Пчелы против мёда или британцы против работорговли.

Если кто забыл, в осьмнадцатом веке недобрая старая Англия гадила, как водится, всем подряд, но главным её соперником всю дорогу оставались находящиеся через пролив пожиратели лягушек. Несколько Людовиков подряд Франция аж кюшать не могла, мечтая где-нибудь и как-нибудь нагадить англичанке. Кое-что даже получалось, например, у посланного за океан маркиза де Ла Файета (ну и присланного ему на подмогу корпуса де Рошамбо, не без этого). Даже замена короля на будущего императора не особо помогла. 21 ноября 1806 года  Наполеон I издал Берлинский декрет о континентальной блокаде. «Декрет воспрещал вести торговые, почтовые и иные отношения с Британскими островами; блокада распространялась на все подвластные Франции, зависимые от неё или союзные ей страны».

В свою очередь, получившая по морде англичанка, вытерев юшки из разбитого под Йорктауном носа, начала этим самым носом вынюхивать, где бы нагадить французам. И нанюхала… белый порошок. Сахар.

В Европе к этому времени данный порошок уже распробовали, вовсю подсев. Причем жрали данное вещество ложками не только всякие недобитые пока на гильотине аристократы, но вообще все, кто мог себе позволить. В тогдашней жизни вообще сладкого было не очень много, поэтому дорвавшись до источника глюкозы, мозг дурел и требовал «давай исчо» не хуже, чем от кокаиниума с герычем.

Основным источником сахарка в тот момент являлись острова Карибского бассейна, где выращивали сахарный тростник. В частности, для Франции основным источником сахара и самым прибыльным заморским владением являлся остров Сан-Доминго (бывшая испанская Эспаньола, будущий независимый Гаити).

Надо отдать, э-э, должное французским королям, которые, получая значительную часть доходов бюджета как раз от колоний (точные цифры выделить сложно), строили на эти деньги армию, чтобы убивать её об соседей, а не флот, способный сохранить и приумножить источник богатства. Однако всегда оставался шанс, что на трон Франции сядет кто-то менее континентально ориентированный. 

На самом деле жирный пушной зверек подкрадывался к Сан-Доминго сразу с двух направлений.

1. Социалка. За сотню лет население острова выросло в десять раз, до более чем полумиллиона рыл, из которых большая часть была как раз ввезёнными для работы на сахарных плантациях рабами. Плюс небольшая прослойка белых и мулаты, которые очень хотели, чтобы их выписали из черных и записали в белые. Когда в самой Франции полыхнуло, на Сан-Доминго за сто с лишним лет до Чапая начали активно претворять в жизнь лозунг: «вот вырежем всех белых и настанет счастливая жизнь!». Первую часть реализовали, причем не только на французской части острова, но и с забегом в испанскую. А вот со второй как-то не складывается до сих пор.
2. Экология. Сахарный тростник довольно интересное растение, но совсем уж наебать физику даже у него не получается – вырубание лесов ради плантаций монокультуры ничем хорошим для почвы не кончается. А древесина еще нужна и в процессе переработки – там, в частности, на одном из этапов процесса нагрев нужен. 

Однако в начале девятнахи масштабы пушных зверьков еще не были до конца понятны, а придушить конкурента британцам хотелось понадежней. Поэтому они решили вдарить от души вдарить по другому звену цепи – рабочей силе. То есть, рабам из Африки. Плантационное земледелие в те времена на Сан-Доминго (и не только там) в основе имело не просто рабский труд, а постоянных приток свежих рабов – как клевещут некоторые источники: «Ожидаемая продолжительность жизни свежеимпортированного раба составляла от семи до десяти лет.» Даже свободолюбивый, в общем-то, Наполеон, прикинув на счетах что к чему, 20 мая 1802 восстановил рабство во французских колониях. Ага, подумали британцы, вот где собака-то порылась!

В 1807 году парламентом Соединённого Королевства был принят «Акт об отмене работорговли». Как пишут в вики, этот акт помог англичанам «получить моральное преимущество перед своим французским врагом».  А также позволил Королевскому флоту шариться по морям и океанам, останавливая всех подряд на предмет шмона, устаивать базы во всяких отдаленных местах и так далее. Но к данному процессу требовалось относиться с пониманием – люди ведь высокоморальным делом заняты, с работорговлей сражаются, это не какой-то там колониализм! Понимать надо!

Конечно, при этом пострадали также некоторые подданые Его Величества, ибо работорговля была выгодным бизнесом и пройти мимо такой кормушки честные торговцы  никак не могли. Но тут уж ничего не поделаешь, чем-то (или кем-то) приходится жертвовать в борьбе роковой. С другой стороны, даже в собственно британских колониях рабовладение отменили только в 1833-м (понимающие люди могут обратить внимание на фразу «в колониях»). А в ряде других стран, как мы знаем из сериала «рабыня Изаура» намного, намного позже – аж в 1888. 

Но это уже из разряда: «Сказал: не убивать, не палить, баб… — Зывик осекся, задумался и докончил после минутного раздумья: — Баб трахать без шуму и штоб никто не видел.»(с)Сапковский

Инспектор Грин внимательно слушает истории про аранийскую колониальную политику.