Та самая сцена

Узнала про флешмоб, от Жасминового Дракончика, сам исходник в телеграмм-канале, поэтому даю ссылку на тот пост, из которого узнала ту.

Флешмоб про сцену, как я понимаю, ради которой весь роман писался. Визуал приветствуется, но у меня его на ту сцену нету, поэтому будет только текстом.

И вот думаю: у меня особо нет таких сцен, но вот если опять же говорить про Прынцессу, то там, наверное, есть сцена, которая может претендовать на роль той самой. Я просто её держала в голове, а потом не выдержала и даже написала заранее, хотя до неё ещё как до луны пешком. И я даже не уверена, что когда я в итоге доберусь, то в этой Той Самой Сцене ничего не придётся менять, но пока приведу фрагменты как они у меня записаны.

Получилось сразу 30 к, и это как бы ещё не всё, поэтому, думаю, из неё уберу те моменты, где слишком сильный отсыл к событиям романа, тем более, я ещё не все из них выложила.

СЦЕНА (фрагментами)

- Я совершенно не знаю, что делать, когда нужных вещей в наличии нет, - объясняла Прынцесса, - и как проявить смекалку и приспособить под свои цели то, что есть, а главное, когда я выхожу за порог, я не представляю куда идти! Я полная в этом деле топологическая кретинесса…

- Вот я и говорю, - сам себе кивнул Король: - Сбежала и украла для меня Скатерть! Я всегда говорил, что ты у меня – смышлёная умничка…

Прынцесса встала из-за стола и гневно осведомилась:

- Вот это сейчас это что такое было?

- Что?

- Вот это… «Смышлёная умничка»…

- Я тебя похвалил, - самодовольно заявил Король, - Ведь ты у меня действительно умничка!

- А по-моему, это было другое! – разозлилась Прынцесса, - Это называется – лесть!

- А то, что ты не понимаешь, что я тебя хвалю – тревожный знак, - деловито заявил Король, - Мне это не нравится…

- Зачем ты меня так незаслуженно хвалишь! – неслась Прынцесса, - Захвалил так, что я потеряла всякую связь с реальностью! Ты всегда внушал мне, что я – самая лучшая, хотя это было не так! Я всегда по твоей милости была самоуверенной и заносчивой погрязшей в гордыне дурой, и не понимала, какая же я на самом деле ду-у-ура! И как сильно мне надо работать над собой!

- Да та, ты у меня самая лучшая! – кивнул Король, - Это твои новые друзья тебе сказали, что ты – не умничка? Надеюсь, всем этим негодяям уже отрубили головы?

- Заочно? – уточнила Прынцесса, а потом прищурилась и который раз осведомилась: - Ты вообще, слушаешь, что я тебе говорю? Что это ты там такое читаешь, что тебе важнее меня, моих переживаний и моих несчастий, моего предназначения, и да, моих друзей? Моих настоящих друзей!

- Его Величество читает важные государственные бумаги, - вступилась за Короля доселе молчавшая Пятая из Семерых Нянек, - Это преважное всего на свете!

- Какие ещё бумаги! – в конец вспыхнула Прынцесса, - Надеюсь, это указ о том, чтобы навести порядок, как у Скучного и Чопорного и разобраться с этими подлыми разбойниками?

Она встала, подошла и в одно движение опрокинула папку из рук Короля на столешницу, что стало видно её содержимое. В папке действительно было несколько бумаг рукописного текста, но поверх них лежала книжка в твёрдом переплёте.

«Он убил Дракона, потом по спускающимся вниз золотистым волосам, влез в окно самой высокой башни…» - сами собой выхватили глаза Прынцессы до боли знакомый текст одного из абзацев. Дальнейший текст она тоже помнила практически наизусть:

«…где на кровати в балдахине из нежнейшей прозрачной вуали, подёрнутая ореолом таинственности лежала она… Прынцесса в зелёном платье, вышитом золотым орнаментом, а на груди у неё благоухал букет с цветами, который она придерживала своими точёными ручками с тонкими пальчиками пианистки."

