Дикая литература: старенькое и новенькое

Пока тут, там и даже местами сям кипят страсти по части идентификации запрещённых веществ в литературных произведениях… Пока пишущая братия упоённо спорит, кто достоин зваться писателем, кто нет, а кто достоин, но не хочет, а кто хочет, но усами, лапами и хвостом не вышел… Пока в мире происходит фигня…

До старта занятий первого семестра 2026 года осталось меньше месяца. И я решил немного повспоминать. Но не только. 

*****

CНБ «Дикая литература» возникло спонтанно. Хотя предшествовало ему множество самых разных событий. Например, один литератор, широко известный не только на АТ, настолько достал своей активностью другого литератора, куда более известного за пределами АТ, что тот не выдержал и послал его. Нет, вовсе не туда, куда вы подумали, а прямиком ко мне. Дескать, я именно тот, кто ему нужен. Прям сил никаких нет, насколько.

И — опять же, не поверите — первый литератор возьми да и пойди по указанному адресу. А я в общем-то к мнению литератора второго привык уже прислушиваться, и не только по части литературы. Слишком уж часто они, мнения наши, совпадают. Нет, бывает, что и не, и порой весьма не — но это мелкие нехудожественные детали, которые мы сегодня опустим. Важно иное: если этот человек сказал «Приглядись, в нём что-то есть» — значит, не просто так сказал. Вот я и пригляделся.

И в который раз признал несомненную правоту собеседника. Действительно есть. Очень дикое, местами непуганое и во многом глубоко зарытое, как талант в известном анекдоте про консерваторию — но таки есть. С этим можно работать. И явно будет интересно. Так что на первую часть Марлезонского балета под кодовым названием «Личный редактор» я подписался.

Часть эта затянулась на год. Так ли, иначе, но нам удалось то, что в случае со многими другими авторами занимает далеко не один год. Было по-разному — и весело, и не очень — но одно скажу твёрдо: скучно не было никогда. Желающие могут сравнить опусы Тимофея из ранних этапов творчества — и нынешние. До совершенства ещё пахать и пахать, но прогресс виден невооружённым глазом, и прогресс очень заметный. Это я не столько чтобы похвастать своей редакторской крутизной (хотя ну как без этого, скажите на милость?), сколько похвалить способности ученика. Он действительно очень хорошо учится, хоть и пытается время от времени объять баобаб. Но это тоже метод, пусть и не у всех он работает. Так что...

*****

Ничто не предвещало, но год спустя Тим выдал идею, коей ещё раз сумел на корню подкупить мою неподкупную натуру. А давай, грит, замутим литературные курсы. Их нынче только напрочь ленивый да вдребезги бездарный не мутит. Ну да, относительно этого согласен тут же и во веки веков. Но вот по части курсов...

На дух не воспринимаю это слово. Это в кройке и шитье можно, а в литературном, ётить, творчестве... Не ко мне, в общем. Да и просто не хотелось полировать отполированные грабли. Если уж браться за что-то подобное, делать стоит так и то, как и что не делает никто.

Так родился онлайн-семинар. Поначалу он не имел названия, но с этим у Тима всегда было зашибись, и «Дикая литература» пришлась более чем к месту.

Программу, если честно, я собирал на коленке методом антинаучного тыка. Ну, почти. Всё-таки двадцать лет в профессии, и не последний в ней. Но всё равно, как ни крути, а с каждым новым семестром в лекционной части что-то да меняется. Распорядок занятий и технологию отчасти похитил у предшественников, но с изрядным допиливанием под формат онлайна. Да и вообще хорошие идеи таскал, таскаю и таскать буду отовсюду, где увижу. Так что прячьте лучше, кто делиться не намерен.

Первый сезон был своего рода полигоном. В процессе мы отрабатывали методики взаимодействия, успешно набивали шишки и полировали грабли, оттачивая рабочий процесс. И я лишний раз убедился в справедливости древней истины: обучая других, учишься сам. Пожалуй, именно эта возможность — учиться, обучая — лично меня привлекает в семинаре более всего.

Постепенно, сезон за сезоном, мы отрабатывали механику нашего коллективного харакири. Устаканился формат (соотношение теории к практике 1:3, сейчас практики даже побольше будет), методы и традиции. Относительно последних прям всё жду, когда же нарушится правило «не более двух барышень в семестр» (подробности — в ходе первого занятия). Однако же с этого года появится кое-что новенькое, чего прежние семинаристы не видали.

Например, наконец-то вводим в довесок к лекциям факультативы. Где более детально будем разбирать конкретные приёмы, законы, каноны и прочие фичи. Почему знаки препинания на самом деле — знаки управления. Или что такое косвенное лицо повествования, как оно совмещается с прямым — и для чего это нужно. Или где может пригодиться локальное время, не совпадающее с глобальным. Или...

Так, хватит спойлеров. Есть много тем, которые не получалось в полной мере раскрыть в лекциях — и ради них будут проводиться факультативы. Кто придёт к нам — тот узнает. 

Закончу ответом на вопрос «А тебе-то самому это зачем понадобилось». Разумеется, с теми, кто свято убеждён, что учить профессии писателя может либо другой писатель (непременно очень успешный, не меньше Кинга или Роулинг), либо документированный и дипломированный по самое не балуй преподаватель, спорить бессмысленно. Ещё менее осмыслен спор с теми, кто в любой оплачиваемой учительской деятельности видит инфоцыганство и обувание доверчивых лохов. Да и вообще я не спора ради, а токмо понимания для.

Знания и умения, не переданные другим, перестают быть. Сообразно зачем я, спрашивается, четверть века учился профессии, если всё, чему научился, умрёт вместе со мной? У савана не только карманов нет. HDD конструкцией тоже не предусмотрен. А так, если смогу передать свои навыки другим — переданное тленья убежит, будет жить дальше и больше, чем я. По мне, это ближе всего к настоящему икигаю.

Что такое икигай? Приходите, расскажу.