One wrong step and the world stands still "Один неверный шаг, и всё – мир замер "

Автор: Валерий Столыпин

Музыкальное оформление и вокал - нейросеть Suno. В английском варианте использован машинный перевод (знатоки языка - не судите строго)

One wrong step and the world stands still "Один неверный шаг, и всё – мир замер "

Увы, не повторяет жизнь ночей,

Наполненных сплошными чудесами.

Есть ты и я, но нет уже ключей

От тех дверей, где прятались часами.

Теперь тот мир безрадостный, ничей.

Кто виноват? Конечно же, мы, сами.

В любви нет пустяков и мелочей.

Один неверный шаг, и всё – мир замер,

Лишившись смыслов, солнечных лучей.

Любовь, как квест, практический экзамен.

Чувствительность теперь в параличе.

Нет больше тайн в священном храме.

Лишь поцелуй интимный на плече

Оставленный давным-давно. На память.

Нет смысла от гадалок, от врачей.

Необъяснимость голову туманит.

Мерцание во сне эмоций, и свечей…

Воспоминания о тех ночах. В дурмане.

Попытка вспомнить фразы, суть речей,

Которые бессовестно обманут,

Невольно превратившись в палачей.

Помню, как ночная дискотека,

Посылая отраженья в реку,

Нам мигала искорками звёзд,

Где плескался сонно лунный мост.

Мне мешали импульсы смущенья.

Мир вокруг наполнился вращеньем,

Заряжая ритмом чуткий пульс.

Ты стихи читал мне наизусть.

Грустные лирические строки.

Мне, однако, было не до Блока.

Я в мечтах жила… о сокровенном –

Счастьем поделиться со Вселенной.

Но в потоке зыбких ощущений

Ты заговорил вдруг о прощеньи…

Видимо, я что-то пропустила...

“Нам расстаться нужно. Отпусти…

И прости меня. Прости… прости!”

В любви ты был изысканным гурманом.

Джаз любил, гитару, вкус борщей.

Вслух читал скандальные романы…

Всё было сказочно, а нежных чувств ручей

Журчал. Кристально чистый, без обмана.

Чем дальше, тем азартней, горячей,

Порою превращал нас в пироманов,

В изобретателей желаний, в лихачей,

Использующих магию шаманов…

Иссяк ручей. Теперь наш мир ничей.

Нет больше, ни экзаменов, ни планов,

Нет больше пахнущих тобой вещей.

Нет. Прошлое давно уже в чулане.

Есть дверь в него, но нет уже ключей.

В любви мы иноверцы, басурмане.

А первая любовь… до смерти манит

Шальной неповторимостью ночей,

Навечно запечатывая в память

Ещё невинный блеск твоих очей,

Когда ты не посмел бы сердце ранить.