Как я маме замуж выйти не давала

Был у мамы когда-то давно друг — геолог. Димой его звали. Вернее, Димой звала его только я — малолетняя вредина. Все остальные звали ДмитриМихалыч. Он был очень уважаемым человеком. Очень уважаемым, но не мной. Для меня он был прямым конкурентом моего папы.

Соплячка тогда не понимала, что папа-то папой всегда будет, а вот мужем… Маминым мужем уже никогда. Я верила в их с папой нерушимую любовь и всякого, посягающего на нее, ждала пытка моим испепеляющим взглядом и хамством.

Чего только этот Дима ни делал, как только ни пытался угодить мелкой сволочуге. Он часто бывал в Германии и из каждой поездки привозил мне здоровенную коробку сладостей. Тогда это была мечта всех детей. Немецкие вкусняшки с необычными игрушками!

Я все это демонстративно отвергала. Конечно, подстраховавшись заранее, сделав вид что вот-вот соглашусь принять дань. Дима видел мои колебания и оставлял коробку в прихожей на тумбочке, рассчитывая на милость «сударыни», как он меня называл. Конечно же после его ухода коробка была оккупирована мной по полной программе!

Мама улыбалась, спрашивала почему мне не нравится ДмитриМихалыч. Я говорила, что у папы борода красивее и чернее. Папа выше ростом! И у папы есть мои брат и сестренка. А Дима один.

Непоколебима была, в общем.

Со временем Дима стал приходить реже. Если раньше он, находясь в стране неделю-две, приезжал через день-два на пару часов, то теперь появлялся раз в пару месяцев и в квартиру не заходил. Без вкусняшек, конечно, было грустно, но без Димы и так было нормально.

Однажды, спустя много времени, он вдруг пришел с цветами и большущим свертком.

Это был мамин день рождения. Ей тогда 36 исполнилось. Мама попросила открыть дверь. Я долго не открывала. Он нервничал за дверью. Пришла мама, отвесила мне поджопник и открыла дверь. Он вручил ей цветы и сверток и поздоровался со мной. Долго что-то говорил маме. Она улыбалась, я злилась. Дима поздравил маму, отдал еще какую-то коробочку и ушел. Я оскорбилась. Где дань?

Больше Дима не приходил к нам.

А в той коробочке оказались образцы пород с этикетками-названиями и открытки — горы, горы зимой, горы летом, Альпы, Анды, Европа, Канада, Тибет, какие-то ледники, леса… До меня, до шестилетней дуры дошло — нет больше Димы. Всё, задолбался он к нам ходить.

Оказалось что мама сказала ему о том, что я отказываюсь его принять. И он попрощался навсегда.

Вернуть бы тот день! Может, мама стала бы самой счастливой женщиной…

Мы с ней всегда грезили горами — мама лесистыми, а я — скалами. Мы не упускали ни одной возможности поехать в горы. Благо, жили в горной стране! Я собирала камни, а мама травы. Я лазила по скалам, а мама лежала в траве на склоне. Всегда вместе. И если бы не маленькая стерва, у нас был бы третий, такой же, одержимый горами и путешествиями, человек…

Вспомнилось как однажды я увидела, что они стоят во дворе под дождем. Дима накинул на маму свой пиджак, приобнял за плечи и что-то рассказывал, улыбаясь, склонившись к ее уху. Наверное, про путешествия свои…

Спустя много лет ДмитриМихалыч звонил, спрашивал как мы. Он все так же ходил в горы и был одинок. Мама пригласила его в гости, но он отказался, сославшись на командировку.

Глупая, глупая Викуля…