Бегущий по лезвию. Часть 3: Вангелис — как синтезаторная музыка стала голосом дождя

Он не писал ноты на бумаге. Он просто включал камеру, садился за синтезатор и импровизировал, глядя на сырые монтажные кадры. Так родился саундтрек, который до сих пор звучит современнее любого оркестра. А потом этот саундтрек исчез на 12 лет.

Человек, который разговаривал с машинами

Евангелос Одиссеас Папатанасиу, известный миру как Вангелис, родился 29 марта 1943 года в греческом городе Агрия . В 4 года он уже сочинял песни и играл на семейных праздниках. В 6 лет дал первый концерт, хотя позже признавался, что терпеть не мог уроки музыки — его чуть ли не силой усаживали за инструмент .

В 1968 году, спасаясь от военной хунты, Вангелис перебрался в Париж, где вместе с Демисом Руссосом и Лукасом Сидерасом создал группу Aphrodite‘s Child. Их первый сингл Rain and Tears стал мировым хитом . Но Вангелису было тесно в рамках поп-музыки. В 1974 году он переехал в Лондон и основал собственную студию Nemo Studios — лабораторию, где электроника встречалась с живым звуком .

К началу 80-х он уже был звездой. В 1981 году получил «Оскар» за саундтрек к «Огненным колесницам» — та самая торжественная тема, которую знает каждый . Но следующая работа стала её полной противоположностью.

Nemo Studios: как рождался звук будущего

Ридли Скотт пришёл к Вангелису не случайно. Режиссёр искал звук, которого раньше не существовало. Оркестровая музыка для нуара не подходила — она была слишком тёплой, слишком «человечной». Нужен был холод, отчуждение, механическая элегантность.

С декабря 1981 по апрель 1982 года Вангелис работал в Nemo Studios . Процесс был странным даже по меркам того времени: он не писал партитуры. Композитор получал от Скотта видеокассеты с черновым монтажом — без спецэффектов, без финальной цветокоррекции, только картинка и диалоги. И просто включал запись, садился за синтезаторы и импровизировал прямо под видео .

Он не перезаписывал по сто раз — ловил момент. Если вдохновение приходило, трек мог родиться за один дубль. Инженер Raine Shine помогал управлять магнитофонами и микшированием, но вся магия случалась здесь и сейчас .

Вангелис не просто писал музыку — он создавал звуковые эффекты прямо на синтезаторах, синхронизируя их с движением камеры. Например, нарастающий гул в начальных сценах, когда спиннер входит в кадр над городом — это не шумовой эффект, а сыгранная партия на синтезаторе .

Арсенал волшебника

В интервью журналу Keyboard в 1982 году Вангелис перечислил своё хозяйство — список занял несколько абзацев . Главным героем саундтрека стал Yamaha CS-80. Сам композитор называл его «самой важной конструкцией аналогового синтезатора, которая когда-либо существовала» и «лучшим инструментом для расширения возможностей человека, играющего на нём» .

Этот монстр весил под 100 кг, стоил как квартира и требовал ручной настройки перед каждой сессией — аналоговые схемы «плыли» от перепадов температуры. Но звук, который он давал, не мог повторить никто. Именно CS-80 мы слышим в открывающих титрах, в монологе Батти, в финальных «Tears in Rain» .

Roland VP-330 Vocoder Plus давал те самые «хоровые» струнные, которые звучат одновременно божественно и жутко — идеальный баланс между живым оркестром и его цифровым призраком .

Lexicon 224-X Reverb создавал пространство. Вангелис топил звук в этой реверберации так глубоко, что начинало казаться, будто оркестр играет в соборе, затопленном водой. «Неуклюжий характер работы 224-X помогал сделать реверберацию более человечной, наглядно показав двойственность человечества и технологий» .

В студии также стояли: Minimoog, Yamaha CS-40M, Roland Compuphonic, модифицированный Fender Rhodes, Sequential Circuits Prophet-5 и Prophet-10, драм-машины Simmons SDSV и LM-1, девятифутовый рояль Steinway, литавры, гонги, колокольчики .

Гости из плоти и крови

Несмотря на обилие электроники, Вангелис пригласил живых музыкантов для ключевых партий.

