Вижу. Следующий.

Берите. Сделано с душой и яростью. 

Знаете, вскрывать себя перед кем-то — это всегда как надеть тот самый уродский свитер, который ты связал в порыве вдохновения, когда тебе было шестнадцать и хотелось плакать. Он колючий, нелепый, цвета пылающего асфальта, но он — твой. И ты его надеваешь, подходя к человеку со словами «смотри, это тоже я».

А в ответ получаешь не «о, какая интересная фактура», а прицельный разбор твоего творения на молекулы. Тебе объясняют, что пряжа — говно, покрой — убогий, а такой цвет носят только ущербные. И стоит тебе дрогнуть, как этот поток «честного мнения» уже не о свитере, а о тебе самом. О том самом ребёнке, что его связал. И этот ребёнок, с его восторженными глазами и верой в чудо, мгновенно получает по голове. Ему говорят: «сиди тихо, твои чудеса никому не нужны».

И вот тут начинается самый цирк. Психологический аттракцион «Убей в себе ребёнка, чтобы соответствовать моей реальности».

Тот, кто критикует, делает это не потому, что ты ошибся. А потому, что твой живой, неуклюжий, творящий ребёнок — это напоминание об их собственном, когда-то закопанном заживо. Их внутренний ребёнок не танцевал ча-ча-ча, он умер от нехватки воздуха в гробу чужих ожиданий. И твоя свобода быть дураком — это соль на их рану. Их «мнение» — это просто надгробная плита, которую они швыряют в тебя, пытаясь убить и в тебе то, что они когда-то убили в себе.

Любовь… Вы спрашиваете, что такое любить, после всего этого?

Любить— это не принимать человека «несмотря на». Это — смотреть на его колючий свитер и видеть не ошибки в вязке, а тот бредовый восторг, с которым он его создавал. Это молча сесть рядом в этом свитере и спросить: «А расскажи, о чём ты думал, когда придумывал этот рукав?»

Любовь — это когда тебе показывают самую стыдную, провальную часть души, а ты не хватаешься за дезинфицирующее средство и не читаешь лекцию о гигиене. Ты говоришь: «Вау. Я такого ни у кого не видел. Это уникально».

Но большинство не умеет так. Их любовь — это сделка. Они любят твоё отражение в их зеркале. А как только ты поворачиваешься к ним профилем, который они не могут разглядеть, — ты становишься неудобным. И они тут же ментально выносят тебе приговор под соусом из «я просто честный» и «у нас разные вкусы».

Нет, чувак. Всё проще. Ты — придурок, который решил мне довериться. А я — дура, которая на секунду поверила, что твоя «честность» — это интерес к моей вселенной, а не желание её завоевать и перестроить под свой стандарт.

И знаешь, что самое ироничное? Мне с самого начала было поебать. Эта критика — просто способ быстро определить твои координаты в моей космограмме. Ты не стал спутником. Ты стал астероидом на дальней орбите, чью траекторию я вычислила и благополучно забыла. Мы действительно не сошлись жанрами. Ты — унылый документальный фильм о том, как надо жить правильно. А я — психоделический артхаус с элементами абсурда, где главный герой в нелепом свитере может в любой момент станцевать на могиле условностей.

И да, моё хрупкое дитя, тот самый ребёнок со светящимися глазами, не просто выжил. Он отточил когти. И он с огромным удовольствием станцует ча-ча-ча на могиле твоих предрассудков. Потому что ты сам дал ему на это право. Правом этим стало твоё предательство в тот момент, когда ему была нужна не оценка, а со-присутствие.

Так что продолжайте в том же духе. Ваша критика — это просто индикатор. Он не показывает мои недостатки. Он яркой неоновой стрелкой указывает на дверь, в которую вам уже никогда не войти.

А я останусь на своей орбите. Со своим гардеробом души, со своим «больным» разумом, творящим свои никому не нужные, но бесконечно прекрасные штучки. Потому что сила — не в том, чтобы угодить. А в том, чтобы, поймав на себе этот взгляд, полный осуждения, просто ухмыльнуться и сказать: вижу, следующий.