<...>

А после в книге была погоня, Прынцесса и Прынц ехали на Курочке Рябе, а за ними гнались сначала саблезубые тигры, потом воинственные зайцы, потом злобные клыкастые вороны. Потом волки-лыкоглазы, не ясно как это, но так было написано. Потом снова саблезубые тигры, потом, когда у автора графомани кончилась фантазия на диковинных хищников, в преследователях оказались крестьяне, а потом неадекватные пенсионерки, возомнившие себя бабушками Прынцессы. И от всех них прекрасный Прынц спасал свою невесту. Спасал бегством на волшебном ездовом средстве. Погоня же…

Прынцесса вспоминала, как ей было приятно в своё время читать всё это, представляя себя на месте главной героини. И как же приятно было от того, что кто-то её всё время хотел обидеть, но Прекрасный Прынц постоянно защищал. То от одних, то от других… Все её хотели, но никто не мог. А Прынц всё время защищал. И от этого Прынцесса чувствовала себя пупом земли, центром мира, осью вращения. Она чувствовала себя важнее всего и всех на свете. И это было необыкновенно приятно. И ей хотелось, чтобы это состояние длилось всю жизнь, до самой-самой свадьбы, которая будет потом – а это значит, никогда.

Тогда. А теперь… Теперь почему-то от всех этих желаний и фантазий стало стыдно.

 - Па… - Прынцесса почувствовала, как её лицо само собой вытянулось от удивления, ты читаешь эти книги?

- Что? – недоумевающе осведомился Король, спешно захлопнув книжку так, что стала видна её яркая обложка с заголовком: «Игрушка для дракона» и подписанная «Зе Бест».

- Ты читаешь эти самые книги? – с ещё большим недоумением переспросила Прынцесса, - Те же самые, которыми зачитывалась я? Я теперь понимаю почему! Почему ими забита вся наша семейная библиотека! Ты не для меня их покупал, ты сам на них подсел и меня ещё подсадил! Но ты хоть понимаешь, какая чушь в этих книгах написана? С чего всё должно быть так сахарно и ванильно, как здесь? Я даже в гостях у Скучного и Чопорного Короля не смогла чувствовать себя так, чтобы утром быть чувственной и свежей и пахнуть нотками корицы, а тут – в заточении… В плену… Ты хоть представляешь себе, что такое – сидеть всё время в башне и не иметь возможности ни на минуту выйти? Даже если там все удобства есть… Были бы… А если их нет?

- Так это же Зе Бест! – воскликнул Король, - Лучшее! Раз лучшее – то не может быть ерундой! Всё самое лучшее для моей семьи, и да, для моей любимой дочурочки – Прынцессы!

- Золотой Единственныевич Бест? – Прынцесса старалась в свой голос влить как можно больше недоумения, - Да не всё то золото, что блестит! Или… Называется золотом! Золотой Единственныевич Бест, это злобный графоман, который пишет всякую дезу! А по твоей милости, я всё детство это читала, и стала полной дурой!

На лице Короля воцарилась сильная обеспокоенность, он сглотнул, но промолчал, а потом щёлкнул пальцами, и к нему подошёл лакей.

- Пошлите за Царским Пекарем, - велел лакею Король, - Пусть принесёт для моей Прынцессы, для моей дорогой дочери, поднос нежнейшей сахарной пудры в сочной ароматной клюкве!

- Зачем? – удивилась Прынцесса, внезапно поняв, что кажется, это просто разговор с отцом. Доверительный разговор с любимым и любящим отцом! Разве от таких разговоров можно переживать и волноваться? Разве будет чего заедать сладким?

А потом вдруг поняла, что не отказалась бы. Потому что да… Кажется, она от всего не то, чтобы разволновалась, а буквально-таки расстроилась… Или нет – разозлилась! Чего за собой Прынцесса никогда раньше не замечала и не помнила.

- Да поскорее! – поторопил Король, словно почувствовав её настроение.

Лакей моментально испарился исполнять указание, а Король поднял со стола уже одну только книжку, без папки, полистал страницы, отыскивая какое-то нужное себе место, и снова в неё уставился, уже не таясь и не изображая занятость какими-то серьёзными документами о государственных делах.

- Как ты можешь читать всё это, Па! – сокрушалась Прынцесса.

- Ты спрашиваешь? – теперь в голосе Короля звучали живые эмоции, живое недоумение: - Разве ты сама этим не зачитывалась?

- Потому что у меня не было ничего другого! – всплакнула Прынцесса, - Не было выбора… Но ты… Ты уже взрослый, неужели ты так и не понял… Это же всё – неправда!

- Не неправда, а сказка! – заявил Король.

