"Победа на стадии броска инициативы" в "Чужестранце".

Так уж вышло, что в "Чужестранце в землях мечей" (https://author.today/reader/403259/3860440) есть целая сцена, раскрывающая эту тему:

                  ...палка Юндула нематериальным призраком прошла через палку Оррика и не со всей силы, но довольно звонко ударила в грудь. Оррик восстановил равновесие, лишь отступив на два шага.

                   Юндул ехидно улыбнулся:

                    – Извини, почтенный Оррик. Решил, на всякий случай, показать тебе истинную форму моей техники – Школе Проклятых Клинков она известна и нельзя исключать, что они передали её кому-нибудь ещё. Признаться, хоть я и мечтаю забыть свои дни как Призрачного Клинка, а всё же меня раздражает, что кто-то посмел взять себе моё прозвище, обладая лишь половиной от моих умений.

                    – Да уж, – Оррик потёр свежую ссадину на груди. – Понимаю. Спасибо, что напомнил про великую истину о сражениях дваждырождённых, а то я уж сам в ней почти усомнился. Да и у Чиона могут быть вредные мысли.

                    – Это какую же истину, почтенный Оррик?

                    – Да такую, что при встрече с равным или более сильным, надо смело нападать, потому что в глухой защите ты проиграешь. Знаю, сам показал, что это верно не всегда. Но чаще всего верно.

                    Юндул хихикнул:

                    – Хех. Да, чаще всего верно. Даже если брать одни лишь боевые искусства, то приёмам и техникам нет числа. Многие несут в себе хитрости и ловушки, которых сложно избежать, если не знаешь их сути наперёд. А от некоторых, самых лучших, таких как мое сочетание касания-через-тени и призрачного оружия, сложно защититься, даже если всё знаешь прекрасно. Уж если не повезло, и ты не сумел убить противника, прежде чем он вообще достал меч – не давай ему опомниться и подобрать лучший приём, наседай без пощады, пока его голова не слетит с плеч.

                    – Сурово, – заметил Чион.  

                    Юндул вздохнул:

                    – Чион, знаешь, почему ты ещё жив? Потому, что из трёх ваших противников на Зелёной горе двое решили поиграть в честный бой благородных воинов. То ли просто по глупости, то ли их малый путь не слишком подходил для стези убийц и предателей, которую они выбрали. 

                 В общем, мир "Чужестранца" - это жёсткий и приземлённый мир. И наличие некоторого количества сверхлюдей со сверхспособностями тут ничего не меняет, даже наоборот - "бесчестные" в реальном мире приёмы, типа напасть на спящего, подкрасться и ударить в спину (это главный герой вообще любит и регулярно практикует) или забить одиночку толпой, часто не несут социальной стигмы, потому что ну как ещё драться с теми, у кого объективно намного больше грубой силы, живучести, итп, чем у тебя. Идеал там - это даже не победить на стадии броска инициативы, а вообще не дать противнику её бросать.

                 Но идеал достижим редко. И если дошло до боя лицом к лицу, то на том уровне, где пока происходит действие, его от вырождения в ваншоты неотразимыми атаками спасает несколько вещей.  

                    Во-первых, действительно неотразимых и гарантированно смертельных атак (пока) весьма мало, если вообще есть. И те, что приближаются к этому идеалу, ограничены в применении неудобными условиями, вроде необходимости прочитать довольно длинное заклинание (и остаться при этом в живых). Во-вторых, живучесть и ментальная стойкость сверхлюдей-дваждырожденных достаточно велики, потому некоторые способности, которые простого смертного вывернут наизнанку или загонят в гипнотический транс, они способны выдержать. Не настолько хорошо выдержать, чтобы кому-то хотелось подобное танковать, но настолько, чтобы чародей не становился мгновенной имбой как только выучит первое заклинание, требующее лишь видеть цель.

              Вот так в "Чужестранце" и живут. Или умирают. 

              Но это в "Чужестранце". Для "Четырнадцатого архидемона" где колдунство неизмеримо сильнее, притом постулируется существование всяких старых монстров, живущих и господствующих столетиями, такое работать не может.