В зенит

Пишу новую книгу.

Поймал себя на том, что отдельные фрагменты уже живут сами по себе.

Наверное, покажу вам один из них — письмо дедушки Захара своему внуку.

Дорогой Гришенька!

Постигла нас с тобой невиданная трагедия. Как вспомню тебя на террасе — так сердце и ноет. Вот до чего беда-то доводит…

Как ты там? Мне передали, что тебя определили в областной детский дом. Говорят, он хороший, а у меня сердце всё равно болит, как представлю тебя среди чужих ребят.

Выходит, теперь мы с тобой и вправду сироты. Круглые.

Мне Ирочку так хочется обнять, прижать к себе… Волосы ей поправить перед выходом, поцеловать в щёку… Да не будет уже такого.

И Ваську жалко, Гриш. Какой бы ни был, а всё ж отец тебе. Что ж это за игры такие у судьбы?..

Я теперь совсем не хожу. Ноги не работают. Бывает, хочется к земле поближе — на грядке повозиться. Думаю: сейчас встану да как поработаю до седьмого пота… А потом понимаю — не встать уже. Будь оно неладно, это кресло.

Друг твой, Константин, очень мне помогает. Хорошего ты друга нашёл.

Всё рассказывает старику:
как вы на рыбалку ходили,
как на карьеры бегали.

Эх, убивается мальчишка… То и дело слезу прячет.

Говорит:
«А давайте вы попробуете встать? Вдруг тогда Гришу вам отдадут».

Всё надеется.

Елизавета тоже женщина сердечная. Каждый день приходит:
с едой поможет,
умыться поможет,
по хозяйству.

Ты на неё зла не держи. Она за тебя очень билась.

Меня даже в опеку возила. Мне-то сразу отказали. А ей назначили проверку жилья — вдруг получится тебя забрать.

Ты только представь, до чего душа у человека широкая.

Да только сказали: дом у них маленький.

Думали ещё, может, оформить их в наш дом — он ведь большой. А потом оказалось, что записан он на тебя, и ничего сделать нельзя.

Ты должен знать:
не бросала она тебя.

До самого конца боролась.

И всякий раз, как приходит, всё про тебя рассказывает.

Ты не горюй только, Гришенька. Прошлого не воротишь, это верно. Да ведь будущее-то осталось! Потерпи несколько лет — глядишь, ещё свидимся.

Не бросишь же ты старика своего.

Мне тут показали твой аппарат этот — телефон. Совсем разбитый оказался. Решили новый тебе купить.

Ты о деньгах не думай. У старика кое-что отложено было. Нам хватит.

Передал его с Елизаветой и Костей.

Ох и чуткий мальчишка! Пообещал мне всё настроить, чтобы мы с тобой разговаривать могли. Почти как вживую — только через этот аппарат. Чудеса…

Мне бы в твои годы такое.

Ладно, внучок. Жизнь не отложишь. Меня тут Елизавета ждёт, пока допишу.

Ты уж извини, что письмо такое нескладное вышло. Сам понимаешь — и мне всё это непросто.

Следующее побольше напишу.

С любовью,
твой дед Захар