Из иного мира

Сегодня 1 апреля – Всемирный день смеха. 

И одновременно – день рождения Николая Васильевича Гоголя. 

Такое удивительное совпадение. 

Гоголь, конечно, гениальный писатель. Я читаю и перечитываю его уже много лет и все равно не могу понять, как их тех же буковок и слов, которыми пользуемся все мы, он создает истории, живущие вот уже 200 лет. 

Причем довольно быстро мне стало ясно, что, будучи профессиональным писателем, я могу воспроизвести, например, стилистику Льва Толстого, или Федора Достоевского (что сложнее), или даже викторианскую интонацию Ивана Тургенева. 

Но воспроизвести стилистику Гоголя я просто не в состоянии. 

Есть в языке Гоголя что-то помимо буковок и подбора слов. Как будто его повести и роман писало существо из иного мира, пристально наблюдающее за людьми. 

И не так уж это смешно. 

Просто мы такие и есть, если глянуть со стороны. 

Пушкин неслучайно после прочтения «Мертвых душ» воскликнул: 

- Боже, как грустна наша Россия!

Гоголь был действительно из другого мира. 

Давайте вспомним его экзальтированную религиозность, его истовую веру в загробный мир, его панический страх смерти, его манию величия, когда он говорил как пророк, его болезненное, на грани клиники, самолюбие, то, что он всю жизнь избегал женщин, то, что боялся быть похороненным заживо, то, что он фактически умертвил сам себя, просто перестав есть. 

Медики, пытавшиеся исследовать «загадку Гоголя», писали о его латентном гомоэротизме, ставили ему диагнозы – шизофрения и маниакально-депрессивный психоз. Возникали легенды, что, уже будучи похороненным, Гоголь перевернулся в гробу или что при вскрытии могилы выяснилось – таинственным образом исчезла его голова. 

Это все, конечно, легенды. 

Однако эти легенды – тоже часть Гоголя. 

И вообще иногда возникает чувство, что он продолжает на нас смотреть. 

Оттуда, куда нам доступа нет. 

Картинка: считается, что это единственное прижизненное фото Гоголя.