Про цензуру и запрет на поминание того-сего

Младшее поколение, возможно не в курсе, но динозавры типа меня  помнят, что в  в прошлом веке  мы переживали нечто подобное.

В середине 80-х годов Горбачев начал свою антиалкогольную  кампанию, и поминать-показывать  горячительные напитки в книгах и фильмах стало низззя, хотя официального запрета не было.  Интернета не было, но на ТВ  соответственные  сцены из фильмов вырезались. До того, чтоб  ставить маркировки  на вышедшие книги,  не додумались, но еще  за пару лет до Горбачева  в  книгах, готовящихся  к изданию, стали убирать упоминания алкоголя, так что цензура пришла на   унавоженную почву. ( об этом - статья Вадима Казакова "После пятой рюмки кофе",  о том, как   цензурили упоминания алкоголя в   книгах Стругацких).

В то время была популярна шутка о том, что будут  делать с пушкинским "выпьем , няня. где же кружка" - вообще вырезать или  уточнять, что в кружке было молоко.

Меня , как редактора, это  коснулось рикошетом, когда  через десяток лет,  и про антиалкогольную кампанию все забыли,   я работала в конторе, которая, помимо прочего выпускала тогда однотомник Ольги Ларионовой, куда вошла  трилогия про Варвару Норегу ( я где-то уже рассказывала эту байку, но не грех и повторить).

Короче, писательницу  сурово затребовала по телефону, чтоб  мы восстановили зацензуренное начало первой повести. Практически первую  фразу. Там герой интересовался, когда на отдаленную планету  прилетел  грузовоз, привезли ли шампанское. Но поскольку  книгу издавали  аккурат в разгар той самой кампании, весь алкоголь оттуда вырезали, а шампанское заменили "аппаратурой". И Ларионова хотела чтоб его вернули.

--Но у вас   дальше написано, -- мявкнул редактор в лице  меня, -- что у них там сухой закон.

--Сами  выкручивайтесь, -- ответила Ларионова и повесила трубку.

Я,конечно, выкрутилась.

 Но что будет через 10 лет, я вряд ли увижу, а вот молодежь...