Сетература – когда тыква оказывается тыквой

Обращение к админам

Прежде чем менять тему моей Статьи, рекомендую ознакомиться с данной статьей, которая демонстрирует весь спектр написания статей в современном обществе.

СТАТЬЯ

Кланы решают все

Посмотрите вокруг.

В США дети политиков учатся в Гарварде, идя по стопам отцов в большую политику, актрисы проходят «инициацию» на острове Эпштейна, подсчитывая когда их дочки дозреют до нужной кондиции, а новые звезды растут из клуба Микки Мауса, делая правдивой фразу «на манеже все те же...»

Даже если взять на бытовом уровне - та пекарня, которой уже больше пятьдесят лет, скорее всего домашнее дело и значит, она перейдет сыновьям, а затем внукам и никакой другой работы их потомки не будут знать.

Точно также везде - банкир скорее отдаст свое дело сыновьям, чем постороннему человеку, врач будет обучать и наставлять своего сына как лечить больного, чем новых учеников, а учитель вырастит точно такого же учителя.

У нас в России – те же самые законы.

Не верите?

 А анекдот из Ералаша помните? Ну тот, где маленький внук спрашивает своего деда-генерала:

- А я буду фельдмаршалом?

А дед ему отвечает:

- Нет, внучок, не будешь, у фельдмаршалов свои внуки есть.

Таким ненавязчивым образом нам всем дали понять - СССР кончился и теперь роль играет только связи и родство, а не личные умения.

И так везде - кафедры передаются по наследству между собой преподавательскими детьми, государственные больницы держатся на семейных подрядах, а дети рабочих точно знают, что пойдут работать на завод, потому что все остальные пути для них закрыты.

Это не коррупция. Это система.

И она работает одинаково – от нашего сельсовета до зарубежного Голливуда.

Вспомните тот же Ералаш - откуда вышли все современные звезды России, вроде Глюкозы, Сергея Лазарева, Влада Топалова и сотни других навязших в зубах фамилий и морд.

Это правило работает везде, оно проникло даже в...

Литературное наследство

Или вы думали, что здесь все иначе?

Сергей Лукьяненко? Его сын Артем уже издал свои собственные книги.

Борис Стругацкий? Его сын Антон пишет и публикуется как успешный автор фантастики.

Войскунский, Емец, Перумов – все они создали литературные династии.

Не потому что их дети талантливее.

А потому что им открыта везде дорога на литературном поприще - редакторы знают их имена, издатели доверяют фамилии, читатели покупают по привычке.

Остальным остается стучаться в закрытые двери, не получая ответа, или же становиться «невидимками».

Все благодаря интернету, который дал нам свободу...

...и отнял смысл

Раньше, чтобы издать книгу, нужно было угодить комиссии.

Сегодня – достаточно нажать кнопку на Амазоне или «Самиздате».

Но свобода обернулась массой фекалий - миллионы текстов, миллионы авторов, ноль внимания. Тысячи попаданцев, тысячи принцев, тысячи школьниц окончивших магическую академию.

Доходы сетевых авторов падают не потому что их «читать перестали».

А потому что внимание стало товаром, а платформы продают его не тем, кто пишет лучше, а тем, кто платит больше.

Вы не конкурируете с Васей Пупкиным.

Вы конкурируете с алгоритмом, который продвигает Люду Залупкину – потому что ее контент приносит прибыль владельцам.

Потому что...

Вы – либо бренд, либо рабочий

Если вы не в клане – вас ждут два пути:

Первый – стать «литературным негром».

Писать книги за других. Получать 3% гонорара. Никогда не быть услышанным.

Примеров – тысячи. Имен – ни одного.

Второй – верить в мифы.

Что Стивен Кинг – гений, который пробился сам, на одних запрещенных веществах, ну чтобы сразу отсеять возможных конкурентов.

Что Джоан Роулинг не получила миллиарды с экранизации «Гарри Поттера», а все доходы забрали себе «злые студии» в США, не дав той селедке ни цента.

Только вот Стивен Кинг писал под псевдонимом Ричард Бахман, чтобы обойти лимит издателей на количество книг в год. Потому что все знают – лимит книг для издания за рубежом ограничен и если дать свободу такому деятелю с оравой негров, то только он один и останется на книжных полках магазинов. И все это знали – от Кинга до издателей, кроме доверчивых читателей.

