Вместо манифеста. Анонс методологии.

Пытаюсь собрать воедино мысли касательно различия между литературоведением, литературной критикой и всевозможными школами того и другого.

Прихожу к заключению о том, что в моем конкретном случае я могу говорить только об испытанном лично и о том, что такое литературоведение в понимании меня и моей alma mater, то есть Берлинского университета имени братьев Гумбольдтов. Поскольку воспитывала меня именно эта школа, то говорить я могу, пожалуй, даже не о немецкой литературоведческой традиции в целом, а лишь конкретно об ее берлинской школе.

В частности же, я хочу сказать пару слов о сравнительном литературоведении, которое во главу угла ставит произведения в их естественной среде обитания - в литературном контексте с традицией и преемственностью. И в этом, на мой взгляд, заключается основное различие между литературоведением как таковым и литературной критикой как прикладной дисциплиной и отраслью литературоведения.

Впрочем, мне кажется, что различия эти даже еще более широки и глубоки. В частности, литературная критика, которая в том виде, в каком она сейчас существует на, как минимум, русскоязычном интернет-пространстве, с моей точки зрения, представляет собой некую попытку дозволения существования.

Литературоведение же, в моем понимании, с точки зрения классической берлинской школы (и меня как ее представителя), заключается совершенно в другом.

Литературный критик в данный момент - это некий сферический в вакууме объект, который, сдвинув очки на нос, вещает о том, что да, вот этому тексту мы, наверное, дозволим быть текстом и произведением литературы, а вот этому тексту мы это запрещаем, поскольку волею нашею мы решили считать его макулатурой.

На портале Автор Тудей я человек новый, но и тут, да и, в общем-то, на всём пространстве среди людей пишущих, я сейчас вижу примерно одну и ту же тенденцию. Я прочитал книжку, она мне понравилась, потому что. Она мне не понравилась, потому что. Я считаю, что это хорошая книжка, я считаю, что это плохая книжка, не читайте, читайте, КГАМ, аффтар, убейся ап стену на олбанском, ну и так далее.

То есть пока что всё, что я наблюдаю там, где я читаю, а читаю я достаточно много и подробно, сводится к личной заинтересованности реципиента и к его взаимодействию с текстом, скажем так, на первом буквальном уровне.

Это никоим образом не плохо, но несколько опрощает ситуацию и не даёт полного охвата. Что же касается литкритики, то, как я уже сказала, там выборка идёт изначально весьма жёсткая по мнению человека, который решил провозгласить себя литературным критиком  (с основанием или без, это уже не так важно).

А дальше критик решает, что данная книга либо представляет собой достойный материал для чтения, либо не представляет собой достойный материал для чтения. Аргументированно поясняя, почему. И, как правило, в рецензиях литературных критиков, в том понимании, в котором я только что осветила, текст прочитанный заявляет о своих правах, но вместе с тем литературный критик является некоторым образом, простите, но в чём-то палачом, ну или, говоря словами Марики Становой, экзекутором. То есть он волен казнить либо миловать текст, критикуя его, отмечая, возможно, сильные стороны, но, как правило, в литературной критике редко обходится без ложки, а то и целого бочонка дёгтя на ложку мёда.

Известный же мне приём литературоведения и литературоведческий подход в целом — в том виде, в котором я его знаю, в том виде, которому учили меня в Берлине, — заключается не в том, чтобы разрешить тексту быть или не быть, а в том, чтобы взять текст априори интересный тому, кто его читает, и не пытаться решить, достоин этот текст называться литературой или недостоин, а вместо этого ввести его в контекст эпохи, связать с личностью автора и с прочими созданными примерно в это же время произведениями, с которыми я могу установить логическое тождество либо антитезу.

Уровень "нравится — не нравится", бесспорно, имеет право на существование, но лично мне оставаться на этом уровне просто скучно.

Я, разумеется, могу написать «ах, как мне понравилось», «ах, как здорово», «пиши еще», «великолепно, я прямо почувствовала, как мурашки бегут по коже», "какие ровные синие квадратики" и так далее, но этого всего хватает и без меня. Подавляющее большинство рассказов о впечатлениях про каждый написанный текст примерно такое и есть.

Мне же гораздо более интересно встать на позицию человека, который дегустирует различные пирожные в красивом кафе. Я априори предполагаю, что всё, что в этом кафе произведено, и всё, что я выбираю попробовать, изначально хорошо на вкус. Но я в данном случае сравниваю, как гурман, то, что я уже знаю, то, что я когда-то уже пробовала, с тем новым, что я сейчас вижу в витрине. Мой личный выбор, он исключительно и только мой.

Я имею полнейшее право остаться в кондитерской либо выйти из неё. Я имею право взять себе и один кусок торта, и даже, может быть, пять или шесть. Я имею право не доесть свой торт. Если я заплатила за свой десерт, дальше я могу с ним делать что угодно: выкинуть на помойку, съесть, забыть о том, что я его заказала, подарить кому-нибудь ещё.

Примерно то же самое я делаю и с книгами, которые читаю. Поэтому мои рецензии на данном сайте я бы хотела писать именно с точки зрения литературоведческого обзора в том варианте, который я имела удовольствие наблюдать у мастеров этого жанра в Берлине и в Лейпциге.

Итак, перед тем как обратиться непосредственно к написанию рецензий, я хотела бы здесь, в этом своём очерке, закрепить понятийную систему. В частности, то, что я буду называть здесь "моими рецензиями", будет представлять собой скорее литературоведческий анализ конкретного произведения в контексте времени его создания, периода рецепции и взаимосвязи с похожими либо контрастными ему текстами, исходя из имеющегося у меня литературоведческого багажа и читательского опыта.

Я планирую анализировать лишь те произведения, которые мне интересно читать, в которых я вижу богатую систему взаимосвязей, уровней и вариантов прочтения, и те, которые дают мне базу для анализа. При этом я оставляю за собой право не рецензировать то, что я не считаю важным для меня, но в любом случае могу написать отзыв в стиле «нравится — не нравится».

Ну а теперь, закончив это большое вступление, я перехожу непосредственно к размышлениям над книгой Марики Становой «Рождение Экзекутора».