Британская легенда и финская удача.

Хотя в начале XX века Великобритания еще считалась "империей, над которой не заходит солнце", мировым финансовым центром и так далее, титул "мастерской мира" постепенно  уходил от берегов Альбиона.  И если на просторах Атлантики еще соревновались, выжимая из котлов драгоценные часы и минуты лайнеры "кунарда" и "северно-германского ллойда", то на просторах Африки классические "экспрессы" все чаще уступали "маузерам" и "манлихерам".   Правда, с германскими или австрийскими винтовками уже нельзя было играть в традиционную забаву джентльменов – когда при выстреле одновременно падали охотник и слон, а победителем считался тот, кто смог встать. Но зато новые оболочечные пули и мощный бездымный порох при точном попадании позволяли вполне уверенно добывать даже зверей из "большой африканской пятерки". Равно как и чуть менее известных, но ничуть не менее индийских – вроде бенгальского тигра. Все больше покупателей голосовали полновесным трудовым фунтом за конструкцию Пауля Маузера.

Ответом британских производителей стала разработка нового поколения патронов – сочетавших мощность "нитро-экспрессов" с магазинными винтовками маузеровской схемы.  Одним из таких ответов стал патрон .375 Holland & Holland Magnum. Менее известными стали патроны .404 Jeffery или .425 Westley Richards. И, наконец, в 1911 году известная лондонская фирма John Rigby & Company представила свой новый патрон. Стоит отметить, что у Джона Ригби к этому моменту опыта в работе с магазинными винтовками более чем хватало. В 1887 году он получил должность руководителя Королевского завода стрелкового оружия в Энфилде (Royal Small Arms Factory) и как раз под его руководством там разворачивалось производство винтовки Ли-Энфильд, на долгие десятилетия ставшей основной для британской армии – да и советские солдаты в Афганистане хорошо запомнили "английские винтовки бур".  Впрочем, патриотизм Джона Ригби не мешал ему видеть перспективы в бизнесе. Вернувшись с государственной службы в семейный бизнес, он через четыре года стал… эксклюзивным импортером и дистрибьютором винтовок и комплектующих Пауля Маузера для Британской империи. Именно по просьбе Джона германский конструктор разработал вариант своей винтовки под боеприпас, более мощный, чем стандартные армейские патроны. Так появился mauser M98 magnum – первоначально под . .350NE (350 No. 2 Rigby). А затем появился первый из наших героев – .416 Rigby.  Новый патрон изначально разрабатывался как мощный охотничий боеприпас, оптимизированный для маузеровских винтовок.

Нельзя сказать, что винтовки Ригби под новый патрон сразу обрели бешеную популярность.  За период с 1912 до 1939 года компания произвела 176 (по другим данным 169) винтовок в этом калибре. Но эти немногие винтовки попали в руки знаменитых африканских охотников – Джона Тейлора, Дэвида Бланта, Джона Хантера. Для публики, видимо, самым известным из них стал герой книги "Рог охотника" Гарри Селби.  Как уже упоминалось в статье по охотничьи пистолеты, Гарри носил пистолет "кольт-вудсмен" калибра .22lr именно в дополнение к основному оружию – винтовке под .416 Rigby, которых стал для него любимым патроном более чем на пять десятилетий. Как вспоминал сам Селби: "Мои трекеры в конце концов, я думаю, больше верили в это. 416, чем в меня. «Скитини» они так называли - они не могли произнести «416.» Мне просто нужно было указать на это, думали они, а Скитини сделает все остальное".

Тем не менее, долгие годы патрон .416 Rigby имел, как принято говорить, широкую известность в узких кругах. Более широкое распространение оружия под него началось в 1991 году, через 80 лет после создания, когда американцы с "ругера" добавили в свою линейку Ruger Model 77 RSM Magnum Mk II под "четыреста шестнадцатый".

Но еще до этого старый патрон сыграл еще одну важную роль.

В начале 80-х Корпус Морской Пехоты США обратился к небольшой компании RAI (Research Armament Industries), руководимой Джоном Хаскинсом, с предложением разработать новую снайперскую винтовку для стрельбы на дальние дистанции. На тот момент Корпус, как и армия, имел на вооружение снайперские винтовки под стандартный патрон 7,62х51 мм (.308win) представлявшие собой вариант гражданских спортивных/охотничьих винтовок либо штатные армейские образцы с установленной оптикой. Военные не без оснований полагали, что комплекс «винтовка-патрон» специальной разработки будет способен на большее. Официально проект заключался в разработке снайперской винтовки для стрельбы на дистанцию в 1000 ярдов, но по некоторым данным, заказчик вполне явственно намекнул, что 1500 ярдов устроят его даже больше.

