22–23 февраля: «мужской праздник», который работает на послушание

Введение: день, который кажется безобидным

22 февраля — это разогрев. Корпоративы, «мужские» посиделки, подарки коллегам, поздравления «накануне». 23-е уже официальная дата, но по факту вся конструкция праздника растягивается на два дня: вечер 22-го — пьянка и «поздравления», 23-го — выходной, отсыпание и продолжение.

Снаружи это выглядит мило и привычно: «День защитника Отечества», «мужской день», «праздник всех мужчин», «наших защитников». Женщины покупают носки, пену для бритья, бритвы, кружки, пьют шампанское на работе, читают стишки, дети в садиках и школах устраивают концерты.

Но если посмотреть глубже, 22–23 февраля — это не просто повод выпить и подарить мужчинам шампунь. Это мощный ежегодный ритуал, который:

• закрепляет военную модель мужчины,
• нормализует войну и армию,
• делит людей по жёстким гендерным ролям,
• позволяет системе имитировать «уважение к мужчинам» без реальных изменений.

Исторический слой: от «Дня Советской армии» к «дню всех мужчин»

Изначально 23 февраля — военный праздник. Не «мужской день», не день всех подряд, а День Красной армии, потом Советской армии, потом «День защитника Отечества». Это была дата про армию, войну, силу государства.

Постепенно, чтобы праздник не казался слишком милитаристским, его размыли до «дня всех мужчин»:

• служил — не служил,
• военный — не военный,
• ребёнок, подросток, старик — всех поздравляют «как защитников».

Каждому мужчине как бы навязывают роль:

«Ты по определению защитник. Неважно, спрашивал ли ты об этом, хочешь ли ты им быть, согласен ли ты с самой логикой «воевать и защищать»».

Так военная идентичность мягко надевается на всех мужчин сразу.

Военная маска: мужчина = солдат

22–23 февраля по сути закрепляют простую формулу: мужчина = защитник = военный (потенциальный).

Мальчикам с детства говорят:

• «ты будущий защитник»,
• «тебе страна доверит оружие»,
• «мужчины должны защищать женщин и Родину».

Звучит красиво, пока не задашь вопросы:

• а если мужчина не хочет быть солдатом?
• а если он против насилия и войны?
• а если он не согласен с тем, как устроена «Родина», но его всё равно записывают в призывной ресурс?

Праздник не оставляет варианта:

если ты мужчина — ты обязан принять эту роль, хотя бы символически.

Даже «шуточные» подарки — армейские кружки, фляжки, футболки «настоящий мужчина», «мы не такие — мы сильнее» — работают как мягкая пропаганда образа солдата.

Нормализация войны: военная тема под соусом праздника

Важно, что именно вокруг этой даты становится нормой:

• камуфляж,
• военная символика,
• «героические» фильмы,
• рассказы о «подвигах»,
• парады, концерты, патриотические лозунги.

22–23 февраля война и армия подаются не как трагедия, не как крайняя мера, а как источник гордости и романтики.

Сообщение простое:

• воевать — почётно,
• армия — это школа жизни,
• служба — это честь,
• быть пушечным мясом называется «быть настоящим мужчиной».

Когда такие смыслы прокручиваются каждый год, поколение за поколением, то идея войны перестаёт быть шоком. Она становится «частью игры», фоновой нормой.

Женщины как обслуживающий фон: «мальчики — защитники, девочки — благодарные»

Второй слой — гендерный. 

22–23 февраля в школах, вузах, офисах картина одинаковая:

• девочки/женщины готовят поздравления, номера, открытки, стенгазеты;
• покупают подарки, скидываются деньгами, декорируют помещения;
• устраивают «праздник мужчинам».

То есть мужчинам закрепляют роль защитников, а женщинам — роль благодарных и обслуживающих:

• «мы вас кормим, поздравляем, восхищаемся, вы — сильные, мы — вдохновляющие».

Это не про реальное равенство и взаимную поддержку. Это про старую схему:

мужчина — сила и война,
женщина — забота и тыл.

И даже если в реальной жизни мужчина не защищает никого, а женщина тащит всё на себе, ритуал всё равно заставляет их разыграть старые роли, чтобы система не теряла привычную структуру.

Дешевая компенсация вместо реального уважения

22–23 февраля удобно ещё и тем, что позволяет дёшево откупиться от мужчин за всё то, что они на себе тянут.

Вместо того чтобы:

• давать достойную оплату труда,
• обеспечивать нормальную медицину,
• защищать их от беспредела силовых структур,
• снижать вероятность бессмысленных смертей на войнах и на производстве,

им дают:

• один выходной,
• набор носков и пену для бритья,
• корпоратив с водкой и шутками,
• пару пафосных речей.

