Ники, Ники, что ж ты не сдох?! Незаслуженно пропущенная точка бифуркации

Булки хруст нам сладок и приятен. Упоительность подмосковных вечеров, вечерний самовар под писк комаров и сирени дурманящий аромат. Вишневый сад и "отведай, барин, оладушек". Снег с облучка и гитары звенящий перебор. Романсы, чепчики, баранки. Умные разговоры под домашнюю наливочку из графинчика о судьбах человечества и слезу ребенка. Поросёнок с хрустящей корочкой от Тестова, стерлядь "кольчиком" и, конечно, тургеневская девушка. РКМП. Россия, которую мы потеряли.

Как же пролюбили наши предки все помидоры?!!!

Читательский запрос на русскую историю есть, да еще какой! Особенно на начало XX века. Отчего же никто из авторов АИ будто не замечает судьбоносный осенний месяц 1900-го года в Ливадии? Династическую драму в двух действиях.

Цифра - круглее не бывает. Перелом веков. Пусть умники ткнут в меня пальцем и с важным видом поправят: XX век наступил 1 января 1901 года. ОК! Тьфу на вас, заклепочники! Пусть будет на переломе. Конец октября - конец ноября 1900-го - чем не перелом? Если точнее, то начиная с 20-х чисел октября.

Декорации - вкуснее не придумать. Крым, Ливадия. Сердечко не екнуло?

Действующие лица - круче не подобрать. Император, императрица, зародыш потенциального наследника, из которого вышла девочка, семейка Романовых и прочие министры российской империи.

Гвоздь сюжета - несостоявшийся государственный переворот. Или упущение закона о престолонаследии. Или "что ж ты, царь, не сдох?!" Прикольное название для пьесы, да?

"Вчерашнее недомогание не прошло, и я принужден был остаться в постели. Сначала думали, что у меня инфлуэнца, но через несколько дней доктора решили, что у меня брюшной тиф, которым я переболел до..." Запись от 26-го октября оборвана. В конце ноября записи возобновились как ни в чем не бывало.

1985 год. Я сижу в ЦГАОР (Центральный госархив Октябрьской революции) и с недоумением пялюсь на эту страницу дневника Николая Второго. Мой научный руководитель, профессор В.И. Бовыкин придумал мне крышесносную для текущего времени тему - "Влияние придворной камарильи на внешнюю политику царской России". Сейчас, через полвека, я понимаю, что он меня не то чтобы подставлял - это была своего рода проверка административного ресурса. Мой папа тогда работал в ЦК КПСС. Не хилая тема для партийного сыночка, да? Но это - так, заметка на полях, несущественная ремарка. Суть в другом. Суть в том, что я плотно занимался архивами романовской семьи. И наткнулся на странную историю 1900-го года. И к моему стыду, ее не понял, а потому пропустил. А зря.

Историю эту расследовали позже. Особенно на ней потоптался Александр Борисович Широкоград, любитель исторических сенсаций. Если кто забыл, в 2000-х его книги не сходили с полок бестселлеров книжных магазинов. Именно он придумал версию, что в ноябре 1900-го года в РИ чуть было не состоялся государственный переворот. Поверил Сергею Юльевичу Витте. Не самому надежному источнику, честно говоря.

Но обо всем по порядку.

Итак, конец октября 1900-го года. Николай Александрович Романов, верный муж и по совместительству августейший монарх, привозит беременную жену в Ливадию. Бархатный сезон, прогулки по парку под соснами, воздушные ванны, весьма пользительные для здоровья будущей мамы. Россия трепещет, Россия ждет наследника - царь уже седьмой год на троне, а цесаревичем все еще остается его брат Михаил. Великосветские гостиные и компании гвардейцев источают яд - "бракодел", одних девок способен плодить, может, на этот раз повезет? Беременность жены не повод уклоняться от обязанностей - Николай принимает посланца султана, прибывшего с официальным визитом. И с султанским подгоном - с ящиком турецких папирос, до которых Николай, заядлый курильщик, был большим охотником, и с красивым фотоальбомом. Через несколько дней после этой встречи царь тяжело заболевает, а альбом таинственным образом исчезнет.

Император тает на глазах. Теряет вес, его лихорадит, он не может заниматься государственными делами и даже писать в дневнике. Все ждут, что вот-вот случится непоправимое.