<...>

- Дракон, как выяснилось, всё-таки существует, и он работает в доставке… - решила уточнить Прынцесса, - На «Вели Чудес»… И это не коварная разумная тварь, а всего лишь вьючное животное, навроде лошади. Или нет, скорее, верблюда. Только летает. Извозчик на нём привёз Хламовщику какую-то посылку. Там была машина для ламинирования бумаги в большой коробке и Воплотитель, который делает всякие игрушки – в маленькой. Потом при помощи машины для ламинирования Хламовщик закатывал в ламинат весь мой конспект утерянного Плана Побега. Ну, ту часть, которую нашёл. Хотел мне приятное сделать. А точнее, свои косяки исправить, потому что перед этим девки и Попугай упустили мои листочки, и они все промокли, а потом то, что не промокло, Хламовщик ещё нашёл и порвал! Вот потому и порвал, что там про то, как Дракон имел героиню во всех позах…

- Ух ты, уж точно замаскировался, чтобы все подозрения от себя отвести… - Король посмотрел в книжку, перелистнул в ней страницу сначала в одну сторону, потом в другую, явно чего-то в ней выискивая, а потом осведомился: - Надеюсь, негодяю отрубили голову?

- Да что ты заладил, головы рубить направо и налево! – не выдержала Прынцесса, - Начитался, как и я, этой лютой дичи…

- Ты за словами следи! – раздался надтруснутый фальцет за дверью, а сама дверь с грохотом распахнулась, и в комнату ввалился Прынц.

Собственной персоной. Графон Графонович Прынц как он есть. С багровой от возмущения мордой.

- Между прочим, вот тот, кого ты сейчас оскорбила – это я, твой суженый! Золотой Единственныевич Бест – это мой творческий псевдоним! Я так гениально его придумал, так гениально, чтобы с инициалами читалось как Зе Бест – то есть, лучшее! Это про моё чтиво… В смысле, писево… В смысле, для меня оно – писево, для тебя - чтиво. Если бы в нашем условно-средневеково сказочном английском существовала ещё более превосходная степень чем “The Best”, я бы может титулами бы накрутил, чтобы аббревиатура из них складывалась в нужное слово! Потому что я – гений! Только я такое умею! Я был уверен, что ты это признаёшь, но ты… Но ты… Тебе мой гений не очевиден! Потому что ты… Ты просто Дура!

- Значит, мои друзья были правы, - с горечью в голосе осведомилась Прынцесса, - Ты тогда меня узнал, просто не захотел признавать, специально делал вид, что не узнаёшь? Хотел спихнуть меня Хламовщику… Хотел зачем-то нас поженить… 

- Да я, да ты… Да ты… Ты не просто Дура, ты на всю голову чокнутая и долбанутая!

- Да, - зачем-то заявил Король, встав со своего стула, и ткнул в Прынцессу пальцем: - Ты просто перенервничала от всего пережитого, вот и городишь всякую чушь, и сама не понимаешь, чего несёшь! Да и та вот дурная компания, в которую ты попала – определённо плохо на тебя влияет! А ты говоришь – не надо им головы отрубить… Между прочим, ты оскорбила сейчас Графона Графоновича Прынца! Этого уважаемого благородного аристократа, за которого я бы с радостью отдал тебя замуж!

- А он меня не оскорбил? – заплакала Прынцесса, - А вот ты… Ты меня просто сейчас обидел…

- Но ты ведь – первая? – решительно сказал Король, - Втянула Прынца в эту авантюру с побегом, ещё и забрала у него рукопись будущей книги и куда-то заныкала…

- Да целое всё… - плакала Прынцесса, - Почти… Хотя некоторые листочки Хламовщик порвал, но он потом склеил… Вернее… Попытался… Но главное, это теперь можно прочитать и переписать, - она вытащила из своей сумочки, больше похожей на портфель для важных бумаг, несколько жёстких пластин, перелистала их, и выбрала несколько: - Вот…

Прынц цапнул пластины, принялся их вертеть, а потом зачитал:

- Дракон имел героиню на своём чёрном внедорожнике! – и гневно добавил: - Ты хочешь сказать, что это я такой бред написал? Я писал «во всех позах!»

Его физиономия стала ещё более багровой, чем была, он попытался в злости порвать лист пополам. Да ламинат оказался слишком крепок, и тогда Прынц гневно шлёпнул листы о стол. А Прынцесса подтянула их к себе, собрала в стопку и обхватила руками, как когда-то обхватывала ничем не защищённый бумажный оригинал, пахнущий дешёвым соусом фастфуднонго бутерброда.