Тоже самое с Джоан Роулинг, писавшей свои книжонки под именем Роберт Гэлбрейт – все, чтобы обойти запрет на издание большего количества книг, чем может написать нормальный человек за это время.

Потому что все книжные издательства – это...

Последние торговцы иллюзиями

Сегодня издательства живут не на продажах, а на услугах для авторов:

- Напечатаем вашу книгу за 50 тысяч!

- Участвуйте в конкурсе за 2000 ваших кровных!

- Станьте знаменитым – у нас есть связи!

Это не культура. Это индустрия самообмана.

И она обречена – потому что любой может издать книгу сам.

Остается только один-единственный вопрос – кто ее прочтет?

Ну кроме ваших друзей и коллег, которые давно искали, что подставить под ножку кухонного шкафчика.

Потому что конец сетературы – это всегда...

Начало чего-то нового

Сетература умирает.

Та литература, где успех зависит от фамилии, связей, бренда, – исчезает.

Но на ее месте может родиться настоящая литература...

Вы в самом деле ожидали, что я говорю все это сейчас серьезно?

Если вы пришли за славой – уходите.

Если вы пришли за деньгами – станьте еще одним безымянным рабом на галерах.

Но если вы пришли писать – оставайтесь.

Потому что издателям и авторам всегда нужны новые болванчики на ниточках, за которые удобно дергать. Нужна массовка, чтобы доверчивые читатели не замечали, что их кормят фекалиями, выходящими из-под пера обеузмевших от бешенных гонораров авторов.

Возможно вы даже станете знамениты.

Посмертно.

Потому что посмертная слава - это....

Новая форма эксплуатации

Все очень просто.

Обьясняю на пальцах:

1. При жизни – тебя игнорируют.

Твои тексты «не продаются», «не в тренде», «слишком сложные».

Тебе советуют «писать проще» или «взять псевдоним».

2. После смерти – тебя «открывают».

Вдруг находятся «талантливые неизвестные рукописи».

Издательства спешат выпустить «полное собрание сочинений».

Критики пишут статьи: «Гений, опередивший свое время!»

3. Но деньги получают не вы.

- Родственники (если они конечно еще остались или вы не писали под псевдонимом);

- Издательства (эти свиньи всегда стоят в очереди за правами на издательство дохлых поэтов);

- Правообладатели (но это точно будете не вы сами);

- Фонды, созданные после вашей смерти.

Вы стали брендом... 

Но уже без вас

Исторические примеры:

- Франц Кафка – завещал сжечь все свои рукописи.

Его друг Макс Брод проигнорировал волю и опубликовал все.

Сегодня Кафка – классик. А Брод – «спаситель гения».

- Эмили Дикинсон – при жизни опубликовала менее дюжины стихов.

После смерти ее сестра нашла 1800 стихотворений в ящике.

Теперь она – одна из величайших поэтесс.

Но сама она так и не узнала об этом.

- Даниил Хармс – умер в тюрьме, забытый.

Его дневники и стихи были спрятаны под полом.

Сегодня он – культовая фигура.

Но при жизни его считали «странным чудаком».

Принцип очень простой

При жизни вас заставляют писать под тренд, под «маркетабельный формат».

Если вы отказываетесь – вас выталкивают в тень.

После смерти вас «переоткрывают» как «голос эпохи».

Издательства выпускают «авторские сборники» с вашим именем на обложке – но контент может быть частично или полностью написан литературными неграми или тем что подешевле, искусственным интеллектом, «в стиле».

И причина такого подхода очень проста.

Потому что живой автор – непредсказуем.

Он может отказаться от контракта, запросить больше денег, написать то, что «не продается», уйти в молчание.

Мертвый же автор – это неповторимый идеал.

Он не требует гонораров.

Он не спорит с редакторами.

Его можно подать как угодно.

С ним можно вытворять все что угодно.

Кстати, неожиданные рукописи Толкиена не из этой же оперы, как думаете?

И здесь возникает естественный вопрос:

Что с этим делать?

Честный ответ – ничего.

Система устроена так, чтобы использовать вас – при жизни или после.

Поэтому ваша задача как непризнанных авторов – расслабить булки и начать наконец получать удовольствие.

Пусть и в такой извращенной форме.