полку большую часть взрослой жизни) была скудна и скромна. И все, что у них было, везли в обозе.
Согласно штатам 1802 года, состав ПОЛКОВОГО ОБОЗА в кавалерийских частях Русской Армии определялся следующим образом:
1. По одной повозке на каждый эскадрон для больных и усталых нижних чинов, в нее запрягали четыре лошади. Изготовление этой повозки стоило казне 150 рублей
2. По одной повозке (фуре) на каждый эскадрон для сухарей, хлеба и других съестных припасов (стоила 100 рублей), в нее запрягали четыре лошади.
3. Два патронных ящика (по 50 рублей), в каждый запрягали три лошади.
4. Две повозки для аптеки (назывались аптечными ящиками и стоили по 50 рублей), в каждую запрягали четыре лошади.
5. Две повозки для конской аптеки (по 40 рублей), в каждую запрягали две лошади.
6. Одна повозка для полковой церкви (стоила 60 рублей), в нее запрягали четыре лошади.
7. Одна повозка для полковой канцелярии и казны (стоила 40 рублей), в нее запрягали две лошади.
8. Две повозки (по 50 рублей) для инструмента: столярного, слесарного, кузнечного и прочего, в каждую запрягали трех лошадей.
9. По два полуфурка (по 55 рублей) на каждый эскадрон для перевозки запасной обуви, одежды и амуниции нижних чинов, в каждый запрягали две лошади.
10. Кроме повозок и фур, каждый эскадрон имел одну вьючную лошадь для перевозки котлов солдатской артели.
Все армейские повозки и фуры служили 8 лет, имели железные оси и четыре колеса. Эти транспортные средства делали из дерева и обивали по углам и соединениям железными полосками. Фуры для перевозки продовольствия, патронов, инструментов были крытыми и открывались сверху. Для большей герметичности к ним прибивали матерчатые (парусиновые) или кожаные пологи. Сзади располагалась откидная кормушка, куда помещали фураж для лошадей.
Аптечная фура - составная из трех коробов. Один большой ящик ставили на рессоры, два других ящика поменьше располагали на оси и они были съемными. В большом ящике возили лекарства и перевязочный материал, в съемных - хирургические инструменты. В один набор для военного хирурга входило 10 инструментов и все они помещались в специальной кожаной сумке.
Армейские повозки и фуры красили масляной краской в темно-зеленый цвет и белой краской наносили на их бока маркировку: название полка, номер эскадрона, назначение (боеприпасы, продовольствие, войсковое имущество).
К полковому обозу причислялись также вьючные лошади, повозки и экипажи офицеров. По Уставу корнеты, поручики и штабс-ротмистры имели право только на вьючную лошадь, потому их имущество и багаж должны были быть очень небольшими и компактно уложенными.
В ноябре 1810 года все резервные подразделения были расформированы; солдаты, офицеры и строевые лошади из них распределены по действующим эскадронам для их усиления. Число конников во взводе при этом дошло до 32-х (16 рядов при построении в две шеренги, по два всадника в каждом ряду). При начале военных действий два эскадрона в полку оставались на месте в качестве запасных, а восемь отправлялись в поход.
Третий раз новые штаты ввели в декабре 1812 года.
Пожалуй, наибольший интерес представляет штатное расписание 1810 года, так как в этом составе легко-кавалерийские полки и вступили в Отечественную войну 1812 года, а командование русской армии, исходя из данной их численности и организации, строило свои планы борьбы с наполеоновским нашествием. Каждый гусарский и уланский полк состоял тогда из десяти эскадронов, объединенных в два батальона. Первый батальон считался "шефским", им командовал шеф полка, первый эскадрон в этом батальоне тоже носил название шефского, или "лейб-эскадрона", так как шеф числился его командиром. Вторым батальоном командовал полковой командир.
Всего же в полку было:
шеф полка: обычно - генерал-майор, но бывали и полковники.
6 штаб-офицеров:
полковник на должности полкового командира, подполковник и четыре майора (командовали эскадронами).
75 обер-офицеров:
6 ротмистров (командовали эскадронами), 10 штабс-ротмистров, 20 поручиков и 34 корнета, 1 шефский адъютант (в чине корнета), 1 полковой адъютант и 1 батальонный адъютант, 1 полковой квартирмейстер и 1 полковой казначей. Две последние должности были выборными; их выбирали офицеры полка из своей среды, из офицеров в чине либо корнета, либо поручика, но не выше. Полковой квартирмейстер занимался провиантом и фуражом, отвечал за деньги, отпускаемые на них казной. Полковой казначей отвечал за получение и раздачу жалованья, амуничные и полковые суммы и за саму амуницию в полку.