Для решения этой задачи Хаскинс разработал прототип винтовки, ориентированной на один дальний точный выстрел. Поскольку стрельба с рук не предполагалась, винтовка не имела привычного цевья, зато получила штатные сошки. Аналогично поступили с прицельными приспособлениями – никаких механических прицельных, только оптика. Ранние варианты винтовок были однозарядными даже в большем, чем обычно смысле. Перед выстрелом патрон фиксировался в затворе, который затем вставлялся в винтовку.  Этот процесс весьма подробно показан в фильме Silent Trigger («Под прицелом» в российском прокате) где Дольф Лундгрен вооружился как раз поздним вариантом винтовки Хаскинса -- AMAC-1500.

Из имеющихся боеприпасов наиболее перспективным выглядел старый добрый .50BMG -- именно под него сделали версию М500. Но, признавая достоинства этого боеприпаса, Хаскинс также хорошо знал и его недостатки. Особенно неприятной была чудовищная отдача, которая заставляла либо утяжелять винтовку, либо мириться после каждого выстрела с ощущениями "дикий мустанг лягнул копытом".  

С этой точки зрения куда лучше выглядел .300 Winchester Magnum. Мощный патрон, вполне уверенно позволяющий работать на километр, использующий при этом пули 7,62 мм, ассортимент которых не оставлял желать лучшего.  Именно под этот патрон изначально был спроектирован второй вариант винтовки Хаскинса – М300. Но увы – как выяснилось, "трехсотый" не отвечал в полной мере требованиям военных о пробиваемости.  Следующим кандидатом стала "дикая кошка" (wildcat) созданный на базе .378 Weatherby Magnum, но испытания выявили проблем с подачей. И тогда Хаскинс вспомнил о .416 Rigby.   Взяв за основу старую английскую гильзу, он перепроектировал её для пули .338.  Первые гильзы для нового патрона, пока еще проходившего как .338/416 были заказаны компании American Brass Extrusion Laboratories (BELL). Что касается пуль, то Хаскинс очень хотел использовать в роли поставщика Sierra, известную своими высокоточными пулями. Но тамошних боссов его проект не заинтересовал, поэтому Хаскинсу пришлось удовольствоваться сотрудничеством с Hornady, где для нового патрона изготовили целевую пулю HPBT массой 250 грейн (16,2 гр).

По мнению Джона, получившийся патрон в сочетании с его винтовкой выглядел очень перспективно. Но военные заказчики считали по-другому – с их точки зрения сочетание гильзы BELL и пули  Hornady вовсе не обещало достойный результат. По дошедшим в RAI слухам достойными доверия люди в погонах считали двух производителей: Sierra или…  Lapua. Поскольку в первом случае Хаскинс уже получил свой отрицательный опыт, все, что ему осталось – заняться налаживанием контактов с горячими финскими парнями. Так летом 1984 года новым американским патроном занялись на севере Европы.

Первой пулей для .338 была созданная в 1985 году B408, чей внешний вид отлично передавала фраза "D46 на стероидах". Действительно, сходство со знаменитой пулей "Золотой лев", отлично знакомой советским спортсменам, было вполне очевидно.  В следующем, 1986 году, винтовка под патрон .338/416 принесла своему стрелку победу в снайперских соревнованиях на дистанции 1000 ярдов. Но… хотя работы над новым патроном велись по заказу военных и получившийся результат им, в общем-то, нравился, победу одержал консерватизм – было решено, что закупаться будут винтовки М500. Хотя в RAI и утверждали, что новый опытный "U.S/ Navy-Haskins sniper rifle cartridge" будет иметь эффективную дальность стрельбы 1500 метров и "возможную" – до 2000, выбор был сделан в пользу .50BMG.

Тем не менее, финны решили уже на свой страх и риск продолжить работы. В итоге общая длина патрона уменьшилась на 2 мм, увеличилось рабочее давление и, соответственно, скорость пули, которая тоже претерпела изменения. Как показали эксперименты, лучшие показатели были у пуль с закрытой донной частью, поэтому B408 также подверглась доработке, превратившись в Lapua  Lock Base. К концу 80-х у финнов на руках был прекрасный патрон для стрельбы на дальние расстояния, при этом куда более милосердный к плечам стрелка, чем "пятидесятка".  .338 Lapua Magnum.

Одним из первых производителей, поверивших в перспективы нового патрона стали немцы с Маузера, выпустившие в .338LM вариант своего SR93. Далее последовали винтовки фирм Sako, Accuracy International, Heym, Erma, McMillan, H-S Precision, AMP и другие.  Не остались в стороне и российские оружейники – в этом калибре делает винтовки Орсис, под него спроектирована перспективная снайперская винтовка концерна Калашников, да и заявленный в начале этого года "новый снайперский комплекс "Уголёк", как заявлено, будет разрабатываться в двух совершенно "не православных" калибрах 308 Winchester и.338 Lapua Magnum.

Андрей Уланов.