Потом будет много разных версий. Проблема в том, что доктора, выхаживавшие императора, лично у меня доверия не вызывают. Придворный доктор Густав Иванович Гирш, про которого говорили "удобный, как старая мебель", и профессор Петр Михайлович Попов - эта компания уморила Александра III, вовремя не разглядев у него рецидив после воспаления легких в виде прогрессирующего нефрита. На этот раз они поставили странный диагноз - брюшной тиф. Странный - потому что никто Николая Александровича не пытается изолировать. Напротив, его постоянно навещают сестры, чтобы поддержать, окружив заботой. Более того, больной переезжает в комнаты беременной жены! Или она настаивает, чтобы он переехал - сейчас уже невозможно установить, как все было. Но факт остается фактом: больной заразной болезнью (если верить докторам) контактирует со многими, и никто не заболевает. Быть может, его просто отравили? Чем не версия? Альбомчик-то пропал. 

Николай болеет пять недель. И этот месяц с хвостиком создаёт в Империи крайнее напряжение. И совершенно возмутительную ситуацию. И династический кризис.

Во-первых, Александра Федоровна, та самая несчастная страстотерпица Аликс, которая вроде как не более чем супруга императора, подписывает от его имени государственные документы, не имея на то никаких полномочий. Алексей Николаевич Куропаткин, военный министр, записывает в дневнике: "Государыня встала между Государем и делами... на нескольких представленных мною депешах пишет вместо Государя: "Сердечно благодарю" и т.д. Сходство подчерков отдаленно существует". Министры в шоке. Они негодуют. И они в своем праве, ибо Основными Законами РИ такое не предусмотрено. Со времен Павла I, наученного горьким опытом собственной мамаши-узурпаторши, супруга царствующего монарха - это красивая декорация и стельная корова в золоченых яслях Императорского дома. С какого перепуга Аликс берет в руки вожжи государственного управления? В конце концов, есть же наследник, которому вся Россия присягнула - Михаил Александрович, младший брат. Но он в Дании, вместе с мамой, вдовствующей императрицей Марией Федоровной. Если и был потом скандал в благородном семействе, то его замнут. Источники не зафиксировали позднейшие разборки. Хотя о чем поговорить - было. Самодержавие, оно такое самодержавие или супруга Цезаря вне подозрений? В общем, все очень странно.

Во-вторых, серьезная болезнь царя, грозящая смертью, в то время как его жен беременна, создала уникальную ситуацию. Ни Павел, ни его потомки-императоры почему-то не предусмотрели, что делать, если монарх умирает, а его жена потенциально может носить в своем чреве сына-наследника. Как же поступить? Кого возводить на престол, если Ники откинет копыта? Ждать разрешения от бремени? А если девочка? (Кстати, оно так и вышло, и на свет появилась красавица Анастасия) Министры рвут на голове последние волосы и вслух несут околесицу: дескать, Михаил, порядочный, честный и благородный человек, уступит престол, если родится мальчик. Если верить Витте, бравый, "всех победю" Куропаткин воинственно кричит: "Я свою императрицу не обиду не дам!" Эээ... В каком смысле? Гражданскую войну Алой и Белой Розы собрался начать? Других проблем нет? Эсеры, Савинков, а вы куда смотрите? Дались вам министры внутренних дел! Ухлопали бы Алексея Николаевича, глядишь, благодарная Россия вам бы спасибо сказала.

Из этого "во-вторых" вроде как родилось "в-третьих". А не возвести ли нам на престол царскую дочь, оставив Аликс регентшей? Идея, кажется, исходила от припадочной императрицы, возжелавшей примерить лавры "Великой" Екатерины (кавычки поставил, ибо великой эту профурсетку не считаю). Есть версия, что сию абсурдную и весьма опасную мыслю похоронила позиция великого князя Александра Михайловича, Сандро, единственного из Романовых того времени, заслуживающего уважения. Он тогда броненосцем "Ростислав" командовал, и корабельная артиллерия линкора могла с легкостью сровнять с землей Ливадийский дворец. На что и намекнул. Правда то или нет - науке это неизвестно. Слухи ходили. 

Тут, наверное, спасибо нужно сказать душке Ники, молчавшего в тряпочку, когда империю начало потряхивать в предчувствии большой заварухи. Хотя... Он-то сам помирать не собирался. И поправился вопреки всем страхам и усилиям своих врачей. История с Александром III, которому при нефрите прописали молочную диету, не повторилась.

Но каков сюжетец, а?

P.S. Пару недель назад я эту историю поведал своему соавтору Коле Замполиту. Давай, говорю, воткнем попаданца в Николая Второго именно в этот момент. Затравка - блеск!

- Таких переигрываний за Николая бева туча. Начиная от "Господина из завтра", - закатал мне губу этот патентованный душнила.

Ну и что делать? Подумал-подумал и написал этот пост.