Из жизни министров под Солнцем: часть первая

Представьте себе любого известного вам министра обороны (ну вот хотя бы господин Шойгу подойдет).

Представьте себе министра обороны с недавно сломанной ногой (нет-нет, это мы не черной магией по образцу героев нашего романа занимаемся, ни в коем случае!).

Объезжающего с инспекцией военные части в разнообразных населенных пунктах родной державы. В карете, а то и верхом, смотря по рельефу местности. Лично.

Изображение из Интернета

Представьте себе любого известного вам президента в компании представленного ранее министра обороны, а следом представьте как они темной ночью при свечах (рабочий день ненормированный!) читают и обсуждают жалобы из многочисленных военных частей. Примерно такого уровня: "полковник такой-то не отдал мне честь!", "комендант военной комендатуры не позвал меня на расстрел дезертира!", причем каждая жалоба написана отдельно президенту, а отдельно - министру обороны. Чаще всего во многих сериях. В продолжение, мол, вышесказанного, пишу, что не только не отдал честь, но и на справедливое мое возмущение послал меня туда, где солнце не светит. А на следующий день вообще сделал вид, что не узнал меня во дворе. И отвечают, отвечают на каждое письмо... президент и министр обороны большой воюющей державы. 

Представьте себе маршала, любого известного вам маршала большой армии воюющей державы, который самолично разъезжает по приграничным городам (по обе стороны границы), проводя операцию по похищению авантюриста, который навредил державе. Никаких мемных Петрова и Боширова, сам, лично, персонально, маршал армии.

Фу, какая дурная псевдоисторическая халтура, скажете вы, прочитав нечто подобное в романе. Как совершенно справедливо заметил наш многоуважаемый читатель,

Между прочим как раз в это время суммарная численность телохранителей маршалов и прочих герцогов достигала 10-15 тыс конников.

Дурная? Несомненно. Но для 17 века - эпохи "войн в кружевах" - сугубая реальность. До нормально развитой системы министерств, штабов, канцелярий - еще далеко. Велика Франция - а все приходится делать самим.

Теперь к подробностям и пруфам.

Мушкетер и инженеры

В апреле 1672 года г-н Д'Артаньян был назначен губернатором недавно захваченного Лилля. К тому времени в городе уже несколько лет продолжались работы по возведению грандиозной цитадели. Руководил ими сам Вобан, а непосредственную работу на местности осуществлял его помощник, шевалье де Монживро. С ним-то у нового губернатора и вышел конфликт. 

Д'Артаньян требовал, чтобы Монживро докладывал ему о ходе работ, однако тот считал, что должен отчитываться только перед Вобаном. Однажды губернатор объезжал укрепления. Поблизости шли работы и Д'Артаньян счел, что инженер не поздоровался с ним, как положено. Он помчался жаловаться интенданту Лепеллетье, угрожая, что "в следующий раз размозжит инженеру голову". Интендант испугался и написал военному министру, маркизу де Лувуа. 

Монживро, в свою очередь, тоже напрягся. И тоже написал Лувуа. Тот зачел письма королю и вместе они сочинили послание Д'Артаньяну: мол, что такое?! Тот разразился в ответ цидулей, где описал, как его обижают. 

«Я убежден, Монсеньор, что король разгневался бы на меня, если бы я позволил какому-то выскочке-инженеру презрительно относиться к должности, которую Его Величество сделал мне честь доверить здесь. Я осмеливаюсь, Монсеньор, просить Вас узнать у Его Величества, не желает ли он освободить меня от должности и позволить вернуться к нему, я был бы Вам за это весьма обязан» , — писал д'Артаньян Лувуа.

Хотелось бы видеть, с какими лицами читали это маркиз и Людовик, учитывая, что Его Величество оказал честь, доверив должности всем участникам конфликта, от д'Артаньяна до Вобана, да и ремонт крепости — дело государственной важности, затеянное королем...

Переписка (при активном участии короля) длилась некоторое время. В итоге Лувуа велел Монживро уступить - всякий раз приветствовать губернатора, сняв шляпу и докладываться ему. Это была ошибка. Д'Артаньян ничего не понимал в строительстве и принялся вставлять Монживро палки в колеса. Стройка серьезно выбилась из графика. В результате инженер закидал военного министра посланиями с жалобами на губернатора - тот не разрешает того и не дозволяет этого. В свару включился Вобан. Он тоже принялся писать военному министру, живописуя, как Д'Артаньян грозил скинуть Монживро со стены. 

