Кастрированный текст

Я человек немного шизанутый. Если сталкиваюсь с каким-то феноменом, то не успокоюсь, пока не выясню его причину. Даже если все сводится к банальному «мне нравится/не нравится» — я начинаю копать почему именно, а ответ «дело вкуса» меня не удовлетворит.

Работая над новыми книгами, я обнаружил, что легко объясняю все сложные слова прямо в тексте без употребления сносок. И при этом не создается перегруза, не льется «вода». В новинке я даже смог спокойно внедрить такие слова как Та-Кемет, хопеш и схенти без прибегания к ссылкам и километровым пояснениям. Но вот стоит попробовать отредактировать подобным способом старую книгу — результат резко ухудшается. И простое объяснение «расслабься, просто твой скилл вырос» меня не удовлетворил. Я начал копать.

Первое, что бросилось в глаза — я могу легко и спокойно вымарать сноски из старых книг без какого-либо вреда для основного сюжета. И текст после этого станет проще и легче. Вот два наглядных примера из «Сирруша».

Ведь он находился не на твердой почве, а упирался ногами в последнюю ступеньку длинной лестницы, приставленной к одной из башен ворот богини Иштар[2]

Можно легко убрать эту богиню Иштар и заменить ее на «одной из башен северных ворот». Смысл останется тот же, а перегруз исчезнет.

Или вот еще.

— Шакалы Ламашту[3] его раздери, — бубнил он себе под нос, аккуратно ступая толстыми ногами в кожаных сандалиях по деревянным ступеням, — глухой идиот. Тупица.

Убираем нафиг Ламашту, оставляем только шакалов. Суть прежняя, страшного слова — нет.

Но после подобных манипуляций роман мне кажется кастрированным. Возможно это чисто мой взгляд, потому что я знаю подтекст. Пропадает элемент атмосферы, задумки.

И здесь я таки докопался до причины — у книг разные задачи.
Садясь за «Сирруша», я не ставил цели максимально упростить. Стояла цель максимально погрузить. И поэтому когда начинаются правки в обратную сторону, мозг противится.
С «И будет Тьма» же в точности наоборот — есть задача сделать текст максимально доступным. Потому когда в черновике натыкаешься на сноску, начинает дергаться глаз.

Мои последние книги не столь атмосферны и антуражны, как первые. «Армагеддон» исключение, и то многие со стороны подметили, что атмосферы меньше стало. Видимо АТ все-таки оказывает на мое творчество влияние.

Ну, по крайней мере, до причины я докопался, и как-то сразу отпустило.
Единственное — думаю, иногда буду писать книги в «старом» ключе — с максимальным погружением и соответствующим давлением на несчастную голову читателя Чтоб навык полностью не утратить.