Зоя

Фильм про Зою Космодемьянскую 20 года я смотреть не хотел — мне физически неприятно смотреть как людей пытают. Но пришлось — после того, как в бложике Берга в очередной раз всплыла тема про булочку и трамвайчик. Если кто не помнит, эту историю зафорсил известный любитель унижать все русское Badcomedian, выложивший офигительно смешное видео про фильм о Зое. 

Господа русские патриоты, вдоволь насмеявшись над Зоей, объявили фильму анафему. И так бы фильм и канул в лету, если бы не случившаяся шесть лет спустя дискуссия. Решив разобраться лично, я с большим трудом нашел фильм и посмотрел. 

Чтоб в очередной раз констатировать — господа патриоты в очередной раз сели в лужу. Авторы фильма дотошно воспроизвели историю Зои. Давайте я напомню как это было:

Татьяна воспользовалась этим и, обращаясь к колхозницам и колхозникам, крикнула громким и чистым голосом: 

— Эй, товарищи! Чего смотрите невесело? Будьте смелее, боритесь, бейте немцев, жгите, травите! 

Стоявший рядом немец замахнулся и хотел то ли ударить её, то ли зажать ей рот, но она оттолкнула его руку и продолжала: 

— Мне не страшно умирать, товарищи. Это — счастье умереть за свой народ… 

Фотограф снял виселицу издали и вблизи и теперь пристраивался, чтобы сфотографировать её сбоку. Палачи беспокойно поглядывали на коменданта, и тот крикнул фотографу: 

— Скорее же! 

Тогда Татьяна повернулась в сторону коменданта и, обращаясь к нему и к немецким солдатам, продолжала: 

— Вы меня сейчас повесите, но я не одна, нас двести миллионов, всех не перевешаете. Вам отомстят за меня… 

Русские люди, стоявшие на площади, плакали. Иные отвернулись, чтобы не видеть того, что должно сейчас произойти. Палач потянул верёвку, и петля сдавила Танино горло. Но она обеими руками раздвинула петлю, приподнялась на носках и крикнула, напрягая силы: 

— Прощайте, товарищи! Боритесь, не бойтесь! С нами Сталин! Сталин придёт!.. 

Вся эта сцена воспроизведена в фильме дословно. С единственной небольшой кинематографической вольностью — слова «Это — счастье умереть за свой народ» Зоя сказала чуть раньше, во время обучения в школе. Это и встреча со святочным Сталиным — единственные художественные допущения в фильме. 

— А как же булочка и трамвайчик? — спросите вы. 

— А никак. Эти слова Зоя говорит во время допроса предателю. Наверно последнему человеку на земле, перед которым она хотела бы раскрыть душу. 

Баженов ради хохмы вывернул сцену наизнанку. Патриоты ему поверили и захейтили фильм о хорошем Сталине. Никогда такого не было и вот опять — «Своя своих не познаша и побиваша». И я бы только поржал над очередным конфузом охраноты, если бы не личность Зои. Там где они видят очередной повод подрочить на империю, я вижу человеческую трагедию. Жалко, что так произошло. И с Зоей и с фильмом о её подвиге. 

Зы. Обратил внимание, что последние слова Зои известны в двух версиях. По словам свидетельницы она крикнула: «Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете, нас 170 миллионов. Но за меня вам наши товарищи отомстят». В напечатанной в газете версии репортера миллионов стало 200. Правда интересная разница?