Месседж:

«Мы вас ценим, вы — защитники, держитесь там».

Реальные проблемы мужчин никто не решает. Зато им ежегодно напоминают, что их главное предназначение — защищать и терпеть.

22 февраля как разгон: алкоголь и «мужская модель поведения»

Отдельно стоит вечер 22-го:

• корпоративы,
• застолья,
• «мужские посиделки».

Алкоголь здесь почти обязательный элемент:

• «надо отметить»,
• «мужской праздник без выпивки — не праздник»,
• «за защитников, за армию, за…».

Так резко усиливается связка:

мужчина = армия = алкоголь = терпеть, но не показывать слабость.

Для многих это становится очередным годовым ритуалом:

• напиться,
• выпустить пар,
• забыть о себе,
• отыграть образ «настоящего мужика», который «держит удар».

Это удобно системе: мужчина, который глушит свою боль и усталость алкоголем, а не меняет жизнь или требует прав, гораздо менее опасен.

Детский сад и школа: мальчиков заранее записывают в солдаты

Самое жёсткое — это то, как 23 февраля вшивается в детские головы.

В садиках:

• мальчикам читают стихи «ты защитник»,
• дарят маленькие «солдатские» подарки,
• девочки поют о том, какие мальчики смелые.

В школах:

• конкурсы на «самого сильного, смелого, ловкого»,
• классы, украшенные военной символикой,
• учителя рассказывают, что «вот вы вырастете — будете Родину защищать».

С этого возраста ребёнку не оставляют пространства, чтобы самому решить, кем он хочет быть. Ему сразу выдают роль:

«ты — будущий солдат, это нормально, гордись».

Так работает ранняя подготовка к послушанию перед военной машиной.

Связка 23 февраля и 8 марта: два праздника, одна матрица

22–23 февраля редко рассматривают в связке с 8 марта, но они работают в паре.

• На «мужской день» женщины обслуживают мужчин: дарят, готовят, восхищаются «защитниками».
• На «женский день» мужчины обслуживают женщин: цветы, конфеты, комплименты.

Каждый праздник как бы подчёркивает:

«У нас равенство — у нас есть и мужской, и женский день».

На самом деле оба праздника закрепляют старую, удобную системе картинку:

• мужчина — сила, война, труд «на износ»;
• женщина — красота, забота, эмоциональное обслуживание.

Вместо того чтобы говорить о реальных проблемах обоих полов — о выгорании, насилии, бедности, правах, ответственности государства — людей загоняют в игру в гендерные роли и подарки.

Эмоциональный слой: запрет на слабость и уязвимость

22–23 февраля мужчинам практически открытым текстом говорят:

• «ты защитник»;
• «ты должен быть сильным»;
• «ты не имеешь права на страх и слабость».

Они должны:

• принимать поздравления,
• «держать лицо»,
• не говорить, что не хотят войны, армии, роли солдата,
• не показывать усталость или растерянность.

Любая попытка сказать «я не хочу быть защитником, я хочу быть просто человеком» легко высмеивается:

• «что ты за мужик такой?»
• «что ты ноешь в свой праздник?»
• «ты обязан, это твоя природа».

Так 23 февраля становится креплением внутренней тюрьмы: мужчина не может позволить себе быть живым — он должен быть картинкой «защитника», даже если внутри разорван, выгоревший и сломанный.

Кому выгоден этот ритуал

Если посмотреть без эмоций, 22–23 февраля дают системе:

• символическую мобилизацию мужчин: напоминание, что они — ресурс для армии и силовых структур;
• усиление военной идеологии: война, армия, оружие подаются как естественные элементы мужской идентичности;
• удобное закрепление гендерных ролей: мальчики — солдаты, девочки — обслуживающий и благодарный фон;
• дешёвое «уважение» вместо реальных условий жизни: праздник и тосты вместо защиты прав и здоровья;
• массовый алкогольный и эмоциональный слив: вместо осмысления своей роли и положения мужчины уходят в «отметить».

И всё это — под мягким лозунгом:

«Это же наш мужской праздник, что ты докопался, расслабься».

Что можно сделать на своём уровне

Речь не о том, чтобы ходить по людям и говорить «не отмечай». Важнее другое:

• видеть, какие смыслы через этот день в тебя пытаются заложить;
• не соглашаться автоматически с ролью «солдата», если внутри ты ею не являешься;
• перестать мерить свою ценность готовностью воевать и терпеть;
• перестать играть в навязанную игру «женщины поздравляют защитников», если это ощущается ложным;
• говорить с детьми не только о «героях войны», но и о цене войны, о праве быть человеком, а не только ресурсом.

22–23 февраля могут оставаться в календаре, но перестать быть невидимой дрессировкой под войну и терпение, если хотя бы начать честно называть, что там на самом деле происходит.