130 унтер-офицеров:
10 вахмистров, 10 юнкеров и портупей-юнкеров, 10 квартермистров (отвечали за вооружение и амуницию в эскадроне), 100 младших унтер-офицеров.
32 трубача:
из них один - штаб-трубач, старший над командой трубачей.
1480 рядовых гусар или улан.
Нестроевые:
"унтер-штаб": аудитор (военно-судебное дело, следствие), 2 священника, 2 церковника, полковой лекарь, 2 батальонных лекаря, 1 младший лекарь, 2 фельдшера, 1 полковой костоправ, 10 цирюльников, 10 лазаретных служителей, 1 надзиратель больных, 1 вагенмейстер (старший по полковому обозу, отвечал за подъемных, то есть обозных лошадей), полковой писарь, 2 младших писаря, 2 батальонных писаря.
Мастеровые: полковой ложник и 4 его ученика, полковой оружейник и 4 его ученика, полковой седельник и 6 его учеников, полковой коновал (ветеринар) и 10 его учеников, полковой кузнец и 10 эскадронных кузнецов, 10 плотников, 2 профоса (военно-полицейские функции, исполнение наказаний), 27 фурлейтов (извозчики полкового обоза), 87 денщиков (тем офицерам, которые имели крестьян не менее 100 душ, денщиков-солдат не выделяли, а давали только жалованье на денщика и провиант, предполагая, что такой офицер легко сможет взять денщика из собственных крестьян).
В полку в мирное время находилось 1432 строевые лошади, в военное - 1582 (без учета казенно-офицерских лошадей и лошадей для военных чиновников). Штат одного эскадрона в это время был таким: 7 обер-офицеров, 13 унтер-офицеров, 148 рядовых (из них 12 оставались пешими), 3 трубача, 6 нестроевых и 143 строевые лошади.
Из штатов видно, что легко-кавалерийский полк являлся в этот период достаточно крупным соединением, организационная структура которого позволяла ему действовать совершенно автономно, полностью обеспечивать все свои нужды. Регулярно, примерно раз в один-два года, полки меняли места своего базирования (чтобы не обременять долгими постоями население), совершая при этом переходы в несколько сотен верст и быстро восстанавливая в каждом новом городе или селе деятельность всех своих подразделений, как строевых, так и хозяйственных. Однако далеко не всегда в полку были налицо все солдаты и офицеры, а также нестроевые чины. Вакансии пустовали по полгода и более. Кроме того, строевых офицеров и унтер-офицеров часто посылали с разными поручениями в длительные командировки. Например, "на ординарцы" в штаб дивизии (до 3 месяцев), для покупки лошадей (на Дон, на полгода), для приемки оружейных и амуничных вещей или сукон на фабриках, для сопровождения рекрутских партий и т. д. и т. п
.https://www.booksite.ru/localtxt/pov/sed/nev/nay/jiz/gus/ara/begunova/3.htm
Итак, чем владеет офицер?...
"Каждый обер-офицер должен был иметь три лошади, - пишет Ф. Булгарин. - На одной он ехал сам при полку, другую ("заводную"), оседланную и под форменной попоной вел его денщик, сидя на вьючной лошади. Вьюки были форменные: две кожаные круглые большие баклаги по обеим сторонам седла вместо кобур, за седлом был большой кожаный чемодан и парусиновые саквы... На "заводную" лошадь, под форменную попону, можно было положить ковер и кожаную подушку, теплый халат и другие тому подобные вещи..."
В этом перечне предметов мало что изменилось за долгие годы, и во второй половине XIX века В. В. Крестовский, служивший с 1868 по 1876 год обер-офицером в 14-м Ямбургском уланском полку, перечисляет то же самое имущество:
"...Офицерские сборы невелики: походная складная кровать с кожаной подушкой, чемодан с бельем и платьем, ковер как неизменное и даже необходимое украшение офицерского бродячего быта да еще походный погребец; ну, да пожалуй, ружье да собака - вот и все хозяйство! Но в этом хозяйстве, знаете ли вы, что достопримечательнее всего? Это именно погребец... Представьте вы себе маленький сундучок, менее аршина в длину (то есть меньше 71 см. -А. Б.), около трех четвертей в ширину, обитый оленьей шкурой, окованный жестью, с непременно звонким внутренним замком, - а между тем в этом скромном вместилище чего-чего только не заключается! Тут и кругленький походный самоварчик на четыре стакана, миниатюрные экземпляры которых помещаются рядом, тут и медная кастрюлька, крышка которой в случае надобности может заменить собою и сковороду... Тут и мисочка для похлебки, и четыре тарелки: две мелкие, две глубокие; тут и чайница, и сахарница, и солонка, и перечница, и чернильница с песочницей, и два больших штофа со щегольскими пробками - "аплике", и все это накрывается подносом, прилаженным к крышке, в которую вправлено еще и небольшое зеркальце. Но все это богатство составляет только верхний этаж офицерского погребца: приподнимите за ушки вкладное вместилище всей этой роскоши - под ним окажется этаж нижний, где имеются отлично прилаженные помещения для пары ножей и вилок, двух столовых и четырех чайных ложек, для салфетки и полотенца, для карандаша с пером и ножиком перочинным, для гребешка и бритвы и даже... для сапожных щеток!.."
