Heinrich Böll - Wo warst du, Adam?

Предыдущая книга в моем немецком чтении оказалась очень удачной, очень впечатляющей — это был «Чёрный обелиск» Ремарка. Я решил, что штудии надо продолжить чем-то не менее основательным, закрепить так сказать, успех, и выбрал роман Генриха Бёлля «Где ты был, Адам?». В «Чёрном обелиске» действие происходило в начале 20-х прошлого века, в ещё довольно мирной Веймарской республике, до новой мировой войны оставалась ещё больше десятка лет; книга же Бёлля наоборот должна была перенести меня в конец этой войны. Я это помнил из чтения перевода романа. Кстати, именно «Где ты был, Адам?» как-то настроил меня на правильное восприятие прозы кёльнского нобелиата. Пухлый том из серии «Мастера современной прозы» попал мне в руке несколько раньше, но такой настройки, увы, не дал — впечатление от вошедших туда романов и рассказов осталось довольно сложным и не очень позитивным.

>>Wo warst du, Adam?<< вовсе не первое сочинение Бёлля, прочитанное мной в оригинале. >>Und sagte kein einziges Wort<< читал не меньше двух раз, >>Ansichten eines Clowns<< также читал дважды, причем подряд (!) и это случилось сравнительно недавно, весной 2023 года, а в промежутке был ещё сборник рассказов >>Mein trauriges Gesicht<<. Я даже пришёл к выводу, что язык Бёлля для меня куда более прозрачен и понятен, чем оный, допустим, у Альфреда Дёблина или Томаса Манна...

Нынешний же роман я невольно сравнивал с книгой Ремарка — и отдавал предпочтению Ремарку. У Ремарка повествование ведётся от первого лица — главного героя ветерана первой мировой Лудвига Бодмера. В книге же Бёлля нет непрерывного действия, события показаны фрагментарно, глазами разных персонажей. Герой, которому уделено наибольшее внимание, — бывший архитектор Файнхальс. Несколько меньше сказано про обер-лейтенанта Грека. Самая драматичная глава посвящена венгерской учительнице Илоне. Но меня разочаровала даже не эта дробность повествования, а то, что всем этим героям (за исключением Илоны) далеко до Лудвига Бодмера и его друзей. Впрочем, возможно, сказалось радикальное отличие обстановки, времени действия. Как я уже заметил выше, «Чёрный обелиск» описывает начало 20-х. В романе же Бёлля показана осень 1944 года. Дело явно шло к разгрому гитлеровской Германии. Это отражалось на настроениях немецких солдат. Тем более, что Бёлль выбрал героями своей книги так называемых обыкновенных людей, по сути, штатских, пусть даже с офицерскими погонами. Таков, например, крайне болезненный обер-лейтенант Грек. Исключение — полковник Брессен. Но и он рад совершить своего рода дезертирство — пребывать в полуобморочном состоянии после ранения и больше не воевать.

Кстати, именно эта чуть ли не общая чёрточка — немощность-болезненность — вызвала у меня некоторое раздражение. Ага, вся немецкая армия вдруг оказалась сплошными инвалидами или же ограниченно пригодными. Ну, да, ведь на дворе уже осень сорок четвертого...

Впрочем, идейные нацисты в романе тоже появляются. Это комендант концентрационного лагеря Фильскайт, помешанный на хоровом пении, тоже, впрочем, не вполне здоровый и совсем не адекватный индивид. А в финале мельком упоминается некий вахмистр (Wachtmeister) Шнивинд, ставший командиром артиллерийского расчета. Прежде командовавший орудием лейтенант Грахт, бывший пастор, приказывал выпускать дневную норму в семь снарядов в сторону устья речушки (стрелять по американцам, находящимся в пределах видимости, было себе дороже — они ответили бы на обстрел кратно). Шнивинд тоже не решается задирать американцев, но его очень раздражают белые флаги на домах мирных жителей...

И ещё отметил интересный момент. Файнхальс, бывший архитектор, после ранения ставший писарем при лазарете, всё-таки получает предписание отправиться на передовую, но в назначенное место не попадает. В ожидании учительницы Илоны, что ушла проведать свою мать в гетто, он сидит в венгерском кабачке, и там его застает патруль, загребающий всех подвернувшихся под руку солдат в красный мебельный автофургон. Собранный таким нехитрым образом улов везут прямо на позиции, туда, где особенно горячо. Состав «мобилизованных» весьма разношерстный. Например, один из лейтенантов (по фамилии Брехт) — лётчик, ночной истребитель. На его подготовку ухлопали кучу денег, а в делах пехотных он понимает меньше чем Файнхальс.

Идейный посыл романа выражен в двух эпиграфах. Первый, цитата из работы философа Теодора Хеккера, звучит так: «И всемирная бойня может задним числом пригодиться. Скажем, для того, чтобы доказать свое алиби перед лицом всевышнего. «Где ты был, Адам?» – «В окопах, господи, на войне…»»

То есть здесь мы видим источник названия романа.

Второй эпиграф взят из книги Антуана де Сент-Экзюпери «Полёт в Аррас»: «Мне случалось переживать подлинные приключения. Я прокладывал новые авиатрассы, первым перелетел через Сахару, летал над джунглями Южной Америки… Но война – это не подвиг, а лишь его дешевый суррогат. Война – это болезнь, эпидемия, вроде сыпняка…»

Отсюда становится понятным и авторский выбор основных героев (не титанов, не эпических богатырей, а людей обыкновенных и часто довольно слабых), и тон повествования, выражающего абсурдную, бессмысленную жестокость войны.