Функция и ее неизвестные
Автор: Алексей НебоходовОна явилась почти вовремя. Не потому, что пунктуальна, — просто всегда появлялась в его жизни именно тогда, когда всё равно, хочется этого или нет. Образ был неизменным: строгий костюм, нейтральная блузка, волосы убраны, лёгкий намёк на макияж, словно противный самой себе, но обязательный по профессии. Ильда садилась напротив, поправляла воротник, доставала тонкую нелепую сигарету, смотрела сквозь него в пустоту и лишь через пять минут позволяла себе простое:
— Привет.
— Привет, — ответил он тогда. — Ты вечно в кожанке.
Он пожал плечами, криво усмехнувшись:
— Холодно.
— В помещении? — приподняла бровь она.
— У меня теплоотдача другая, — сказал он. — Привык работать руками.
— Это заметно, — бросила она, и глаза её на секунду промерзли до минус двадцати. — Ты всегда пахнешь бензином.
Он понял: речь не только о запахе. У таких, как она, прямота — форма вежливости. В её мире не намекают, а сразу формулируют диагноз.
Савельев не возражал. Молчал, курил, ждал, когда она скажет что-то, от чего ему захочется схватить её за горло или, наоборот, за ухо. Обычно заканчивалось одинаково: он что-то ляпнет, она посмотрит с омерзением, потом оба решат, что всё кончено, а через три дня встретятся снова.
— Ты всё ещё работаешь у Петра? — спросила она, отпивая вино.
— Уже три года как нет. У меня свой автосервис на Дмитровке: два подъёмника, четверо механиков.
— Как всегда выкрутился, — отрезала она. — Удивительно, что тебя вообще кто-то терпит.
Он оскалился:
— У меня клиенты на полгода вперёд. Я, если нужен — нужен, если нет — катись колесом.
Она кивнула, сделала глоток и тут же уточнила:
— Коньяк с вином — дурной вкус.
Он снова пожал плечами:
— Я не про вкус.
— А про что?
Он придвинулся чуть ближе, понизил голос:
— Про функцию.
Она выдержала паузу, затем усмехнулась холодно:
— Думаешь, я не вижу тебя насквозь?
— Думаю, — ответил он. — Иначе ты бы не сидела здесь.
— Я сижу с тобой только потому, что с тобой невозможно разговаривать о погоде. Это и есть функция. Не думай, что у меня иллюзии.
Он хотел бросить «Вот и договорились», но не стал. В словесных дуэлях она всегда побеждала — не умом, а отсутствием сомнений. Ни в себе, ни в том, чего хотела.