Эраст Гарин и «Обыкновенное чудо»

Автор: Анастасия Ладанаускене

Эраст Павлович Гарин (10 ноября 1902 — 4 сентября 1980) в роли Короля


Отрывок из книги «С Мейерхольдом»
(1974, издательство «Искусство»)



Эпоха киношкол и киномастерских, стихийно возникавших вокруг старых и молодых киномастеров (Чайковского, Гардина, Кулешова, фэксов и других) изжила себя, не оставив решающего следа. Возник Всесоюзный государственный институт кинематографии, где сосредоточено первоначальное обучение актёров и режиссёров. Но естественно было мечтать о создании актёрской академии, о постоянном совершенствовании мастерства — и в осуществление этой мечты был организован Театр киноактёра.

О практике такого цеха в киноиндустрии я и хочу рассказать.

«Театр киноактёра», «Театр-студия киноактёра», «Центральная студия киноактёра» и т. д. имели на каждом этапе своего существования разные цели: сначала это была организация, образно выражаясь — «эвакуационного» значения.

Когда было решено выпускать только уникальные картины, то были отобраны режиссёры, создавшие перед этим решением удачные для того времени произведения. Их оказалось очень немного. Утверждённые хорошие режиссёры общими усилиями выпускали количество картин столь небольшое, что потребовалась организация, которая дала бы возможность работать, а не пропадать от бездействия выученным актёрскому ремеслу людям. Это первый этап.

Второй начался с того момента, когда педагог ВГИКа С. А. Герасимов решил превратить эту организацию в своего рода «академию актёрского дела».

Этот путь несомненно был положительным и для актёров, и для режиссёров, и для производства.

Постепенно всё большее число режиссёров кино стало заглядывать на спектакли театра, они по-новому увидели известных им только в одном плане киноактёров. Таяло высокомерное презрение деятелей нового искусства — кино — к старому — театру. Организаторы кинопроизводства начинали понимать, какие удобства и выгоды сулит им наличие штата киноактёров.

С другой стороны, актёры тоже начали осознавать необходимость театра, который открывал возможность постоянной проверки себя, расширял диапазон, обогащал их духовную жизнь. Даже самые ярые противники, считавшие сцену вредной для актёра кино, рискнули перешагнуть эту «роковую» черту, чем доставили радость и зрителю и себе.

Вместе с X. А. Локшиной мы приступили к работе.


Хеся Локшина и Эраст Гарин в молодости


Особое положение Театра киноактёра делало формирование его репертуара более сложным, чем в обычном драматическом театре. Драматурги предпочитали годами установившиеся в драматических театрах обычаи приёма пьес: заключение договоров и т. п. В Театре киноактёра возникали всевозможные, в том числе и материальные, неопределённости. Поэтому получить пьесу, привлечь драматурга к работе в этом театре было делом сложным.

Случай помог нам получить необыкновенную и оригинальную пьесу-сказку Евгения Шварца «Медведь» (впоследствии — «Обыкновенное чудо»). Пьеса долго лежала без движения в портфеле одного московского театра. Первое чтение меня окрылило, я предложил прочитать пьесу труппе. Успех у актёров огромный.


Вячеслав Тихонов в роли Медведя


Вторая читка труппе — по просьбе дирекции. Ещё больший успех и решение репетировать с тем, чтобы куски показать общественности театра, художественному совету.

Работа закипела. Наметились три пары. Первая: Волшебник — Хозяин и Хозяйка. Волшебника репетировал К. Бартошевич. Он трактовался нами не как персонаж с длинными рукавами и в дурацком колпаке, а как простой мудрый хозяин. Хозяйка — Н. Зорская. Первая ассоциация — «Шоколадница» Лиотара. Нам казалось, что графическая аккуратность будет точно характеризовать персонаж. Так мы потом её и костюмировали. Кстати сказать, хотелось разных персонажей брать из разных эпох, у разных художников. Первый министр мыслился как персонаж из Гаварни, а Министр-администратор — как абсолютно современный тип (первого репетировал артист А. Добронравов, второго — Г. Георгиу).

Вторая, молодая пара: Принцесса — Э. Некрасова, Медведь — В. Тихонов. Тихонову был придуман почти спортивный костюм, а Принцессе — романтический, с лёгким шарфом.




Третья пара (с трагической судьбой): Эмилия, главная придворная дама (её репетировала В. Караваева), и Трактирщик (В. Авдюшко), в прошлом придворный.

После месяца напряжённейшего труда мы подготовили полтора первых акта и пригласили руководство «Мосфильма» и общественность Студии киноактёра посмотреть результат. Приём был исключительный. Валентина Караваева показала такой необычайный взлёт игры, что при обсуждении говорили о рождении трагической актрисы. В сцене встречи с влюблённым в неё, но отвергнутым ею в прошлом Трактирщиком никто не мог сдержать слёз, даже дирекция «Мосфильма».



Мы получили разрешение пригласить художника и доработать спектакль. Художником был Борис Робертович Эрдман. Он с энтузиазмом включился в работу.

Сыграли спектакль. Нужно сказать, что публика принимала его великолепно. Театр-студия киноактёра начал делать аншлаги.

К пятидесятому спектаклю получаем приветственное письмо от автора:
«Дорогие Хеся и Эраст!
Ужасно жалко, что не могу я приехать двадцатого и объяснить на словах, как я благодарен вам за хорошее отношение.
Эраст поставил спектакль из пьесы, в которую я сам не верил. То есть не верил, что её можно ставить. Он её, пьесу, добыл. Он начал её репетировать вопреки мнению начальства. После первого просмотра, когда показали в театре художественному совету полтора действия, вы мне звонили. И постановка была доведена до конца... И вот дожили до пятидесятого спектакля.
Спасибо вам, друзья, за всё. Нет человека, который, говоря о спектакле или присылая рецензии-письма, а таких получил я больше, чем когда-нибудь за всю свою жизнь, в том числе и от незнакомых, не хвалил бы изо всех сил Эраста. Ай да мы, рязанцы (моя мать родом оттуда)...
Целую вас крепко. Привет всей труппе и поздравления, если письмо придёт до пятидесятого спектакля. Впрочем, девятнадцатого ещё буду телеграфировать. Ваш Е. Шварц»

Увидеть автора на своих спектаклях, показать ему свои, как нам казалось, удачи, похвалиться своими находками нам не удалось. Здоровье Евгения Львовича ухудшалось. Осенью Е. Л. Шварц отмечал своё шестидесятилетие. У нас в Театре киноактёра в день его рождения шёл шестидесятый спектакль. Мы выпустили специальную афишу: «К шестидесятилетию драматурга Евгения Львовича Шварца. В 60-й раз «Обыкновенное чудо».



***

Киностудия им. М. Горького, 1964
Авторы сценария: Эраст Гарин и Хеся Локшина
Режиссёры-постановщики: Эраст Гарин и Хеся Локшина
Оператор-постановщик: Виталий Гришин
Художник: Ирина Захарова
Композиторы: В. Чайковский и Л. Рапопорт

В ролях: Алексей Консовский, Нина Зорская, Олег Видов, Эраст Гарин, Нелли Максимова, Георгий Георгиу, Алексей Добронравов, Валентина Караваева, Клавдия Лепанова, Светлана Коновалова, Виктор Авдюшко, Евгений Весник, Александр Комиссаров и Георгий Милляр


***

Слово Мастеру — список статей

***

+24
153

0 комментариев, по

282 54 109
Наверх Вниз