- Это потому что Хламовщик не так склеил, - всхлипывала Прынцесса, - Он перепутал какие кусочки от каких листов, но ведь их всё равно всё ещё можно прочесть! Если вспомнить, что на какой странице было. Мы собирались потом всё исправить, но для этого было нужно накопить денег и купить ещё машину для копирования… Но я могу исправить и без неё. Я всё перепишу так как нужно… К тому же, тут не всё… Хламовщик нашёл только часть листов. А остальное в сейфе у Старушенции, но я ещё раз восстановлю всё это по памяти! Перепишу заново на чистой бумаге и всё-всё-всё верну!

- Ты правда можешь восстановить по памяти? – вдруг оживился Прынц, его голос из гневного превратился в заинтересованный, - Тогда сделай это для меня! Прямо сейчас! Ты ведь любишь меня?

- Угу, - кивала через слёзы Прынцесса.

- Влюблена в мой портрет, - продолжал с придыханием Прынц, плавно превращаясь из багрового в аристократически-бледного, - В смысле, ах, что я несу… Я влюблён в твой портрет!

Прынцесса беспомощно тронула тот из листов, который был закатанным в ламинат её портретом.

И как раз тут подоспел командированный вместе с Королём Царский Пекарь с огромным подносом, на котором аккуратной пирамидкой была сложена клюква, нафаршированная самой отборной и нежной сахарной пудрой, а на самой вершине вместо клюквинки лежала вишенка. Из которой была заблаговременно извлечена косточка, а сердцевинка нашпигована всё той же сахарной пудрой.

- Ваш Десерт, Ваше Королевское Высочество, - поклонился Царский Пекарь.

А Прынцесса вздрогнула, не сразу поняв, что именно вызывало у неё такую реакцию. А потом запоздало обратилась к отцу:

- Па, – осведомилась она, - Пекарь назвал меня «Ваше Королевское Высочество», а не Ваше Величество… Я всё ещё Прынцесса! Так ты не выдал меня замуж заочно?

- Я должен был это сделать? – удивился Король, - Заочно? А так вообще можно? Ты же возмущалась, кажется, что кому-то там заочно отрубили головы, то есть хотела подчеркнуть, что такое невозможно.

- Отрубить головы – невозможно, - кивнула Прынцесса, - Но вот оформить в королевских документах, что двое уже официально являются мужем и женой ведь можно же и без присутствия брачующихся… Технически ведь это возможно?

- Технически – можно, но ведь будет скандал! Если я кого-нибудь из королевских персон оформлю мужем и женой без их ведома, и да, согласия!

- Или без ведома уполномоченных лиц, - занудно добавила Третья из Семерых Нянек, - Не всё и не всегда решают короли сами, некоторые вопросы за них решают придворные, например, их же собственные советники или министры…

- Да какие там министры! – воскликнул Король, обращаясь не к Третьей их Семерых Нянек, а собственно, к Прынцессе: - Ты же первая устроишь мне скандал, что я тебя не спросил! К тебе приходили женихи, тебе ни один не нравится… Хоть ты даже не посмотрела! Но вот что практика показывает, заочно давать можно только отказы! Это – пожалуйста, сколько угодно! Но как я родную дочь… Как живого человека выдам замуж заочно за жениха, которого она даже не выбрала…

- Выбрала… - буркнула Прынцесса, покосившись на Прынца.

Теперь, после всего пережитого, а главное, после этих вспышек гнева со стороны желанного и суженого, она сама была этому выбору не рада, но всё же продолжила свою мысль:

- Я слышала от Старушенции, что Прынц привёз себе невесту и женится, разве это было не оно самое?

- Так-так, погоди… - засуетился Король, - Старушенция… Это одна из твоих новых друзей, которая удерживала тебя в плену насильно? То есть, она тебя обманула! Вот видишь! Твои новые друзья тебя обманывают! А ты… Ты их выгораживаешь и всячески защищаешь! Тех, кто причинил тебе боль, истязания, унижения и вред! Это ненормально! Это положительно ненормально! Я велю чтобы послали за Королевским Психологом!

- Вот, правильно, в дурку её! – поддержал Прынц, - Именно так обычно и делается! Неугодного монарха – в сумасшедший дом, а на престол того, кто угоден и выгоден! В смысле, кто достаточно адекватен, чтобы управлять Королевством. Вот это я и сделаю! Запру её, прямо сейчас! Будет ей заточение, раз она хотела, чтобы как в книжке… В книжке было заточение? Было!

