Кот, зима и концепция необратимости времени

У меня четыре кота, но наблюдение за одним из них, черным ориенталом Йосиком, побудило меня написать пару слов. Ситуация: утро. За окном минус пятнадцать, ветер, колючий снег, всё как положено в феврале. Кот сидит на подоконнике, смотрит в окно, потом оборачивается на меня. В глазах вопрос. Нет, не вопрос — требование. Требование открыть дверь. В лето.

Я пытаюсь объяснить. Доходчиво, на пальцах, с интонациями. "Смотри, там снег. Белый, холодный. Это зима. Летом было зелено, помнишь? Ты лежал на траве, ловил бабочек, мы открывали окно и ты мог часами смотреть на ворон. Это было. Но это прошло. Сейчас другое".

Кот слушает. Потом снова смотрит на дверь. Потом на меня. Мысль читается чётко: "Ты врёшь. Ты просто ленивый. Открой дверь, и там снова будет зелено. Я знаю. Я помню. Открой".

И тут я понимаю, что объяснить коту, что время однонаправленно, а лето не наступит по щелчку пальцев, — это как объяснять ребёнку, почему Дед Мороз не может приносить подарки каждое воскресенье. Или почему в 35 нельзя стать космонавтом, если ты даже не умеешь водить машину. Или почему прошлая любовь не вернётся, даже если очень сильно стоять под дверью и требовательно мяукать.

Кот живёт в вечном настоящем. Для него дверь — это портал. Было лето за дверью, значит, оно там и сейчас. Просто я её не открываю. Потому что я плохой. Потому что не понимаю его. Потому что у меня есть какая-то своя, дурацкая логика про "сезоны" и "минус пятнадцать".

Я пытаюсь пойти на компромисс. Открываю дверь на улицу. Кот вылетает пулей, пробегает три метра по снегу, осознаёт, что лапы — это не те инструменты, которые работают в таких условиях, замирает, поднимает одну лапу, потом вторую, потом смотрит на меня с выражением "это что за подстава?".

Я, конечно, героически выхватываю его из сугроба, несу в тепло, вытираю, укутываю. Он сидит, облизывает лапы, полные презрения ко мне и ко всей этой вашей физике. А через пять минут снова смотрит на дверь. И в глазах то же самое: "Ты просто не пробовал. Открой. Я знаю, там лето. Я помню".

И я думаю. Может, в этом и есть главное кошачье преимущество перед нами. Они не принимают реальность. Они помнят лучшее и отказываются верить, что оно не вернётся по первому требованию. Мы, люди, смиряемся. Привыкаем. Говорим себе: "Ну что ж, зима так зима. Было лето, и ладно. Надо жить дальше".

А кот — нет. Кот будет просить открыть дверь в июль посреди февраля. И в марте. И в апреле. Потому что он знает: лето существует. А раз существует, значит, оно должно быть доступно. А всё остальное — это просто дверь, которую не открывают. По глупости. По лени. По непониманию.

Знаете, есть в этом что-то такое... человеческое. Мы тоже иногда стоим перед закрытой дверью и требуем открыть. Туда, где было хорошо. Туда, где нас любили. Туда, где мы были молоды, стройны, верили в будущее и не боялись выйти на балкон без тапочек.

А нам говорят: "Ну что ты, это прошло. Сейчас зима. Смирись. Нельзя вернуться".

А мы всё равно стоим. И мяукаем. Потому что помним. И потому что отказываемся верить, что лето закончилось навсегда.

Кстати, кот уже снова сидит у двери. Придётся идти открывать. Вдруг на этот раз сработает.