По заявкам#1

Итак, вести авторский канал в Телеграме стало совсем непросто. Пятна на солнце сильно замедлили его работу, без ВПН уже ничего толком не грузится, и процесс успешно продолжается. Поскольку других настолько же удобных и популярных мессенджеров в наличии нет, а на парковках я бываю редко, читательские заявки будем теперь выполнять здесь, потому что это незаметно стало доброй традицией, и не очень хочется ее прерывать по каким-то внешним причинам. Поскольку в блоге на АТ посты можно оставлять только раз в двенадцать часов, будем делать это раз в день или по готовности, собирая статьи, арты, справки по лору, ответы на вопросы и всякое прочее в этакий мини-журнал. Чат пока что остается в Телеграме, потому что на АТ чатов нет.

Заявка, а вот я правильно понимаю что если бога сильно ранить он начнёт возвращаться в свой изначальный облик (тот что был у него до богорождения)? Вообще при каких обстоятельствах боги его принимают и могут при каких-то обстоятельствах забыть?

Интересный вопрос. Начнем с того, что боги (если они полноценные боги) могут, разумеется, представать в любом облике. Но в каких-то обликах они предстают наиболее часто, и именно их обычно называют истинными. Но тот ли это самый облик, в котором бог родился и жил до богорождения?

Не всегда. У богов с истинными обликами не все так просто, потому что на богов сильно влияет коллективное бессознательное, влияют представления о них паствы. Так, богиня красоты просто не может, не в состоянии предстать некрасивой, хотя, конечно, учитываем, что красота - это, во многом, вкусовщина, так что где-то Афродиту представляют себе бледной фитоняшкой с парой прыщиков вместо груди, а где-то загорелой дочерна пухляшей с парой рюкзаков вместо лифчика. Бог мудрости будет обязан выглядеть мудрым (седая борода приветствуется), так что он, может, и хотел бы предстать в виде гопника с семками, но ему будет трудно, внутренний протест не позволит. А если бог добрый и милосердный, то ему будет странно отращивать острые клыки и череп вместо лица, паства не поймет.

Так что истинный облик богов с ходом веков меняется, и да, бог со временем может попросту забыть, что когда-то он был не прекрасным атлетом с грозовой тучей вместо бороды, а мелким и пузатым человечком с вот такенной бородавкой на носу. Но вы опять-таки правы, что особо сильная боль, тяжелые раны и душевные переживания могут сбросить всю эту накипь и заставить божество предстать таким, каким оно было до обретения девятой оболочки.

Заявка. В произведениях часто мелькает образ наставника/учителя/мудреца. Это может быть как Креол, объясняющий Вон основы устройства души, так и многомудрый Машибухер, мудрость чью понять могут не все лишь каждый. Этот образ нужен только для объяснения деталей мироустройства, лучшего погружения в сюжет ? Или есть какая-то потребность/желание быть этаким мудрецом-просветителем для окружающих в жизни или творчестве? Если второй вариант, то не было ли желания попытать себя в формате чего-то познавательного, обучающего?

Тут скорее дело в том, что отношения учителя и ученика в принципе очень интересны и богаты сюжетно, на этом можно построить множество приключений. Это одна из архетипичных пар героев наряду с хозяином и слугой, рыцарем и дамой, рыжим и белым, странным и обычным, хорошим и плохим, мудрецом и простаком. Процесс обучения - одна из самых важных частей жизни, он занимает огромную часть нашего бытия, и мне всегда было интересно за ним следить, так что и описываем мы его тоже нередко.

А если описываешь процесс обучения, то да, естественно таким образом подавать какие-то новые детали мироустройства - в диалоге между знающим и незнающим. Ну то есть довольно незачем детально описывать, как герой учится решать квадратные уравнения и узнает прочие общеизвестные вещи, если только это не важная часть истории или на уроке не происходит что-то забавное. А вот объяснить что-то о вымышленной физике или географии - очень даже уместно и удобно.

Что же до второй части вопроса, то да, было и есть. Я всегда считал научно-популярные книжки очень важными, особенно детские, и мне всегда хотелось самому однажды попробовать такую написать. Останавливает в основном то, что я понятия не имею, что потом с ней делать, да и определиться с темой пока не могу. Но однажды, возможно, я все-таки созрею.

Небольшие вопросы

Что было бы, если бы Кащей не узнал от Креола о Длани Нергала?

А ничего особенного. Вероятно, его победили бы с меньшими потерями, но ничего критично бы не изменилось. Десницу Чернобога Кащей держал в качестве дополнительного козыря в рукаве, но если бы он ею не владел, то просто нашел бы что-нибудь другое - у него были для этого тысячи лет. Может быть, просто узнал бы о все той же Длани Нергала из других источников - Креол не придумал это заклятие и никак его не совершенствовал, а о шумерской Гильдии в те времена знали все, кроме варваров.