Повозку и две вьючные лошади могли иметь ротмистры; повозку и четыре вьючные лошади - майоры; коляску, повозку и четыре вьючные лошади - подполковники; карету или коляску, запряженную четырьмя лошадьми, две повозки и шесть вьючных лошадей - полковники. Генералам же вообще полагался целый поезд: карета, повозка, фура и шесть - двенадцать (в зависимости от чина) вьючных лошадей.
Разумеется, господа старшие офицеры не ограничивались этим количеством экипажей, и перед каждой кампанией государь император обращался к ним с просьбой не брать с собой в поход слишком много колясок, повозок, фур, вьючных лошадей, так как обозы мешали быстрому передвижению армии и загромождали дороги.
и частенько там, на дорогах, и оставались...
Потому что если посчитать все эти повозки, всех этих лошадей, в том числе заводных и вьючных и потребный им фураж... станет понятно, что прокормить лошадей "травой вдоль дороги" практически нереально. Даже с учетом того что это будет выжранная до песка полоса, как после саранчи.
Поэтому вокруг полка на марше и обоза окрестности обшаривали легкие отряды фуражиров, изымая и свозя в полк весь найденный фураж (зерно, сено, часто даже солому). Иначе обозные лошади просто падади от бескормицы, ведь идушие впереди собственно строевые лошади уже оставляли им пустые обочины: они выедали траву вдоль дорог
Наблюдение за полковым обозом поручалось аудитору. Он должен был смотреть, чтобы повозки, фуры и экипажи двигались в определенном порядке: первыми шли повозки полкового командира, за ними - экипажи штаб-офицеров, затем - эскадронные транспортные средства, за ними - полковые и унтер-штаба.
А. И. Бегунова. ПОВСЕДНЕВНАЯ ЖИЗНЬ РУССКОГО ..
https://www.booksite.ru/localtxt/pov/sed/nev/nay/jiz/gus/ara/begunova/6.htm
ИТАК, к чему так много буков?
А к тому, что это историческое свидетельство. Так обстояло дело с обозом в 19 веке в России.
Обращаю внимание: денщик (аналог оруженосца) едет верхом на вьючной, ведет в поводу запасного коня. Запасная лошадь должна быть свежей, чтобы офицер мог в любую минуту сменить на неё уставшую под ним лошадь; поэтому запасной не везет ничего. Максимум, немного легких вещей на седле под попоной (ковер, халат, подушка и тд - легкое и теплое, что можно даже рассматривать как "заботу о лошади". Вьючная лошадь может нести без ущерба для здоровья от 20 до 30 % собственного веса: то есть максимум 100 кг (на самом деле при долгом пути по бездорожью - 80кг). Но она уже везет на себе всадника! Значит, из этих 100 кг вычитаем 70-75 кг живого веса и сапоги-униформу-по карманам рассовал ... и остается у нас на офицерские пожитки 25-30 кг...
Теперь вы знаете, почему денщиков держали в черном теле.
Причем обратите внимание, денщику тоже (!) надо ведь как-то свои пожитки тащить, а?
усы брить, сапоги чистить, исподнее менять! они и свое как-то пытается на господскую лошадку тишком пристроить... Потеснив господское барахлишко.
потому что в обозе не особо много места для денщицких сундуков...
Вы все еще недовольны ограничением груза при полётах в самолете?)))
Мы можем делать подвижки в ту или иную сторону, при написании "примерно подходящего" сеттинга, но если у вас суровый брутальный чувак везет ради себя одного 15 телег с барахлом и джакузи... и он офицер каваленийского кавалерийского полка... нет, это немножко не про бойца, это про неженку. Или про генерала. коих было... ну, маловато их было, честно скажем.
Если он грузит на вьючную лошадку (а тем паче на свою) целый дом, типа 150 единиц разного тяжелого скарба - он немножко выпадает из реальности.
....Римские обозы были кстати еще более суровы к своим солдатам и офицерам.