- Но откуда ты знаешь… - спохватилась Прынцесса, - Что я хочу как в книжке? Разве я тебе об этом говорила?

- А мне не надо говорить! – заявил Прынц, - Об этом так много и часто говорят другие… Те, которым ты об этом уже успела сказать сама, те, кому все уши прожужала! Они так часто на тебя по этому поводу жалуются, что все остальные, кому ты не говорила, тоже уже давно как в курсе! И, наверное, ни в одном Безымянном Королевстве нет ни одного человека, кто не знал бы, что ты хочешь, чтобы всё было как в книжке… - он сделал паузу, а потом с нажимом подчеркнул: - В моей книжке! Я творец этой сказки! Я воистину велик! Я – талантище! Я – глыба! Я – громада! А ты, - он ткнул в Прынцессу пальцем, - Хотела заточение? Будет тебе заточение!

- Ты посадишь меня в башню? – робко уточнила Прынцесса, - Со всеми удобствами?

- В башню… Ха! – выдал Прынц, - В темницу, не хочешь? В подземелье! Это только в книжках Прынцесс сажают в башни! А в реальности – всех узников кидают в темницы, в сырые и мрачные подземелья…

Прынцесса представила себе тёмное замкнутое пространство и всхлипнула. Перспектива её не радовала.

- По какому праву! – вступился за неё Король – отец, - Она, всё-таки, Королевская персона, а не отребье какое!

- Именно! – поднял указательный палец Прынц, - Поэтому будет она не простым узником, а политическим заключённым! А это в корне меняет дело, не так ли? – он щёлкнул пальцами.

К Прынцу подошли два лакея, а тот, глядя поверх носа, с чувством превосходства велел:

- Вяжите её!

Прынцессу скрутили и куда-то повели.

- Выдайте ей чистую бумагу, чернильницу и гусиное перо, - распоряжался тем временем Прынц у неё за спиной, - Раз она утверждает, что может по памяти переписать мой прекрасный эпизод, пусть попробует! А то меня лично вдохновение после всего покинуло! – и добавил уже спокойнее, но всё равно снисходительно: - Нет, ну а вдруг получится? В конце концов, остальных подмастерьев я тоже делал из первых встречных человеков с улицы… И тоже запирал. А что?

- Пожалуйста! – взмолился тем временем Король, - Светлейший Графон Графонович, помилуйте мою дочь!

- Она виновна в страшном! – отрезал Прынц, - Она утеряла мой прекрасный эпизод для новой книги! Произведение искусства, между прочим! А моя новая книга архиважна как часть будущего культурного наследия!

- Но она же обязалась всё вам вернуть, - продолжил Король, - Неужели, для этого её обязательно запирать? Неужели, честное слово Прынцессы для вас ничего не значит?

- Честное слово – это не такой уж надёжный гарант того, что мне вернут то, что моё по праву! – Прынц снова побагровел, а потом зыркнул на замерших в ожидающих позах лакеев: - В темницу её!

Прынцесса всхлипнула. А лакеи подхватили её под руки и повели вниз.

- Папа! – взмолилась она, - Скажи им, пусть они меня отпустят!

- Доча! – строго и вместе с тем виновато сказал Король: - Но мы же не у себя дома! Мы в гостях! Тут я не могу никому ничего приказывать!

- Ты не приказывай, ты попроси… - ныла Прынцесса.

Король, захлопнул свою папку и сунул себе подмышку и обратился к Прынцу:

- Могу я просить на правах почётного гостя и отца невесты, чтобы мою дочь не сажали в темницу? Она хотела сидеть в башне. И со всеми удобствами.

- Ваше Величество! – наигранно затянул Прынц, - Вы видите здесь башню? В общем, говорят, Башня есть в Свалочном Замке, что где-то там, - он неопределённо махнул рукой, - Но этот замок принадлежит какому-то монстру! Хотите – можете сами туда отправить свою дочь. Но только после того, как она мне вернёт мой текст! Мой прекрасный текст! В том виде, в котором он был написан, когда оказался у неё!

Прынцесса ещё раз всхлипнула. Лакеи уводили её по коридору, и ставший ненавистным голос Прынца слышался всё тише. Но это не помешало Прынцессе услышать, как Прынц вдруг сказал:

- Дракон имел героиню на своём чёрном внедорожнике… Гм… А в этом что-то есть! Так и напишу в своей следующий книжке, уверен, пиплу понравится!