Если бы Гарри Поттер попал в Клеверный Ансамбль, на какой институт он бы поступил?

Сложный вопрос. Он хорошо обращается со всякими палками - волшебной палочкой и метлой. Это сразу как будто Бакулюмуст, факультет жезла и посоха. С другой стороны, распределяющая шляпа отправила его в Гриффиндор, где учатся храбрецы, так что это, возможно, что-то на Риксаге (Ингредиор, скорее всего, там тоже много летают). С третьей стороны, он неплохо призывал Патронусов, так что ему, возможно, дорога на Апеллиум. С четвертой стороны, он здорово варил зелья (профессор Слагхорн подтверждает), так что, возможно, его примут на Фармакополиуме. Короче, у него было бы много плюсиков на разных институтах, а дальше пусть сам выбирает.

Ксения: На факультете очказавров. Специально для него бы создали. Потому что он особенный. Избранный.

Кто бы мог сыграть моих персонажей?

Тут я всегда затруднялся с ответом. Потому что оно ведь как, чисто лицевого сходства все-таки недостаточно, важна еше и актерская игра. Да и, честно говоря, я всегда считал, что для моих книг больше подходит формат мультфильма. Так что кто там из актеров больше подходит, я никогда особо не размышлял.

Насколько хорошо Эйхгорн владеет чистой математикой?

Ну по задумке он гребаный гений, который мог бы совершить переворот в физике, сложись его жизнь немного иначе. Так что с чистой математикой у него тоже все прекрасно.

Заявки на генерацию артов.

Здесь мы продолжаем долгую заявку - сгенерировать по арту к каждой из "Паргоронских баек" (а их шестьдесят пять). Пятьдесят штук уже выложили на канале в Телеграме, продолжать будем тут.

Пятьдесят первая байка - "Дикая попойка".

Падший ангел пытался общаться с хозяевами саммита. Но Азаг-Тот лишь сказал ему несколько пустых слов, а на робкие намеки о союзе, о каких-то общих проектах и кормовых базах улыбнулся и пожелал выдержки и силы духа. Дескать, Аду они понадобятся.

Пятьдесят вторая байка - "Похищение Хальтрекарока".

Кое-где росли цветы. Дегатти сорвал один и вставил демонице в волосы, как бы невзначай погрузив в них пальцы. Та смущенно заулыбалась.
- Тут красиво, - сказала она. – Спасибо, что показал.
- Мне просто надоели все эти пляжи, рестораны и тропические острова, - сказал волшебник. – Хотелось привести тебя куда-нибудь, где мы будем только вдвоем.
Снежок стал демонстративно отхаркивать комок шерсти. Но Лахджа не обратила внимания – она уже привыкла к его скверному характеру. Остальные фамиллиары проявляли деликатность и позволяли им проводить время наедине, но уж не кот, нет. Дегатти иногда даже приходилось выставлять его за дверь.

Пятьдесят третья байка - "Сущности в виде гномиков".

Было воистину мункесное утречко. Солнышко светило, травка росла, и мунки радовались жизни, как и в каждый другой день. Добряк бегал по дорожкам и желал всем самого мункесного утречка, Кашевар варил на всех огромный котел каши, а Педант подстригал перед своим домиком траву, которая хоть и росла, но как-то не совсем ровно. Даже Ворчун сегодня не портил другим настроение, потому что Весельчак в шутку запер его в погребе.

Пятьдесят четвертая байка - "Последний нактархим".

Боевой шест столкнулся с посохом. Сегодня Елегиаст не выглядел убеленным сединами старцем, которым его воплощает воображение паствы. Сегодня он предстал тем, кем был при жизни – огромного роста титаном, бугрящимся от мышц атлетом с огненной шевелюрой. Он двигался быстрее молнии, и воздух искрился от божественной силы.

Пятьдесят пятая байка - "Поглощенный Тьмой".

В этот раз трещина разверзлась почти у самой земли. Словно кто-то чиркнул бритвой – и разошлась кожа, и побежала темная кровь.
Сначала – та субстанция, которую мудрецы называют «гнилью изнанки». Она расплескалась во все стороны, похожая одновременно на жидкость и густую плесень. Все, чего гниль касалась, стремительно портилось, загрязнялось – и многие месяцы потом на этом месте будет невозможна никакая жизнь.
Но это бы еще полбеды. Гниль изнанки не распространяется далеко. Остается пятно в полмили – и если бы на том все и заканчивалось, это было бы не страшней лесного пожара.
Но вслед за жидкой гнилью выступил серый пар – целое облако серого пара. И вместе с ним явились... они.
Сверкнули клыки. Сквозь дымные клубы проступила уродливая длинная голова. В три ряда подрагивали широкие ноздри – и они жадно втягивали чистый воздух. Вееры чувствительных жгутиков затрепетали, ощущая самый сладкий для исчадия запах.

И на этом все, до завтра.