А Лувуа читал. Иногда - вместе с королем. И отвечал на каждое послание. Можно догадаться, что Лилль был не единственной крепостью во Франции (хоть и значительной), а Д'Артаньян - еще далеко не самым склочным офицером.

Министр обороны и фаворитки

Несколько ранее. Лето 1667 года. Король с большей частью двора едут на войну, то бишь на полуувеселительную прогулку по Испанским Нидерландам, часть которых Его Величество силой оружия истребовал как наследство своей жены, королевы Марии-Терезии. 

Жену, конечно, берет с собой.  Показывать флаг. Королева, в свою очередь, не может путешествовать без фрейлин. (Это еще и технически немыслимо, Мария-Тереза придерживается старинной моды, юбки у нее с фижмами, любая дверь представляет для нее препятствие, соответственно, королева крайне нуждается в женской помощи, не лакеям же ее из кареты вынимать.) Отличная причина взять с собой, например, Атенаис де Монтеспан,

 фрейлину, в которой Ее Величество на тот момент был заинтересован никак не меньше, чем в Испанских Нидерландах.

Одна проблема.  Предыдущая фаворитка, мадмуазель де Лавальер, 

которой очень внятно приказали остаться дома (и не мешать королевскому чувству), взяла и догнала кортеж на марше.Верхом.  Галопом. И пристроилась к королевской карете.  (Заметим, прекрасная дама – на пятом месяце беременности, но в Париже ее оставили не поэтому, король был выше таких мелочей.) То есть скандал. Грандиозный. Гомерический. Но картина «придворная дама сопровождает королевскую карету верхом как офицер-гвардеец» – куда больший скандал… король, скрипя всем, предложил мадемуазель де Лавальер присоединиться к ним внутри.

И оказались они там всей большой семьей.  Король, королева, бывшая фаворитка – и фаворитка потенциальная. И осознали, что им теперь так и ехать туда... и обратно. 

А теперь вопрос.  Поскольку у короля Франции (к ужасу короля Франции) совершенно нет главного евнуха, который мог бы разрешить эту ситуацию, а великий камергер силой обстоятельств – боевой генерал (и совсем немножко аутист), так что мысль о том, какие решения он тут примет, вызывает содрогание у всех участников… кто, кто, кто занимался размещением, обслуживанием, поддержанием церемониала и сохранением достоинства и домашнего очага… ну и чтобы Его Величество был сыт, а все прочие – целы?

Ну как… идет у нас что? Война. Едут все куда? На войну. Чья зона ответственности? Л – логика.

Военный министр, господин Лувуа, который и так из-за этой поездки пытался бежать во все стороны сразу как сотворенное Приваловым блюдо (но, в отличие от него, почти везде успевал), вероятно, даже нецензурного ничего не сказал, а просто взял и занялся. Вот, например, цитата из инструкции, направленной строителям палаточного городка (и дворца) по ходу следования (и конечно, разборной городок и материалы к оному были предусмотрены вместе со снабжением, как же иначе): 

«Вы должны отвести комнату, обозначенную буквой V, мадам де Монтеспан, и сделать дверь в месте, обозначенном цифрой 1. Из ее комнаты должен быть проход в комнату, обозначенную цифрой 2. Она будет служить ее гардеробной».   «Мадам герцогиня Лавальер будет размещена в комнате, обозначенной буквой Y, из которой вам нужно сделать дверь, обозначенную здесь цифрой 3... и еще одну, обозначенную цифрой 4, которая будет служить ее гардеробной».           

И так все.  Всю дорогу – от меню до порядка сбора багажа. Что характерно – сработало. Никто никого не то что не убил, но и в дверях не столкнулся (и не застрял) и в неудобном месте в неурочный час не застал. Потому что не мог. Вообще. Великая сила – правильная организация труда.

Так что (учитывая объем и – порой совершенно неожиданный – характер обязанностей) господин Лувуа тоже мог с очень хорошим основанием заявить, что государство – это он. Та его часть, что не является господином Кольбером.

Продолжение следует...