Дик Моррисси, британский саксофонист, сыграл ту самую пронзительную соло-партию в «Love Theme» . Это один из редких моментов в фильме, когда технологический мир встречается с живым дыханием — и рождается что-то третье, нечеловечески прекрасное. Критики позже писали, что именно саксофон передаёт смятение Декарда, который начинает влюбляться в репликанта, назначенного ему на уничтожение .

Демис Руссос, старый друг по Aphrodite‘s Child, спел вокальную партию в «One More Kiss, Dear» — песне, стилизованной под ретро-балладу 40-х годов .

А ещё в саундтрек вплелись куски японской традиционной музыки и арфы .

12 лет тишины

Фильм вышел в 1982 году. Все ждали пластинку. И... ничего. Годами ничего .

Причины называли разные: проблемы с правами, недовольство Вангелиса сведением, желание студии переписать музыку под оркестр . Единственным официальным релизом на тот момент была оркестровая адаптация New American Orchestra, которую сам Вангелис и Ридли Скотт на дух не переносили .

Фанаты сходили с ума. В ход пошли бутлеги — пиратские записи, которые расползались по миру через конвенты, радиорынки и знакомства. Первые кассеты появились уже в 1982 году, их переписывали, перезаписывали, шипели, но слушали взахлёб .

В 1993 году появился качественный бутлег «Off World Music, Ltd.», а в 2001-м — культовый «Deck Definitive Edition» с 27 треками .

Официальный релиз случился только в 1994 году на лейбле East West . В буклете Вангелис написал:

«Большая часть музыки на этом альбоме — записи, сделанные в Лондоне в 1982 году. Не имея возможности выпустить их тогда, я с огромным удовольствием делаю это сейчас. Оглядываясь на мощные и выразительные кадры Ридли Скотта, я чувствую то же вдохновение, что и раньше» .

Альбом взлетел на 20-е место в британских чартах . Но даже этот «официальный» релиз не был полным — часть музыки из фильма в него не вошла, зато попали треки, не использованные в картине .

В 2007 году, к 25-летию фильма, вышло трёхдисковое издание Blade Runner Trilogy, где второй диск содержал ранее неизданные записи, а третий — новую музыку, вдохновлённую «Бегущим» . И всё равно фанаты до сих пор спорят, какая версия «полнее» и «правильнее».

Синтез звука и тени

Музыка Вангелиса к «Бегущему по лезвию» породила целое направление в электронике. Её семплировали, цитировали, ей подражали.

В 1995 году Dillinja использовал отрывки из «Blade Runner Blues» в треке «The Angels Fell» на культовом лейбле Metalheadz . JDL (Bizzy B и Pugwash) сделали «The Runner» в 1996-м, а DJ Rap — «Rumble» там же . Драм-н-бейс, эмбиент, техно — все они несли в себе ген этого саундтрека.

Критики отмечали уникальную способность Вангелиса создавать «призрачные звуковые ландшафты из мрачных, мелодичных синтезаторных композиций и шепчущих диалогов», которые идеально передают жутковатую атмосферу фильма . AllMusic назвал саундтрек «мрачным и электронно-леденящим, как сам фильм» и похвалил Вангелиса за создание «преследующих звуковых пейзажей с шепчущими подтекстами и вселенскими откровениями» .

Исследователи подчёркивают, что Вангелис опирался на джазовые партитуры классического нуара, а также использовал ближневосточные текстуры и неоклассические элементы . Этот сплав стал основой эстетики киберпанка.

Уход

Вангелис умер 17 мая 2022 года в парижском госпитале . Ему было 79. Он редко давал интервью и никогда не распространялся о личной жизни — даже своё место жительства держал в тайне .

Но его музыка осталась. И когда в 2017-м вышел «Бегущий по лезвию 2049», Ханс Циммер и Бенджамин Уоллфиш даже не пытались конкурировать с оригиналом — они просто взяли тему Вангелиса как основу и развили её с уважением и любовью.

В следующей, финальной части: Филип Дик — писатель, придумавший кошмар. Почему он боялся людей больше, чем машин, и как фильм изменил его роман до неузнаваемости, но остался верен духу.