Две недели января

Ехал с перевязки в уставшей Kia Rio с чёрным тканевым потолком. Водитель, бритоголовый бородатый южанин в чёрной бейсболке, вращая одной рукой руль, а вместе с ним и вид на улицу, — движок натужно выл, пока мы выползали из снежного месива на раскатанную дорогу; затихал, пока плыли к очередному светофору словно на летней резине, — так за всю поездку и не проронил ни слова: слушал музыку. Я нашазамил:

Ziggan — Rises
Amir Nazari — Я не вернусь

***

Без записей мне уже чего-то не хватает в жизни. А может в моей жизни уже и нет ничего живого, кроме записей. Хорошо, что я могу быстро печатать — это кайф.

Доковылял до кафешки. Тут заиграл инди-трек, который меня немножко приподнял, дал почувствовать что-то. В целом же я предан унынию, но все же действую, функционирую, стараюсь. Коротко о себе — всё ещё обхожусь без антидепрессантов.

Холодно, но не мёрзло. По расчищенным от замёрзшей воды дорожкам идти легче. В небе стандартная серенькость, но я знаю каким-то внутренним приёмником, что небо день ото дня светлеет. А я займусь выстраиванием островков уверенности и безопасности.

Может быть, схожу на концерт Елизарова или Ромы ВПР.

И в книжный клуб. Хочу теперь подцепить в книжном клубе пьющую женщину. Будем Данилкина с ней обсуждать. И русскую революцию.

***

Снег летел красиво хлопьями, и просвет между домов немного вибрировал от диагональных линий зданий, его обрамляющих.

***

А у меня похоже сезон (или неделя, тут как пойдёт) смирения. Жизнь идет и идёт себе, и даже в терминах поражения уже не описывается. Просто, как силуэт вдалеке пробирается через снежное поле и это не самое плохое из известных мне состояний.

***

Идеи для рисунков

Зимнее поле в светлом ключе, вид из салона автомобиля на загородной трассе. Небо чуть темнее земли. Тонкие полосы отбойников и дальних трасс — вид с эстакады на развязке.

Второй вариант, вид с дороги на поле. Снова всё белое, небо чуть темнее. Редкие столбы чёрточками и столбы ЛЭП. Редкие бледные полосы перепадов высот в снегу.

***

Утром был необычный солнечный свет, золотыми перьями проглядывающий сквозь сизую вуаль зимнего циклона.

Днём пошёл снег, мягкими хлопьями падал с высоты выше 17-го этажа на игровые постройки и людей, детей во дворе. Неспешное падение снега, спокойная возня в хоккейной коробке.

Днём меня привлекла фактура дорожных колей. Коричневые, с неровными краями; немножко пластилиновыми получились эти дорожки для автомобилей.

Я рисовал, пока сын играл. Смотрел в книжку Жаворонкова. Вещи на подоконнике: кружка с кофе, малярный скотч, бумага, фото подмосковного поля в рамке, радиоприёмник Tecsun — в течение дня перемещались по подоконнику, меняя конфигурацию моего бытового натюрморта.

Всё зафиксировано на фото.

Последний день новогодних каникул. Три рисунка пастелью вышло за последние три дня. Для меня это много.

Печатаю за чаем в кафе со своей новенькой клавиатуры, купленной под айпад. Печатать — кайф. Хочется печатать больше, но так и непонятно что.

***

Высокие сугробы. Свалились с неба, чекпоинтами середины зимы и город выбрался из лимба дождливой серой погоды. Под софитом зимнего неба светло. Между снежных стен чистые дорожки и по ним поступательно движутся мамы с колясками. Светофор работает, жмёшь кнопку, загорается зелёный. У дворового тротуара чёрный седан без бампера: очищен от снега, капот открыт, от аккумулятора тянутся провода к другой машине. Поджарый мужчина с решительным видом подносит металлическую топливную канистру к отверстию бензобака. Поедет в автосервис.

***

Смотрю на салфетку от конфеты, красиво сложилась, дрожит большой бумажной снежинкой на сером столе.

***

Больше снега — больше света
Меньше снега — меньше света

***

Вчера снегопад закончился. Утром шёл в кафе, чуть раньше обычного. Снег немного подбился, стал плотнее и ниже. Небо чуть темнее обычного. На общем хмуром фоне лучше выделяются огни светофоров и мигающая аварийка стоящего перед магазином фургона. Машины без бампера больше нет. Подкурили аккумуль, залили бензина из канистры и починили или продали. В любом случае переставили.